Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Наука
Россия приступила к проектированию собственной космической станции
Мир
Башар Джаафари стал новым сирийским послом в России
Спорт
Карякин стал победителем соревнований по блицу на турнире «Шахматные звезды»
Мир
В NASA заявили о желании продлить программу перекрестных полетов с РФ
Мир
Virgin Atlantic решила закрыть рейсы в Гонконг из-за невозможности летать над РФ
Мир
Глава TotalEnergies назвал введение потолка цен на нефть из РФ плохой идеей
Мир
Глава делегации РФ в Вене предостерег США от поставок дальнобойного оружия Киеву
Мир
Дипломат Гаврилов заявил о подстрекательстве Киева Западом к отказу от переговоров
Мир
В Лондоне выступили против участия России в расследовании по «Северным потокам»
Мир
ЕС планирует официально запустить 17 октября тренировочную миссию для ВСУ
Мир
Умерла итальянский модельер Франка Фенди
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Четыре года назад завершилась Дебальцевская операция — наиболее масштабное сражение за время конфликта в Донбассе, окончившееся победой объединенных сил ЛНР и ДНР. Само Дебальцево, находившееся в эпицентре котла, оказалось разрушено на 80%. Сегодня, к сожалению, ситуация здесь продолжает оставаться нестабильной. О полном восстановлении города говорить не приходится. Линия фронта пролегает в каких-то 8 км от его окраин, только за первую неделю марта зафиксировано несколько десятков обстрелов прилегающих к городу территорий.

Кров, вода, тепло

Дебальцево — небольшой городишко даже по донбасским меркам. До войны насчитывал 27 тыс. человек. Во время котла в феврале 2014-го — 4 тыс. Сейчас, по самым оптимистическим оценкам, — около 20 тыс. «Все друг друга знают, — говорят дебальчане. — У нас всё на виду».

Табличка на вьезде в Дебальцево
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Сергей Прудников

Въезд в город через блокпост. Первое, что бросается в глаза на автостанции, — разбитая снарядами кирпичная будка. Далее, по дороге в центр, — торговый дом с зияющими проемами на верхних этажах. Еще дальше — выжженное здание бывшей администрации. Часть окон в многоэтажках разбита или заколочена. В целом впечатление двоякое. С одной стороны, жизнь идет своим чередом: пешеходы, транспорт, магазины, всё как в среднестатистическом уездном городке. С другой, очевидно — Дебальцево от ран и потрясений не оправился.

— Ключевая наша задача — восстановление жилья, — рассказывает заместитель главы города по ЖКХ Ирина Гордус.— Представьте, из 297 многоквартирных домов у нас пострадали 225. На сегодняшний день полностью отремонтированы 110. Из 6 тыс. частных домов повреждены более 3,5 тыс. Из них почти три сотни уничтожены до основания. 46 мы отстроили с нуля. Тем, у кого жилье уцелело, выделяем в порядке очереди стройматериалы. Также с ремонтом помогает Красный Крест.

Другая проблема, с которой, к счастью, удалось оперативно справиться, — отопление, добавляет Ирина Гордус. В начале 2015-го был разморожен весь город, квартиры стояли ледяные. Заменить трубы и батареи удалось в течение полугода благодаря гуманитарной помощи из России. И общим усилиям коммунальщиков ДНР — в Дебальцево тогда ехали бригады со всей республики.

Бывшее здание городской администрации Дебальцево

Бывшее здание городской администрации

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Сергей Прудников

С еще одним болезненным вопросом — водоснабжением — сложнее. И до войны, и сейчас воду горожанам подавали и подают только два раза в сутки — утром и вечером по несколько часов (везде, даже в детсадах). Причем только холодную — горячей централизованной не было никогда. Всё бы ничего, но изношенность сетей, по словам чиновницы, составляет почти 90%. Чуть что — жди прорыва. Ситуация усугубляется и тем, что при отходе украинские военные сожгли все схемы сетей Дебальцево, не осталось ничего! При авариях ремонтникам приходится действовать, как слепым котятам, — искать, как смогут…

Как солдаты

— Из достижений последних лет — возобновление работы железной дороги, — рассказывает замглавы города по социальным вопросам Оксана Козлова. — На железке в Дебальцево занято сейчас 3 тыс. человек (до войны трудилось около 6 тыс. — «Известия»). Восстановлено грузовое и пассажирское движение. Например, ежедневно ходят электрички и поезда в Луганск и Ясиноватую. Отреставрирован, а где-то поднят из руин, социальный фонд: шесть школ, семь детсадов, две больницы. Ждут своего часа два стадиона. Ремонтируется дворец спорта «Локомотив».

Отреставрированный железнодорожный вокзал Дебальцево

Отреставрированный железнодорожный вокзал

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Сергей Прудников

Детсад «Звездочка», что на восточной окраине Дебальцево, — как раз из таких, воссозданных из пепла.

— Закрылись мы в июле 2014-го, когда начались бои, — рассказывает заведующая детсадом Людмила Щербинина. На этой должности она с 1983 года. — За несколько месяцев прямыми попаданиями были уничтожены помещения детских групп, ясли, прачечная, пищеблок, медицинский кабинет…

Реставрация началась после котла и заняла около двух лет.

— Сейчас у нас 114 ребятишек, — говорит заведующая. — Фактически довоенный уровень. Из них 28 — самые маленькие, до трех лет, не заставшие боев, самые беззаботные и спокойные. Те же, кому приходилось прятаться в подвалах и спасаться от бомб, вернувшись к нам, были похожи на испуганных зайчат, кидались на игрушки. Хотя со временем пришли в себя, выровнялись.

Младшая группа в детском саду «Звездочка» в Дебальцево

Младшая группа в детском саду «Звездочка» в Дебальцево

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Сергей Прудников

Рядом со зданием «Звездочки» спилены под корень два десятка тополей.

— Их посадили 40 лет назад, — делится Людмила Викторовна. — И во время обстрелов, получается, эти деревья, как солдаты, защитили детский сад. Стояли вокруг и приняли на себя основной удар металла. Полностью были набиты осколками.

Не говорят и не помнят

Один из тех, кто провел в Дебальцево все военные годы, не покидая его, — 39-летний Евгений Баранов (уезжать не собирается). В прошлом начальник пожарной команды на железной дороге. С недавних пор — замначальника отряда железнодорожной охраны. Рассказывает, что в течение первых шести месяцев войны выезжать на пожары приходилось около ста раз, считай, через день-два. Город полыхал.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Сергей Прудников

— В отряде из 250 человек у нас тогда осталось 20 ребят, — вспоминает Евгений. — И ездили мы на все вызовы, хотя должны только на железнодорожные. Потому что некому было! Частный сектор горел безбожно. Главная задача стояла — локализовать очаги, отсекать огонь, застройка ведь в Дебальцево плотная. Пассажирские вагоны горели. Склады с ГСМ. Несколько дней умирал наш ДК — бывший штаб ополчения. Украинцы обстреляли его, но потушить не дали, не подпускали…

Вообще, объясняет железнодорожник, ВСУ вели себя в городе как временщики, не готовые налаживать мирную жизнь. Не чувствовали себя хозяевами. От того, наверное, и бежали.

— Обидно, что про наш город, который когда-то гремел в новостных сводках, больше не вспоминают, — говорит Евгений. — Только-только минула годовщина Дебальцевской операции, а в СМИ — тишина. О том, как мы живем сегодня, — ни слова! В то время как тысячи людей, по сути, продолжают существовать в условиях гуманитарной катастрофы.

До и после

Уроженка Дебальцево Ольга Кузьменко последние четыре года проживает с маленьким сыном в Красном Луче (ЛНР). По профессии — инженер-землеустроитель. На родину возвращаться не собирается.

— Страшно, — вздыхает Ольга. — Боюсь и за себя, и за ребенка. И перспектив никаких.

Из города она бежала еще в 2014-м, с началом обстрелов. В январе 2015 года поехала обратно забрать вещи. И до сих пор вспоминает тот день как самый страшный в своей жизни.

Центральная площадь Дебальцево

Центральная площадь Дебальцево

— Прибыла на автобусе в семь вечера, стояла темнота, на улицах ни души. Пошла домой пешком. Помню только, что под ногами всё время что-то хрустело — это были осколки. И вокруг бегали и выли собаки. Квартира моя стояла холодная, без воды, без света, — вспоминает Ольга. — Вышла во двор, спросила у соседа-дедушки: что делать? Он сказал, все идут в подвал на ночь, но ты не ходи, иначе не сможешь больше в квартире находиться — всё время вниз бегать станешь. Потом я встретила соседок, они сказали: спускаемся в убежище, будем водку пить. Тогда все, особенно женщины, пили, чтобы заглушить страх. Я переночевала у себя под звуки канонады. А наутро так же пешком пошла до трассы. Вокруг ездили, как машины, украинские танки. Замечая меня, тормозили, рассматривали. Увидев карету «скорой», я бросилась к ней, думала — подвезут! Но и оттуда торчали дула автоматов украинских солдат. Многие в то время пропадали без вести, особенно девушки. Считаю, я только чудом не пострадала.

По словам Ольги, история родного города для нее теперь делится на «до» и «после». Соприкасаться с тем, что «после», она не хочет.

Дебальцево — сегодня уже имя нарицательное (как какой-нибудь Чернобыль), означающее кровь, огонь, боль. И еще, наверное, победу. Однако сами его жители говорят, что никакой победы они не чувствуют. Куда ни посмотри — клубок хронических проблем. Люди живут прошлыми достижениями. Потому что впереди — неизвестность. Отсутствие перспективы. И отсутствие ясности — куда они идут? Не будь войны и постоянной угрозы — давно бы воссоздали разрушенный общий дом. А пока всё — вполсилы. И хочется шагнуть вперед — но некуда. Пока некуда.

Читайте также
Реклама