Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Вагнер из Софии

На сцене Большого театра показали «Кольцо нибелунга»
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Большом театре проходят гастроли Софийского театра оперы и балета. Прославленная болгарская труппа привезла в Москву шесть постановок, в том числе «Кольцо нибелунга» целиком. Уже один этот факт делает партнерство двух театров примечательным: за всю историю Большого великая тетралогия Вагнера звучала на его сцене считанные разы.

Мировая премьера софийского «Кольца» состоялась в 2010–2013 годах — театр выпускал по одной части каждый год. Так что спектакли эти весьма новые, но уже успевшие стать национальной гордостью болгарских меломанов. Мало какой коллектив, даже столичный, может позволить себе иметь в репертуаре вагнеровский цикл целиком. Здесь же вдобавок все солисты — местные. Лучшей рекламы оперной труппе не придумаешь.

За визуальную часть тоже отвечали свои: режиссер Пламен Карталов (он же худрук и генеральный директор театра) и художник Николай Панайотов. Но именно их работа вызвала после московского показа больше всего вопросов. Постановщики решили совместить минималистичную условность декораций с нарочито перегруженными, в стиле фэнтези, костюмами. Реквизит и вовсе навевал мысли о пародии. Ну, а как еще воспринимать «транспорт» валькирий — конусы, установленные на отчаянно скрипящие тележки? Или белую кровать для Брунгильды, которая по сюжету засыпает на горном утесе?

Впрочем, главный элемент сценического оформления — огромное кольцо, на которое проецируется изображение — как раз заслуживает одобрения. Конструкция, отсылающая к центральному символу тетралогии, превращается то в поле сражений, то в огненную стену, то в берега реки. И именно внутри него разворачивается первая сцена «Золота Рейна». Резвящихся в воде русалок Пламен Карталов решил изобразить в виде гимнасток.

В самой первой — мюнхенской — постановке «Золота» в 1869 году исполнительницам пришлось несладко (они были подвешены на тросах), да и потом режиссеры чего только не придумывали для изображения водных забав дочерей Рейна, однако болгарским певицам (Милена Гюрова, Ина Петрова и Елена Маринова) пришлось едва ли не тяжелее всех: петь Вагнера и одновременно прыгать на батуте — задача за гранью возможного. Неудивительно, что их вокал не отличался ровностью и временами растворялся в бурных оркестровых потоках.

С аналогичной проблемой столкнулись и некоторые другие исполнители, даже из числа тех, что твердо стояли на ногах: например, бог света Фро (Хрисимир Дамянов) при первом появлении не смог пробиться сквозь оркестровую «тучу». Иным же приходилось форсировать звук, поэтому Зигмунд (Мартин Илиев) демонстрировал чрезмерное вибрато, а Хундинг (Ангел Христов) грешил приблизительной интонацией.

Чувствовалось, что болгарские гости с трудом адаптируются к прихотливой акустике исторической сцены Большого. И всё же именно музыкальная часть — главное достоинство гастрольного «Кольца». За исключением нескольких мелких казусов духовых, оркестр с честью справился со сложнейшей партитурой. Нельзя не отметить и работу ведущих солистов — в первую очередь Николая Петрова (Вотан), Йорданки Дериловой (Брунгильда), Румяны Петровой (Фрика) и Цветаны Бандаловска (Зиглинда), продемонстрировавших вокал действительно мирового уровня.

Актерская игра показалась менее убедительной и суетливой, но тут скорее дело опять-таки в режиссерских установках. Преодолевая статичность вагнеровских мизансцен, Карталов перестарался. Зато немецкий дирижер Эрих Вехтер (пожалуй, единственный иностранец в этом национальном проекте) добился точного и слаженного звучания. И пусть порой хотелось больше красок, «магии» — того, чем, кстати, отличается единственное российское «Кольцо» (Мариинского театра) в интерпретации Валерия Гергиева, оркестр Софийского театра безусловно заслуживает похвал.

 

Читайте также
Прямой эфир