Здравый смысл для голубого топлива
Всемирная торговая организация (ВТО) частично поддержала Россию в споре с Евросоюзом по поводу третьего энергопакета и протекционизма в газовой отрасли. ВТО признала неправомерными ограничения поставок российского газа по газопроводу OPAL, регуляцию продаж российского газа на бирже и наличие списка проектов, «представляющих общественный интерес».
Разбирательства по иску России к Евросоюзу велись с апреля 2014 года. Тогда наша страна обратилась в ВТО с просьбой о проведении консультаций с Евросоюзом по поводу урегулирования возникших споров. Предметом стали нормы энергетического законодательства, действующие в Евросоюзе. С точки зрения России как крупнейшего поставщика энергоресурсов, действующие нормы являются дискриминационными, они не соответствуют Генеральному соглашению по торговле услугами и Генеральному соглашению по тарифам и торговле Всемирной торговой организации.
В Европейском союзе действует пакет законов, формально направленных на либерализацию энергетических рынков, — Третий энергопакет. В частности, реализация заложенных в него норм должна была устранить опасность монополизации рынка газа и повысить энергобезопасность региона. Так, предусматривается разделение бизнеса по добыче и распределению голубого топлива. Если вы добываете газ, то, с точки зрения ЕС, вам крайне нежелательно владеть газопроводами. Если же звезды сошлись столь неблагоприятно, что добычная компания владеет газопроводом, то она должна резервировать 50% его мощности для других поставщиков.
Эта система могла бы эффективно работать, если бы вокруг Европы располагались десятки поставщиков газа. Они бы отчаянно конкурировали друг с другом за доступ, формируя тем самым в ЕС рынок покупателя. Пока же этот редкий зверь водится только в докладах некоторых организаций.
В реальности же рынок ЕС достаточно емкий, но не очень привлекательный по цене. Это отпугивает от него значительную долю поставщиков сжиженного природного газа (СПГ), предпочитающих везти свой товар туда, где за него платят больше, то есть в Азию. А трубопроводные поставки в ЕС ограничены географическим фактором — Россия, Норвегия, Алжир и с переменным успехом Ливия.
В рамках действия третьего энергопакета практически невозможно реализовать окупаемый крупный газопровод. В Евросоюзе это прекрасно понимают. Поэтому некоторые проекты получили статус «представляющих общественный интерес» и их вывели из-под норм действия Третьего энергопакета.
Газотранспортные проекты разделились на любимчиков и отверженных. В число любимчиков попал, в частности, газопровод TAP, по которому 10 млрд куб. м азербайджанского газа предполагается поставлять на Балканы и в Италию. А в число отверженных — крупнейший для своего времени проект «Южный поток», преобразовавшийся в «Турецкий поток».
В то же время ЕС ограничивал поставки через газопровод OPAL. Этот газопровод — продолжение «Северного потока». Предполагалось, что на него распространится исключение из норм действия третьего энергопакета. Но в действительности 18 млрд куб. м из номинальных 36 млрд куб. м приходилось резервировать. Объяснить, для кого конкретно даже в теории нужен этот резерв, Еврокомиссия не могла.
Таким образом, решение ВТО, признавшим ограничения в 50% мощности противоречащими Генеральному соглашению по тарифам и торговле, стало уже второй крупной победой здравого смысла над европейским законодательством. Впрочем, в данный момент решение по OPAL мало что меняет в деятельности этого газопровода, который и без того загружен на 90% (после разбирательств с «Газпромом» ЕК в конце 2016 года выдала соответствующее разрешение). Но данное решение может оказаться крайне важным для реализации новых газотранспортных проектов. Например, для «Северного потока – 2». В том случае, если на него постараются наложить дополнительные ограничения по используемой мощности.
В этой связи дополнительным козырем на руках у российских газовиков становится признание протекционистского статуса «проектов, представляющих общественный интерес», противоречащим Генеральному соглашению по тарифам и торговле. Правила должны быть едины для всех.
Теперь стоит ожидать ответного хода Евросоюза. Предположительно, он должен изменить свое законодательство в соответствии с решением ВТО. Исчезновение «любимчиков» приведет к необходимости пересмотреть ряд норм Третьего энергопакета. Иначе реализация внутренних газотранспортных проектов окажется под вопросом. Не исключено, что будет придуман какой-то иной механизм поддержки.
Теперь Евросоюзу будет куда сложнее опровергать тезис о том, что реализация крупных инфраструктурных проектов в рамках действующего законодательства слабо осуществима. Радует, что даже в наше неспокойное время разбирательства в крупных международных организациях не превратились в игру в одни ворота.
Автор — заместитель гендиректора Института национальной энергетики, аналитик
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
