Лебедь, собранный по кусочкам

Французский культурный центр обещает много интересного - спектакли, фильмы, лекции, видеопоказы. Опасности конкуренции с могучим фестивалем DanceInversion французы не видят - напротив, объединяют усилия. "Хорео-центр" из города Нанта выступает в ближайшие дни в рамках обоих фестивалей. А открытие французского месячника показало, что переизбытка современного танца наша публика не боится. Большой зал Школы драматического искусства, где только что закончилась русская программа DanceInversion, трещал по швам. Зрители свисали с потолка и давились у стен. Ажиотаж понятен. "Лебе-Ди" - вариации на тему "Умирающего лебедя" в постановке восьми хореографов женщин и в мужском исполнении вызвали не только балетоведческий интерес, но и простое любопытство. "Умирающий лебедь" - такое же "наше все", как и "Лебединое озеро". И если знаменитый номер Михаила Фокина когда-нибудь исполняли мужчины, то делали это в точь-в-точь как балерины - надевали пачку и пуанты, нахлобучивали на голову диадему из перьев и плыли из кулисы в кулису, плавно поводя руками. Самый известный мужчина-лебедь Валерий Михайловский танцевал абсолютно всерьез, остальные дурачились в капустниках. Французский танцор Педро Поуэльс не переодевается и не дурачится. Но и связи с самым первым и самым знаменитым "Умирающим лебедем" Анны Павловой не отрицает. Моноспектакль "Лебе-Ди" начался с показа дореволюционных кадров. Последующее действо сопровождали более странные картинки. Увеличенные до неестественных размеров фрагменты фотографии павловского "Лебедя" служили эпиграфом к каждой вариации. В смутных пятнах с трудом угадывались то локоть, то нос, то колено великой балерины, то перышко с ее костюма. Опусы французских хореографов-женщин развивали абстрактные фотоузоры в трехминутные пластические композиции. Лебедь Педро Поуэльса, облаченный в обычные майку и брюки, акцентировал то ломкие перегибы тела, то смертельные падения навзничь, то шоковую неподвижность. В вариации наиболее известной из участниц проекта Каролин Карлсон танцовщик вскакивал на стул и разевал рот в немом крике, а потом словно стекал по воздуху все ниже и ниже. Но уже в следующем фрагменте, придуманном Франсуаз Дюпюи, Лебедь отчаянно боролся за жизнь - композиция напоминала комплекс утренней гимнастики. Педро Поуэльс танцевал не только про Лебедя, но и про превращения движений. Исторический "Умирающий лебедь" дробился на фрагменты и детали, из частей возникало совершенно другое целое. Французские "Лебе-Ди" были похожи на пластический детектив. Самое интересное началось после спектакля. Педро Поуэльс отвечал на вопросы и выслушивал отзывы публики. Один из зрителей увидел в спектакле восемь моделей ухода из жизни. А другая восторженная балетоманка угадала в герое Поуэльса возлюбленного всем известного Лебедя и предложила танцору исполнять свой авангардный вариант параллельно с классическим. Но сам Педро Поуэльс объяснил спектакль гораздо проще: "Все началось с шуток по поводу длины моих рук, а потом придумали все остальное".