Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Экономика
Путин назвал развитие Дальнего Востока приоритетом на весь XXI век
Политика
Военный эксперт назвал высшей степенью цинизма условие НАТО для принятия Украины
Общество
Церемония прощания с погибшим в ДНР оператором НТВ Кожиным прошла в Останкино
Мир
Пластический хирург из Лос-Анджелеса предположила у Байдена болезнь Паркинсона
Мир
Краснов обсудил с генпрокурором КНР дальнейшее взаимодействие двух стран
Общество
Путин заявил, что РФ рада создать условия для развития IT в новых регионах
Общество
Причиной массового ДТП в Рязанской области стал выезд автобуса на встречную полосу
Общество
Три человека задержаны по делу о массовом отравлении в Москве
Мир
СМИ сообщили о помощи Турции в предотвращении нового теракта в РФ
Происшествия
Грузовик врезался в 16 автомобилей на востоке Москвы
Мир
Украинский переводчик на конференции в Швейцарии исказил слова Мелони о конфликте
Общество
Путин указал на миграционный приток молодежи в Якутию
Интернет и технологии
В России выходит игра по мотивам книжного цикла «Сказки Старой Руси»
Общество
Бари Алибасов опроверг слухи о своей госпитализации
Культура
Зарубежные кинокритики высоко оценили второй сезон «Дома Дракона»
Мир
Пхеньян украсили флагами РФ и КНДР в преддверии приезда Путина
Общество
В Белом море нашли затонувший советский пароход «Поморье»

В поисках «золотого звена»: что связывает цифровой транспорт и логистику

Цифровизация дорожной инфраструктуры гарантирует России технологический суверенитет
0
Фото: ТАСС/Валерий Шарифулин
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Начавшаяся технологическая революция, содержание которой зачастую урезают до «цифровой», глубоко и необратимо меняет мир вокруг нас. И хотя конечные результаты этих изменений остаются неясными, а для кого-то неоднозначными и даже опасными, процесс, как говорится, пошел. Новые технологии уже трансформируют общество и ценности, экономику и рыночные модели, политику и казавшиеся нерушимыми геополитические альянсы. Борьба за технологическое лидерство, отбросив десятилетиями декларируемые принципы верховенства права и свободной конкуренции, переходит в технологические войны. Первая такая война разворачивается сегодня вокруг большой группы технологий, объединяемых не во всем корректным термином «искусственный интеллект». В этой сфере против потенциального мирового лидера — компании Huawei, главная вина которой ее китайское происхождение, — США без суда и следствия ввели широкий набор санкций и ограничений, не скрывая их протекционистский характер и принуждая другие страны и неамериканские компании к ним присоединиться.

Столь длинное вступление необходимо потому, что ситуация с Huawei — наглядный урок странам и компаниям: в эпоху цифровой трансформации задача обеспечения технологического суверенитета должна ставиться во главу угла национальной политики и корпоративной стратегии. Без этого все усилия и затраты по технологическому перевооружению и развитию высокотехнологичного экспорта сродни намыливанию веревки, чтобы она лучше затягивалась на шее.

Данный вывод в полной мере применим и к таким по определению глобализированным сферам, как транспорт и логистика. Здесь не менее критично для нас правильно расставить технологические приоритеты и обеспечить технологический суверенитет, как и, например, в области искусственного интеллекта. Тем более сферы транспорта и логистики для нашей страны имеют особое значение. Нам необходимо не только обеспечить связность национальной экономики, протянувшейся на 11 часовых поясов, но и по максимуму капитализировать свое географическое конкурентное преимущество естественного транспортного коридора — железнодорожного, авиационного, водного, автомобильного — между двумя крупнейшими центрами мировой экономики: на западе и востоке Большой Евразии.

Неизбежные перемены

Сегодня мы все свидетели, как новые цифровые технологии — информационные, коммуникационные (пока в стандарте LTE, но вскоре в стандарте 5G), навигационные, больших данных, предикативной аналитики, с одной стороны, а с другой, появление «умного», пока «подключенного», а в перспективе беспилотного (автономного), транспорта — объективно и неизбежно ведут к цифровой трансформации всех составляющих транспортной системы: самих транспортных средств, правового и технического регулирования, дорожной инфраструктуры. Судьба у всех одинаковая — измениться, но участники, механизмы и темпы изменений у всех разные.

Парадокс, но с «подключенным» и беспилотным транспортом, например автомобильным, всё проще и определеннее. Все мировые автопроизводители, большинство мировых IT-гигантов, десятки тысяч стартапов по всему миру занимаются развитием этих технологий. Это поле для очень большого и глобального бизнеса, он определяет направления, темпы развития, стандарты эксплуатации, а для неофитов, даже поддерживаемых государственными институтами развития, шансов уже нет — поздно, «окно возможностей» закрыто. Да, сегодня есть технические проблемы с созданием беспилотных автомобилей. Пока есть. Но бизнес их, без сомнения, решит, ибо на кону ежегодно триллионы долларов от миллиардов потребителей. За такой приз бьются до последнего, и чужих сюда не пустят.

Еще одна область трансформации транспортного комплекса связана с изменением регулирования в интересах эксплуатации «подключенного» и беспилотного транспорта. Все развитые государства, и Россия в их числе, уже приступили к решению этой задачи. Но тут есть две сложности.

Первая связана с соблюдением этических норм и распределением ответственности в случае происшествий или аварий с участием «умного» транспорта. Очевидно, что нормы, технологии и юридическая практика, наработанные более чем за 100 лет эксплуатации транспорта, управляемого человеком, здесь плохо применимы.

Вторая сложность обусловлена самой новизной технологий. Технологии настолько инновационны, что информацией об их возможностях и рисках, направлениях и темпах развития владеют только сами разработчики. В этой ситуации эффективное регулирование новых технологических сфер, такое, которое не тормозит развитие, а мотивирует к нему или даже работает на опережение, возможно только при тесном постоянном взаимодействии государственных регулирующих органов и самого инновационного отечественного бизнеса. Причем инициатива совершенствования регулирования должна быть на стороне бизнеса. А уже потом приходит пора поиска компромиссов между государством, отвечающим за национальную и общественную безопасность, и инновационным бизнесом, заинтересованным в первую очередь в завоевании рынков и получении прибыли. Важно отметить, что эти выводы имеют универсальное значение и применимы ко всем инновационным сферам.

Именно в интересах решения этой ключевой задачи цифровой трансформации отрасли крупнейшие российские транспортно-логистические компании, представляющие все виды транспорта, объединились и создали ассоциацию «Цифровой транспорт и логистика». Ассоциация станет постоянно действующим профессиональным, публичным и открытым механизмом, призванным соединить интересы бизнеса и государства с поставленными президентом задачами технологического прорыва страны.

Работа на опережение

Третье направление цифровой трансформации связано с транспортной инфраструктурой. И тут есть своя отраслевая и национальная специфика.

Во-первых, это направление наиболее затратное и ресурсоемкое, а инвестором, как правило, выступает государство, распределяющее свой всегда ограниченный в объемах бюджет между множеством отраслей и сфер. Именно поэтому создание и модернизация транспортной инфраструктуры всегда будут самым длительным и консервативным элементом любой технологической трансформации, в том числе и нынешней — цифровой.

Например, формирование дорожной сети для массовых автомобилей идет уже более столетия и до сих пор в некоторых странах далеко от завершения. А уже на подходе беспилотный автотранспорт, которому нужны физически иные дороги и развязки. Но именно потому, что дороги служат долго, модернизируются задорого, их цифровизацию надо начинать уже сейчас. Работать на опережение. Не дожидаясь «умных» или беспилотных автомобилей. И не важно, когда они появятся на наших дорогах: в 2025, 2030 или 2035 году.

Во-вторых, в развитии цифровой дорожной инфраструктуры, например, для автомобильного транспорта еще есть «окно рыночных возможностей» для отечественных компаний в отличие от самих беспилотных автомобилей, где окно возможностей для новых, в том числе российских, компаний уже закрыто.

В-третьих, именно решения по цифровой дорожной инфраструктуре в наибольшей степени влияют на безопасность на транспорте и обеспечение технологического суверенитета. Кто контролирует цифровую инфраструктуру, тот по факту и контролирует национальную цифровую экономику. По этой причине решения по цифровой дорожной инфраструктуре должны быть в максимально возможной степени отечественными. Это тем более важно для нашей огромной страны, экономику которой транспорт связывает в единое целое.

В-четвертых, после внедрения отечественных решений их можно предлагать на экспорт. А спрос именно на российские цифровые решения по транспортной и иной критической инфраструктуре в мире есть. Поскольку задача обеспечения суверенитета над национальной цифровой экономикой стоит не только перед Россией, а перед всеми странами. И тут российские решения, при прочих равных условиях, выглядят предпочтительнее для многих стран мира, чем решения от американских или китайских компаний, поскольку не требуют однозначного и невозвратного политического выбора «на какой ты стороне».

В-пятых — и это национальная особенность и наше конкурентное преимущество — на отечественном транспорте уже созданы и функционируют несколько информационных инфраструктур с федеральным охватом. На автомобильном транспорте это инфраструктура государственных систем «Платон», ЭРА-ГЛОНАСС и Минтранса России, которые во многом дополняют друг друга. На железнодорожном транспорте это инфраструктура корпоративных систем РЖД. Такого нет ни в одной стране мира. И нам необходимо использовать это в целях ускорения, повышения эффективности и снижения затрат на цифровую трансформацию отечественного транспорта и логистики.

Инфраструктура создана и успешно функционирует по всей стране, сегодня необходимо расширять ее возможности под новые государственные задачи, потребительские сервисы для бизнеса и граждан, обеспечить сопряжение между собой и другими государственными и корпоративными, российскими и зарубежными системами в интересах мультимодальных и трансграничных перевозок. В житейской аналогии: мы провели основные затраты — купили смартфон, теперь мы можем просто, быстро и относительно дешево устанавливать на него необходимые цифровые сервисы.

Вывод однозначен. В ходе цифровой трансформации сфер транспорта и логистики основные усилия и ресурсы государства (как основного инвестора и регулятора) и отечественного бизнеса (как разработчика решений и будущего оператора) необходимо сконцентрировать именно на цифровой транспортной инфраструктуре. Именно это даст максимальный экономический эффект внутри страны и в развитии высокотехнологичного экспорта, гарантирует технологический суверенитет и национальную безопасность, позволит за счет цифровых технологий повысить уровень безопасности на транспорте. Это и есть то самое «золотое звено», за которое мы вытащим всю цепь.

Автор — кандидат технических наук, главный аналитик ассоциации «Цифровой транспорт и логистика», член экспертного совета при правительстве РФ

Прямой эфир