Непроходимая блокировка
Внесенный недавно в Госдуму законопроект, ограничивающий возможности обхода блокировки сайтов в интернете, немедленно и вполне ожидаемо вызвал очередную общественную дискуссию. Некоторые СМИ даже поспешили заклеймить его «новым железным занавесом» для всего Рунета. Однако, как представляется, предлагаемые в этом документе меры ответственности целесообразно было бы усилить еще более. В частности — предусмотреть возможность уголовного преследования авторов и администраторов криминальных сайтов, а также тех людей, вина которых в распространении информации о способах обхода блокировки сайтов будет доказана. Ведь чего греха таить, пока что имеющиеся в распоряжении правоохранителей меры воздействия на киберпреступников далеко не всегда оказываются достаточно действенны и своевременны.
Прежде всего необходимо отметить, что блокировки касаются только тех сайтов, которые распространяют информацию, напрямую наносящую урон гражданам. Она может быть связана, например, с экстремистскими организациями, торговлей наркотиками, человеческим товаром и другими противозаконными действиями. В качестве недавнего прецедента можно вспомнить пресловутые «группы смерти», администраторы которых доводили малолетних пользователей интернета до самоубийства. Также регулярно встречаются интернет-ресурсы, пропагандирующие идеи тоталитарных сект или террористических организаций вроде запрещенного на территории России ИГ. Но если за вербовку в секту или пропаганду исламского экстремизма предусмотрено уголовное наказание для конкретных подсудимых, то за распространение инструкций по обходу блокировки сайтов вербовщиков и экстремистов следует в лучшем случае административное взыскание, нередко — в адрес юридического лица. А реальные виновники, таким образом, уходят от ответственности.
Такая коллизия выглядит по меньшей мере странной, ведь распространение подобной информации является прямым подталкиванием граждан к совершению преступлений, предусмотренных, в частности, Уголовным кодексом, и может квалифицироваться как пособничество в особо опасном преступлении, ведь пропаганда деятельности террористических группировок, внедрение в массовое сознание тоталитарной, зомбирующей идеологии причиняют прямой вред уже не только физическому, но и психическому здоровью неопределенного количества лиц.
Когда человек заходит в поисковую систему с запросом «как собрать бомбу из подручных средств» и в конечном итоге попадает на соответствующий сайт в обход установленной блокировки, то вред от этого, конечно же, будет ровно таким же, как если бы он нашел эту информацию сразу, в открытом доступе. Точно так же опасны не только сами по себе пособия по кустарному изготовлению наркотиков или предложения о распространении детской порнографии, но и инструкции по получению такой информации в обход введенных в их отношении блокировок. Совершенно понятно, что государство должно использовать все доступные ему меры и для блокирования опасных сайтов, и для обеспечения эффективности такой блокировки — вплоть до уголовного преследования виновных в этом лиц.
Здесь уместно вновь вспомнить о прецеденте детских «групп смерти», так называемых «синих китах». После того как их страницы в одной из соцсетей оказались заблокированы, администраторы групп просто перенесли свою деятельность в другие соцсети, только и всего. Для того чтобы вновь пресечь деятельность этих социально опасных информационных ресурсов, правоохранительным органам пришлось вновь проходить всю процедуру вынесения судебного запрета.
К сожалению, сегодня предпринимаемые Роскомнадзором меры по блокировке опасного контента не имеют 100-процентной эффективности из-за высокой доступности информации по обходу данных блокировок. Кроме того, ответственность накладывается в основном на юридические лица и, как правило, ограничивается штрафами. Наказывать же нужно конкретных людей, стоящих за всеми этими сайтами, «зеркалами» и инструкциями — ведь очевидно, что в доступности обхода блокировок заинтересованы как раз владельцы заблокированных сайтов.
При этом мы не должны поддаваться соблазну и говорить, что сайт, предоставляющий обходной доступ к запрещенному контенту, не является тем сайтом, на который обращено решение суда. Это формализм в чистом виде, и он устраняется таким же формализмом: необходимо сразу в соответствующих нормативно-правовых актах указывать меры по блокированию не только основных сайтов, но и ссылок на эти сайты, и ссылок на инструкции о том, как можно обойти блокировку этих сайтов, а также вводить ответственность для виновных в этом граждан.
Можно и нужно вводить за подобные действия и уголовную, и административную ответственность высокого уровня. Помните, что мы имеем дело с соревнованием техники и технологии: как правило, выявить конкретное юридическое или физическое лицо, на которое можно наложить взыскание, в случае с распространением противозаконного контента достаточно сложно. Поэтому самой первой задачей станет оперативно прекратить доступ к информации, представляющей опасность для человека и общества, чтобы между опознаванием этого контента и его блокировкой не проходили месяцы, необходимые на срабатывание всех бюрократических механизмов. На втором этапе работы специальные службы и правоохранительные органы соберут доказательства вины конкретных лиц в распространении данной информации, после чего вступает в действие Уголовный кодекс, позволяющий наказать авторов, администраторов или владельцев данных сайтов.
Стоит отметить, что в странах с опережающим развитием интернет-коммуникаций и технологий аналогичные блокировки работают в более жестком режиме и с куда меньшим количеством формальностей. Нас пока подводит в том числе и наша приверженность к судебным решениям, затягивающая сроки реакции на выявленные угрозы чуть ли не на месяцы. Поэтому давно назрела необходимость предоставить тому же Роскомнадзору возможность блокировать очевидно вредоносные ресурсы в оперативном режиме, и обеспечивать эффективность этих блокировок, пресекая деятельность сайтов-зеркал и сайтов, распространяющих инструкции по способам обхода блокировки.
Автор — член Общественной палаты РФ, кандидат юридических наук, вице-президент Молодежного союза юристов РФ
