Георгий Данелия — один такой, не похожий ни на кого. Его фильмы трудно отнести к какому-то жанру. Он сам придумал себе жанр — лирическая комедия. Ведь чистой комедией его кино назвать сложно, мелодрамой — тем более. Скорее удивительный микс слез и смеха — то есть жизнь как она есть. Сам себя он называл грузином московского розлива. И все его фильмы были абсолютно космополитичными — грузинская тонкость в сочетании с московской европейскостью.
Первую «Кин-дза-дза!» (1986) я посмотрела совсем юной. Данелия уже тогда был недосягаемой величиной, и я представить себе не могла, что когда-то мне выпадет счастье поработать с ним вместе. Новая, анимационная «Кин-дза-дза!» была подарком судьбы — мастер-класс длиною в шесть лет.
Над сценарием мы начали работать еще в 2006 году. Было шесть версий с совершенно различными фабулами. Потом картина встала на три года (на «Союзмультфильме» тогда остановилось около 70 проектов), но мы продолжали работать почти бесплатно маленькой группой. Позже к нам присоединился Сергей Сельянов (продюсер «Лунтика» и «Трех богатырей». — «Известия»), и мы фактически с нуля сделали фильм за два года. Для полного метра это нормальный срок. А для технологии, в которой мы работали, — всю технику и детали фона моделировали в 3D, а сама анимация была классическая, рисованная — это даже быстро.
Почему Данелия решил делать новую версию? Мы с ним много говорили об этом. Причины две. Первая — он был настоящим художником, а художник всегда ищет новые пути самовыражения. Ему было страшно интересно вступить на неизведанную территорию. Это сам по себе важный мотив.
А во-вторых, ему хотелось сделать современное высказывание. Первый «Кин-дза-дза!» был фильмом-предупреждением, рассказом о том, что с нами со всеми произойдет, если мы не остановимся. Новая версия была уже констатацией факта, обращением к новому поколению, которое живет в мире, подтвердившим его опасения. Она, наверное, смотрится легче, но на самом деле гораздо страшнее. Не случайно Толик, молодой человек, ставший главным героем, на пустынной планете Плюк себя чувствует как рыба в воде — она не сильно отличается от его Земли.
Данелия был чрезвычайно требовательным — к себе в первую очередь, но и ко всем остальным. И то, как он работал, лучше всяких слов свидетельствовало: для него кино — это жизнь. Он с трудом переносил выходные, не мог дождаться понедельника, чтобы снова взяться за дело. Всегда первым приходил на студию. Остальные просыпаются, подтягиваются по одному — а он уже на месте, и работа кипит.
Свои голоса героям фильма подарили артисты, с которыми Данелия работал ранее, — Вахтанг Кикабидзе, Евгений Стеблов, Александр Адабашьян, Полина Кутепова... Данелия и сам озвучил две роли. Сначала это была «рыба», черновая запись, которую он хотел перезаписать, но я сумела его уговорить оставить всё, как есть.
Своим упорством Данелия нас всех вдохновлял. Фильм был очень сложным — и по задумке, и по реализации, и по производственным обстоятельствам. Чтобы его вытянуть, нужно было невероятное усилие. Его энтузиазм, огромная вера в то, что мы делаем — и в то, что всё обязательно получится, — были основной движущей силой. Своей последней картиной, кстати, он очень гордился, говорил, что это «лучшее мое кино». Мне всегда это было приятно слышать (фильм получил «Золотого орла», «Нику» и азиатский «Оскар». — «Известия»).
Работать с Данелией было тяжело, а вот дружить — волшебно. Это был невероятный человек, обаятельный, сочувствующий, не стареющий. В последний раз мы общались с ним по телефону 27 января — он сам позвонил мне в перерывах между больницами, чтобы поздравить с прошедшим Татьяниным днем.
Конечно, все знали, что Георгий Николаевич болеет. Но он глыба, поэтому казалось, что он может победить всё. Даже это. В последние годы он не давал никаких интервью. Конечно, с одной стороны, ему физически это было тяжело. А с другой — он не хотел показывать себя слабым. Внутренне он всегда оставался сильным.
Его последний фильм уже был свидетельством его масштаба. Человек с мировым именем, да и просто гений — чего стесняться правды — взял и поменял область творчества: из игрового кино ушел в анимацию. Это поступок, требующий огромной силы, уверенности, широты взглядов. И внутренней юности — такие радикальные шаги свойственны скорее молодым людям, чем заслуженным и состоявшимся.
Автор — режиссер-мультипликатор, сценарист, художник-постановщик, лауреат Государственной премии РФ в области культуры
