Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Дмитрий Шикин: «Разгром в Уфе нам будут вспоминать долго»

Голкипер «Сочи» — о смене тренера вратарей команды, конкуренции с экс-голкипером сборной России Константином Барулиным и золоте молодежного чемпионата мира 2011 года
0
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Сегодня возобновляются матчи Континентальной хоккейной лиги. Одним из открытий нынешнего сезона КХЛ стал голкипер ХК «Сочи» Дмитрий Шикин, в 2011 году ставший обладателем золота в составе молодежной сборной России на чемпионате мира в Баффало (в нынешнем году МЧМ вновь пройдет в этом городе). В эксклюзивном интервью «Известиям» 26-летний вратарь рассказал о последствиях беспрецедентного разгрома «Сочи» в Уфе от «Салавата Юлаева» (3:11), последующей победе в Казани над «Ак Барсом» (5:0) и триумфе семилетней давности в составе «молодежки». 

— В этом сезоне вы получаете рекордное количество игрового времени в КХЛ. Что изменилось?

— Была проведена хорошая работа в период предсезонной подготовки. Я готовился сам, еще до начала командных сборов. Очень рад, что тренеры увидели мою готовность выдавать хорошие матчи и доверяют мне время, которого не было в предыдущих сезонах. Надеюсь, дальше я буду только прогрессировать.

— Перед началом сезона вы уже знали, как будете делить время с Константином Барулиным?

— Было сказано, что всё будет оцениваться по игре. Кто себя показывает и дает команде результат, тот и будет иметь соответствующее время на льду. План по ротации вратарей у «Сочи» есть только на конкретные домашние или выездные серии матчей регулярного чемпионата. Разумеется, он может корректироваться в зависимости от игры каждого из нас. Но перед сериями мы знаем, кто играет в какой встрече, а кто находится в запасе.

— «Сочи» очень непросто начал сезон. Период между матчами с «Салаватом Юлаевым» и «Ак Барсом» стал переломным?

— Да, получилось так, что мы не очень хорошо начали сезон. Но у нас в межсезонье серьезно обновился состав, пришел новый тренерский штаб. Заново формировался коллектив, все притирались друг к другу, а Зубов с помощниками искал оптимальные сочетания. Свою игру мы нашли чуть позже и сейчас достаточно ровно идем по турниру. Чередуем победы с поражениями, но обходимся без откровенно провальных серий. Стараемся выигрывать каждый матч, но иногда не хватает каких-то нюансов. Мы разбираем ошибки и улучшаем качество своего хоккея, поэтому надеюсь, что сейчас, когда наступит определяющий отрезок в «регулярке», неудачи мы и вовсе сведем к минимуму.

— Как команда пережила те два дня между встречами в Уфе и Казани?

— Ничего особенного никто не говорил. Тренеры проводили собрания, говорили об игре — о том, что мы выбрали этот спорт, потому что он нам близок и мы все болеем хоккеем. После Уфы вообще никого не надо было настраивать на матч с «Ак Барсом». Все выходили на лед и знали, что должны сыграть строже, поймать на себя шайбу, полностью отдаться игре и команде. В результате и получился такой контраст в результатах матчей с «Салаватом» и «Ак Барсом». Но Уфу нам будут вспоминать еще долго.

— Сергей Зубов и тренер вратарей Яри Каарела проводили с вами персональный разбор матча с «Салаватом»?

— Ничего особенного нам не говорили. Перед каждым матчем тренеры обращают наше внимание на ведущих игроков соперников, кто как играет в большинстве — чисто хоккейные моменты. И в этот раз за рамки этих разборов ни Сергей Александрович, ни Яри не выходили.

— Вратарская бригада «Сочи» быстро оправилась после разгрома в Уфе?

— Мы с Костей отходили от этого долго — сидели в номере и обсуждали матч. Когда прилетели из Уфы в Казань, не спали до утра. Осознание, что нужно жить дальше и забыть об этом матче, пришло позднее.

— Как изменилась работа «Сочи» после смены Вячеслава Буцаева на Сергея Зубова?

— Главный тренер в большей степени работает с полевыми игроками. А вот после смены тренера вратарей всё совершенно поменялось. И поменялось в комфортную сторону, в сторону нового видения хоккея. До этого мы работали с Юрием Шундровым, тренером вратарей из штаба Буцаева. И нам прививался советский стиль игры. Упражнения в зале и на льду были больше из прошлых лет. Школа Третьяка, если можно так выразиться. Не хочу сказать ничего плохого, но при Юрии Александровиче мы были слишком загнаны в определенные рамки.

— Например?

— Упражнения давались однотипные, без учета индивидуальных особенностей Барулина, меня и остальных вратарей. Нам рекомендовалось строго стоять на коньках и не двигаться во вратарской, при необходимости заваливаясь на лед. Я не оспариваю квалификацию Шундрова, но лично мне ближе методы Каарелы. Он привнес европейскую методику, упражнения стали намного разнообразнее, Яри старается с каждым работать индивидуально, исходя из наших достоинств и недостатков. Раньше все вратари подчинялись одним стандартам. Хотя мы с Барулиным просили Шундрова более гибко подходить к этому вопросу. Он нас выслушал, но предпочел оставить как есть.

— Осенью все наблюдали за рекордной победной серией СКА, и «Сочи» стал героем страны, когда выиграл матч в Санкт-Петербурге (3:2). Не было соблазна по примеру «Автомобилиста» дать в этой игре отдых основной обойме?

— В той ситуации мы все-таки заменили часть хоккеистов, и это сплотило нас, заставило более дисциплинированно отыграть встречу со СКА, а потом с помощью отдохнувших игроков хорошо провести следующие встречи. При этом был риск не успеть эмоционально восстановиться после победы в Питере. Но изначально тренеры даже мысли не допускали устроить отдых в Северной столице. Все знали, что мы можем победить СКА, поэтому настраивались играть в полную силу и думали только о победе.

— Вы пришли в СКА в ранге победителя молодежного чемпионата мира. Был шанс стать основным вратарем команды?

— Я провел несколько лет в их системе, играл за молодежную команду и фарм-клуб. Но с той конкуренцией, что была и есть в главной команде СКА, завоевать место в основе было очень сложно. В таком клубе надо всегда доказывать свой уровень — твои прошлые заслуги никого не интересуют. Не жалею, что поиграл в Санкт-Петербурге, но вариант с «Сочи» оказался очень кстати. К тому моменту мне уже надо было закрепляться в КХЛ. Тем более я один из последних игроков золотого состава «молодежки», кто смог заиграть в лиге.

— Карьера кого из игроков «золотой сборной» Валерия Брагина вас удивила?

— В первую очередь Макса Кицына, который был одним из лучших на том чемпионате мира и по своему таланту способен закрепиться на уровне КХЛ, если вообще не НХЛ — как Женя Кузнецов, Володя Тарасенко и Артемий Панарин. Трудно сказать, почему у него пока не получается в КХЛ. Надеюсь, Кицын все-таки получит шанс показать игру, благодаря которой стал возможен наш триумф в Баффало.

— Вы часто вспоминаете тот турнир?

— Не очень. Но это было незабываемое время. Особенно матчи плей-офф, которые мы вытащили в безнадежных ситуациях.

— Как Валерий Брагин объяснил решение заменить вас во втором периоде финального матча после того, как Канада повела в счете 3:0?

— Да там нечего было объяснять. И так понятно, что надо было идти на крайние меры, чтобы вытащить матч. Валерий Николаевич хотел встряхнуть команду, дать ей новый эмоциональный импульс. Так что спасибо ему, что заменил меня (смеется). Так бы у меня было только серебро, не говоря уже об остальных ребятах.

— Матчи четвертьфинала с Финляндией (5:4) и полуфинала со Швецией (4:3) можно назвать самыми тяжелыми в вашей карьере?

— На молодежном уровне — может быть. Я никогда не сравнивал. Понятно, что атмосфера на трибунах, сам статус таких встреч особые. И тебя не нужно даже настраивать на них. Тем более в той сборной, где атмосфера была такая, что каждый готов был пахать и за себя, и за остальных. За счет этого у нас получались такие невероятные спасения, как в концовке основного времени в полуфинале или пять заброшенных шайб в ворота Канады в третьем периоде финала (5:3).

— О том, как Валерий Брагин во втором перерыве сломал планшет в раздевалке, потом ходили легенды.

— Я не в первый раз видел, как главный тренер пытается завести команду в перерыве, мобилизовать на борьбу. Здесь все средства хороши. Особенно если они дают результат. Валерию Николаевичу обычно удается добиться своего.

— Вячеслав Буцаев и Сергей Зубов такие методы используют?

— Вячеслав Геннадьевич тоже мог. А Сергей Александрович очень спокоен. С трудом вспомню, когда он вообще повысил на кого-то голос.

— С вами он так же лаконичен, как в общении с журналистами?

— Я не смотрел его пресс-конференции, так что не могу сравнивать. Но на своих установках, теоретических разборах и во время тренировок на льду Зубов краток и понятен. Не говорит ничего лишнего, всё только по делу. И собрания у него очень быстрые. Что, на мой взгляд, правильно. Во время часовых собраний нереально удержать в голове всю информацию, которую до тебя доносят. Зубов всё излагает компактно, и ты выходишь из раздевалки на лед с четким пониманием, что надо делать.

Подписывайтесь на наш канал «Известия СПОРТ» в Twitter

 

Прямой эфир