Под знаком Страны восходящего солнца
Берлинале неожиданно открылась под знаком Страны восходящего солнца, хотя мало кто (во всяком случае из отечественных критиков и комментаторов) это заметил.
Фильм открытия «Остров собак» — вторая анимационная лента Уэса Андерсона — сделан на японском материале, и в фильме звучит преимущественно японская речь, как правило, без перевода, поскольку режиссер остроумно избрал особую модель общения со зрителями — на английском систематически передается речь четвероногих, в то время как двуногие говорят каждый на своем языке без перевода. А поскольку действие этой политической притчи происходит в Японии, то язык звучит японский и в изобразительном решении преобладают дальневосточные мотивы.
Это только маленькие, хоть и ключевые части изощренной и изящной стилизации, которая разделила критиков (в том числе и у нас) на два лагеря. Причем оба лагеря едины в восторге от формального решения, но разделены в оценке замысла (в советское время сказали бы «идейно-художественного»). Поучительная история конфликта людей и собак (списанного, разумеется, с проблем мигрантов) одним кажется изящной безделушкой или даже примитивной спекуляцией, а другим — философским откровением о смысле жизни.
Мне же всё это многоголосие показалось вторичным, отдающим маньеризмом и самовлюбленностью мастера, которому в кино подвластно всё. От каждой детали получаешь огромное эстетическое наслаждение, а в результате остается ощущение пустоты. Впрочем, это определяющая черта любой формы маньеризма.
Поскольку я не пошел на церемонию открытия фестиваля, то мне впервые посчастливилось присутствовать на открытии программы «Панорама», выдержанной в деловом ключе. Кураторы этой части Берлинале — художественный руководитель, интеллектуальная дама Пас Лазаро и ее коллеги Михаэль Штюц и Андреас Штрак — люди относительно молодые и производят впечатление энтузиастов своего дела. Они не так многословны и артистичны, как Дитер Косслик, директор Берлинале, но зато точно и лаконично формулируют задачи своей части программы:
«Новые формы изобразительности и повествования воздействуют на психику. Род человеческий находится в чрезвычайном положении. Поляризация взглядов не оставляет места двусмысленности, как антиутопия или демонстрация реальной жизни. Все борются за политическую или телесную автономию. Бесконечный виртуальный мир генерирует всё новые изолированные друг от друга реальности. Фильмы Панорамы-2018 чувственны, они вселяют ощущение беспокойства, многоаспектны по формам и бескомпромиссны по методам».
Фильм открытия — японский «Конец реки» — соответствует этой образной картине. Если «японскость» фильма Андерсона — часть экзотического антуража, то мир Исао Юкисады — метафора края земли и конца света одновременно. Герои оказываются в плену у собственных эмоций и бесконечно мечутся в поиске смысла жизни, бунта, секса и насилия. Эти эмоции — своеобразный фирменный знак фестивального японского кино. Как и в случае нашей чернухи, непонятно, то ли эти черты реально порождаются современным состоянием национальной культуры «на краю света», то ли они просто наиболее востребованы фестивальными отборщиками, западной, а то и мировой аудиторией в целом. Во всех случаях акцент на Японии не случаен, хотя и не спасает от ощущения вторичности — крайности на экране не только сходятся, но и пересекаются.
