Возвращение в «Египетские ночи»
Театр «Мастерская П. Фоменко» возобновил один из самых известных своих спектаклей — «Египетские ночи». Первой премьере 2018 года сопутствовал аншлаг, посмотреть любимую постановку собрались давние поклонники театра и его создателя. Разделит ли их энтузиазм новая публика «Мастерской», выяснится в ближайшее время: «Египетские ночи» еще дважды сыграют в феврале и трижды — в марте.
Петр Фоменко, знаток творчества Пушкина, поставил спектакль с подзаголовком «Сцены. Этюды. Эпизоды» осенью 2002 года. Неоконченная поэма «Египетские ночи», наброски «Мы проводили вечер на даче», «Гости съезжались на дачу», стихотворения разных лет сложились в историю певца-импровизатора и его слушателей, вдохновленных жизнеописанием царицы Клеопатры. Дополнили рассказ фрагменты поэмы Валерия Брюсова, который тем же четырехстопным ямбом дописал пушкинский текст, дабы «помочь читателям по намекам, оставленным самим Пушкиным, полнее представить себе одно из его глубочайших созданий».
В 2007-м спектакль был снят с репертуара, в 2012-м основатель «Мастерской» ушел из жизни, и перед авторским театром встала задача сохранения его наследия. Сначала режиссер Кирилл Пирогов восстановил «Безумную из Шайо», затем настал черед «Египетских ночей», которые, можно сказать, напрашивались на эти действия. Мало того, что имелась телеверсия постановки, так еще и в театре сохранилось более 100 часов видеозаписей репетиций — от застольного периода до разборов спектаклей, сыгранных в Москве и в других городах. Благодаря такому богатству обошлись без режиссера. В программке постановщиком значится сам Фоменко, а автором идеи восстановления его вдова Майя Тупикова.
В итоге спектакль сохранил легкость дыхания и изящество выделки. Люди, чувствительные к музыке, впечатлились намного больше, чем те, кто музыкальностью обделен. Речь не о том, что в «Египетских ночах» поют и играют на фортепиано. А о том, что весь спектакль, начиная от отдельно взятой интонации и заканчивая структурой целого, выстроен по законам музыкальной формы и потому начисто лишен тяжеловесной повествовательности. Оказывается, с осязаемым словом можно работать с такой же филигранностью, как и с эфемерным звуком, а это сильное впечатление даже для рафинированного эстета.
Сам Фоменко говорил, что такая работа «неразрывно связана с вслушиванием в искусство речи, в стихотворчество, в словесную вязь, в ритм, в гармонию, в образ», хотя стоит заметить, что и смотрение здесь большое удовольствие. Художница Мария Данилова мастерски моделирует фраки, сюртуки, кринолины, актеры с неменьшим искусством их носят. Всё это было в старом спектакле и осталось в возобновленном.
Что изменилось? Во-первых, масштаб. Ранее «Египетские ночи» играли на тесной старой сцене, и юбки порхающих героинь смахивали пыль с обуви сидящих в первом ряду зрителей. В новом вместительном зале эта домашность, почти интимность исчезла: спектакль, подобно Клеопатре, поднялся на котурны.
Во-вторых, актеры первой постановки, а это сплошь выдающиеся имена — Карэн Бадалов, Полина Кутепова, Мадлен Джабраилова, Илья Любимов, Наталия Курдюбова, — сильно повзрослели. Энергию первопроходцев сменила респектабельность мастерства. При этом спектакль, где ощутимо дыхание театрального «капустника», явно рассчитан на молодую безоглядность. Но, как сообщили «Известиям» в театре, вводить в него новых исполнителей не планируется. То есть «Египетские ночи» так и останутся памятником 2002 году.
Другое дело, что и в этом раскладе можно найти свои плюсы. К примеру, в общении Клеопатры (Полина Кутепова) с юным любовником (Александр Мичков) появилась материнская нотка, а это, что ни говори, новая краска в образе самовлюбленной царицы. Да и вообще, раньше герои шутили и дурачились, потому что кровь играла, а теперь — от того, что остывает и надобно взбодриться. Чем не концепция? Устроило ли такое объяснение Петра Наумовича, не нам судить. Раз так решили ученики, продолжатели его дела — значит, пусть будет. Ну а зритель, как всегда, выразит свое мнение рублем. Пока у «фоменок» аншлаг.
