Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Шарлто Копли: «Общество отчаянно нуждается в комедиях»

Голливудский актер — о новом фильме «Oпaсный бизнес», работе с Шарлиз Терон и политкорректности
0
Фото: Global Look Press/PMA/AdMedia
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В российском прокате — криминальная комедия Нэша Эдгертона «Oпaсный бизнес». Шарлто Копли («Район № 9», «Малефисента», «Хардкор») играет бывшего американского наемника, который покончил с прошлым и помогает людям на Гаити. Но вскоре ему приходится вернуться к своей прежней профессии и отправиться в Мексику... Корреспондент «Известий» встретилась с актером в Беверли-Хиллз и расспросила его о работе над проектом.

— Вам понравилось сниматься в Мексике?

— Да, очень. Это мои вторые съемки в этой стране после «Элизиум: Рай не на Земле». Многому из того, что вы видите в фильме, мы обязаны именно Мексике. Место съемок — это как персонаж. Я думаю, если бы мы не поехали туда, это имело бы катастрофические последствия для нашей истории. Когда меня спрашивают, как я готовился к съемкам, я обычно отвечаю: «Мы поехали снимать в Мексику. И всё хорошее и плохое, что есть в этой стране, пропитало актерскую игру и вообще всю нашу историю».

— Можно ли сказать, что Мексика ошеломила вас?

— Я родом из Южной Африки, и мне довелось побывать в разных местах. Так что я привык ко всему.

Однажды я оказался на крупнейшей в мире свалке за пределами Мексики. Это точно такая же свалка, как в фильме «Элизиум». Не знаю, чем это объяснить, но меня время от времени несет к свалкам. (Смеется.)

Еще мы были в маленьком городке на берегу моря, и у меня остались очень хорошие воспоминания от этой поездки. Так что мы видели разную Мексику. А чего стоят погони на машинах!

— Как давно вы знакомы с Шарлиз Терон, которая сыграла в этом фильме безжалостную бизнесвумен и была продюсером?

— Я знаком с Шарлиз с момента выхода «Района № 9» в 2009 году. Сначала мы работали вместе над комедийной короткометражкой «Викус и Шарлиз», после чего подружились. И именно Шарлиз предложила мне сниматься в «Опасном бизнесе». Она и другой продюсер Бет Коно прислали мне сценарий и познакомили с Нэшем. В то время я собирался отдохнуть от съемок и затем заняться другими проектами, но она очень быстро уговорила меня. У нее на это ушло три секунды.

— С Шарлиз Терон трудно работать на съемочной площадке? Она сама призналась мне, что много кричит.

Она сейчас на вершине своей карьеры. Во всех отношениях. Она знает свое дело вдоль и поперек, и у нее большой опыт. Когда я жил в Южной Африке, а Шарлиз стала звездой Голливуда, мне казалось, что у нее нет преград и она может всё на свете. В каком-то смысле он проложила мне дорогу в кино. И для меня большая честь работать с ней.

— Что она такого сказала вам, что вы столь быстро согласились сниматься в этом фильме?

— Шон Пенн хотел сниматься в этой роли, но я даю ее тебе. (Смеется.) Шарлиз не произнесла его имя, но я думаю, что она имела его в виду, когда сказала «другой актер» (Пенн — бывший спутник Терон. — «Известия»). Поначалу я стал ломаться, говорить, что у меня другая работа и прочее... Но она прервала меня и сказала: «Слушай, козел, ты берешься за роль или нет?» (Смеется.) И я ответил: «Да».

— Ваш персонаж в фильме — бывший американский наемник, который покончил с прошлым и помогает людям на Гаити, но срывается в Мексику за разыскиваемым преступником.

— Как только я узнал, что «Опасный бизнес» — это черная комедия, я захотел сниматься. Этот жанр — моя первая любовь. Мой персонаж как бросивший пить алкоголик, которого тянут в бар, а он кричит: «Нет, не делайте этого! Это хорошим не кончится!» В моей роли большой комический потенциал, и это здорово. Мы с Дэвидом Ойелоуо, исполнителем главной роли, много импровизировали, и в результате его персонаж стал нигерийским иммигрантом. Я сразу расположился к нему. Это было что-то вроде мгновенной химической реакции, и со мной раньше не случалось ничего подобного. В результате я прочувствовал его персонаж и проникся к Дэвиду, который оказался замечательным парнем.

— Вы могли предлагать режиссеру свои идеи во время съемок?

— Да, и мне очень нравилось, что Нэш Эдгертон с уважением относился к актерским предложениям и приветствовал импровизацию. Слова всегда вторичны, и нужен человек масштаба Нэша, который дает хорошо прописанный сценарий, но при этом не связывает по рукам и ногам. Тогда ты вдруг начинаешь играть неожиданно лучше.

— Ваших персонажей обычно убивают по меньшей мере дважды.

— Это правда, я крепкий орешек. (Смеется.)

— В «Опасном бизнесе» тоже так и было задумано изначально или это результат импровизации?

— Так было в сценарии. Когда неоднократно видишь, как тебя убивают, начинаешь задумываться над тем, а как ты на самом деле умрешь. (Смеется.)

— Скорее всего, не так интересно, как в фильмах.

Было бы хорошо мирно умереть во сне. Но так умирают только счастливчики.

— В Голливуде давно ходят слухи о сиквеле к «Району № 9». Есть ли какие-нибудь подвижки?

— Я бы сказал, что какое-то потепление наблюдается, но что будет дальше, никто не знает. Особенно не ссылайтесь на меня, но мне кажется, что ситуация меняется к лучшему.

— У вас уже есть сюжет?

— У Нила Бломкампа (режиссер. — «Известия») есть пара идей. Мы оба хотим сделать это, так что посмотрим.

— Есть ли жанр, который вы предпочитаете? Научная фантастика, кинокомедия?

Я поклонник кинокомедии. Меня всегда привлекали фильмы с сильными персонажами. Мне нравятся проекты, где актеры, которых любит камера, хорошо играют.

Сейчас комедия находится в загоне, а общество отчаянно в ней нуждается. Если люди разучатся смеяться, они окажутся в большой опасности. Если мы перестанем шутить из страха обидеть какого-то сверхчувствительного человека, то попадем в беду.

Смех — это фундаментальная потребность человека. Он дает нам возможность дистанцироваться от проблем, залечить раны. У меня девятимесячная дочь. Как произошел наш первый контакт с ней? Она улыбнулась мне. Если ты сделаешь какую-нибудь глупость и засмеешься, это даст тебе возможность дистанцироваться от своей ошибки и исправить ее. Те, кто этого не понимает, нелепы и глупы.

— Все дело в политкорректности?

— Наверное, дело в этом. Мы одновременно самые политкорректные и наименее политкорректные. Может быть, эти две крайности имеют что-то общее. Иногда я боюсь выйти из своей квартиры, потому что за ее пределами мир такой странный. Я так рад, что не участвовал ни в каких пресс-брифингах несколько месяцев назад. На некоторые вопросы невозможно дать ответ. Я бы просто сидел с каменным лицом, но ни за что бы не стал отвечать на некоторые вопросы, которые задавали моим коллегам.

Мы живем в мире новостей, от них нигде нельзя укрыться. Но я отключил новостную ленту на своем телефоне, потому что я слишком часто читал ее и вовлекался в то, что меня не касается. Если вы не хотите попасть в новостную зависимость, не хотите, чтобы вас будоражили бесконечными драмами нашего мира, вы тоже должны это сделать.

— Проблема в том, что мы так к этому привыкли.

— Да, это зависимость. Это как наживка. Я также перестал включать телевизор, потому что он вгоняет меня в депрессию, я постоянно расстраиваюсь.

— Кажется, вам очень нравится ваша борода?

— Она нужна мне для роли. Если бы не эта причина, я бы сбрил бороду. И я ее обязательно сбрею, когда она мне больше не понадобится на съемках.

Справка «Известий»

Шарлто Копли родился в ЮАР.

Учился в частной высшей школе Хэдхилл (Йоханнесбург), после чего занялся режиссурой клипов и видеороликов. Создал медиакомпанию, куда нанял в качестве сотрудника Нила Бломкампа. В 2009 году спродюсировал режиссерский дебют Бломкампа «Район № 9» и снялся там в главной роли. Картина стала сенсацией в мировом прокате. Впоследствии Копли играл в других работах Бломкампа («Робот по имени Чаппи», «Элизиум — рай не на Земле»), а также в американском независимом кино.

 

 

Прямой эфир

Загрузка...