По итогам финального подсчета голосов в первом туре президентских выборов на Украине большим сюрпризом для наблюдателей стала низкая поддержка Петра Порошенко армией. Даже в наиболее лояльных частях, расположенных на линии фронта в Донбассе, он набрал меньше голосов по сравнению с совершенно гражданским кандидатом Владимиром Зеленским, выступающим с более мягкой позицией в отношении конфликта и России. В тыловых районах поддержка действующего главнокомандующего оказалась и того ниже.
Зеленский победил на большинстве из 79 спецучастков для военных в так называемой «зоне ООС» («Операции объединенных сил»). Взял он на них и общее лидерство по количеству голосов — 12 559 против 12 295 у действующего президента. Все остальные кандидаты не набрали там и по полторы тысячи галочек в бюллетенях.
На фоне результатов по всей стране, где действующий президент получил лишь около 16% голосов, такой итог для другого кандидата выглядел бы успехом. Но для Петра Порошенко, который сделал девиз «Армия! Язык! Вера!» основой своей предвыборной кампании, такая поддержка от своих войск стала поражением. Не помогли ни щедрое финансирование, ни показательные визиты в зону конфликта с переодеванием в камуфляж, ни регулярные публичные шоу с передачей отремонтированной и новой боевой техники в войска.
Такие пиар-акции помогают произвести впечатление на экзальтированную патриотическую публику, уверенную в небывалом возрождении при Порошенко украинской армии. Некоторым после его заявлений о «самой сильной армии Европы» даже начинало казаться, что ВСУ теперь способны дойти победным маршем до Севастополя. Но военные видят ситуацию изнутри и понимают, что реальной трансформации армии не произошло и жизнь радикально отличается от пропагандистской картинки.
Петр Порошенко провозгласил Россию главным противником страны. Но под его руководством национальная армия, несмотря ни на какие лозунги, сильнее по отношению к российской не стала. Наоборот, в этот период на каждую единицу новой и модернизированной украинской бронетехники в РФ закупалось несколько. На каждый отремонтированный и покрашенный для украинских воздушных сил устаревший самолет или вертолет приходится десяток новых и современных машин, которые получили российские ВКС. Пока ВСУ пытается освоить довольно банальный опыт противоповстанческих боевых действий, российская армия оттачивала в Сирии навыки ведения современной сетецентрической, высокотехнологичной войны.
Разрыв в боевых возможностях между Россией и Украиной за последние годы только вырос. Разумеется, ситуация не улучшится и при другом президенте. Слишком разные весовые категории у бывших «братских республик». Но более реалистичный взгляд на свои возможности и уменьшение воинственной риторики Украине не повредят.
Конечно, реальные успехи в армейском строительстве за последние пять лет у Киева были. Но их не так уж много. Стране удалось закупить и произвести несколько сотен единиц легкой бронетехники для войск. У Турции приобретена партия из шести ударных беспилотников начального класса с ограниченным боекомплектом. США продали Украине серьезное количество ПТРК Javelin. Одновременно удалось наладить серийное производство сотен единиц собственных противотанковых ракетных комплексов «Стугна» и «Корсар».
Но для армии, по численности превышающей германскую или французскую, этого совершенно недостаточно. Остались нереализованными бесчисленные обещания и планы по налаживанию выпуска и закупке военных самолетов и вертолетов, постройке собственных корветов, разработке крылатых и баллистических ракет.
Даже некогда впечатляющая бронетанковая промышленность Украины, оставшаяся в наследство с советских времен, оказалась не у дел. Порошенко вступил в свою должность с советскими Т-64БВ, стоявшими на вооружении украинской армии. Похоже, что он покинет ее спустя пять лет с теми же даже не прошедшими серьезной модернизации машинами, оставшимися в качестве основного боевого танка. Модификация Т-64БМ «Булат» не проявила себя положительно в боях 2014–2015 годов и больше не закупалась. Незначительное количество модифицированных Т-72 и Т-80, извлеченных из резервов, погоды в войсках тоже не делает.
В результате нехватки вооружений и персонала массовое развертывание новых частей оказалось фикцией. На бумаге количество отдельных танковых бригад выросло с двух довоенных до шести. На практике на их укомплектование нет ни достаточного количества танков, ни прочей бронетехники, ни людей. Не хватает их и для многочисленных новых пехотных частей. В итоге укомплектованы близко к штатным показателям только те формирования, что направляются в зону боевых действий. Остальные из-за проблем с удержанием на службе контрактников фактически остаются кадрированными и небоеготовыми без проведения мобилизации резервистов.
Не удалось завершить в срок или хотя бы под выборы даже крупнейший инфраструктурный проект — возведение по всей стране 184 новых общежитий для контрактников. Эта задача несравнимо проще, чем разработка и налаживание серийного производства современной боевой техники. Но и она превратилась в череду скандалов и срывов сроков. Безусловно, бездомные контрактники и офицеры во время выборов припомнили эти недостроенные жилища своему главнокомандующему.
Еще больший ущерб предвыборной кампании Порошенко нанес коррупционный скандал в ВПК и история с контрабандой запчастей для боевой техники. Публикация покоробила даже тех украинцев, кто, казалось бы, уже привык к эндемичной местной коррупции.
Но обнародованное — лишь вершина айсберга. Вялотекущий вооруженный конфликт стал идеальной питательной средой для коррупции и воровства на НИОКР и армейских закупках, кормушкой для «своих». После отстранения действующего президента и его людей от власти и ревизии ВПК подобных скандалов всплывет намного больше.
Армия и ВПК объявлялись хребтом, скрепой президентства и предвыборной кампании Петра Порошенко. По иронии судьбы они же могут похоронить его политическую карьеру и даже стать причиной уголовного преследования после потери неприкосновенности в связи с уходом с президентского поста.
Автор — военный эксперт
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
