«Я обожал Блохина, у меня даже была майка сборной СССР»
Том Сентфье возглавлял 12 разных сборных, получил дипломатический паспорт Гамбии и вывел эту страну в четвертьфинал Кубка Африки, а теперь готовит Мали к товарищескому матчу с Россией, который пройдет 31 марта на «Газпром Арене». В интервью «Известиям» и «Спорт-Экспрессу» бельгийский специалист рассказал, как убегал от болельщиков в сопровождении военных с пулеметами, откуда знает о российском футболе, а также объяснил, зачем в его сборной используют дроны и GPS-трекеры.
«Ломбертс реально полюбил Санкт-Петербург»
— Том, что вы знаете о российском футболе?
— Я родился в 1973 году, и мое первое футбольное воспоминание — чемпионат мира – 1982, когда за сборную СССР играли Олег Блохин и Ринат Дасаев. А в 1986-м Бельгия встречалась с советской сборной в 1/8 финала — Игорь Беланов забил три гола, но мы всё равно победили. С тех пор для меня Россия всегда была футбольной державой. Сильный чемпионат, московские клубы — «Спартак», ЦСКА, «Динамо». «Зенит» с Ломбертсом и Витселем. Особенно внимательно следил за российским футболом, когда там работали иностранные тренеры — Дик Адвокат, Гус Хиддинк. Сейчас у нас играет Натан Гассама из «Балтики». Раньше Секу Койта выступал за ЦСКА — он тоже малиец. А когда я тренировал Гамбию, в сборную вызывался Али Соу из «Ростова».
— Гассама уже раскрыл все секреты о сборной России?
— Еще не рассказывал, но мы обязательно спросим! У нас есть два видеоаналитика, они тоже собирают информацию. Кстати, до недавнего времени в Мали о Натане вообще никто не знал. Я впервые вызвал его в ноябре на матч с Иорданией, он сразу провел 90 минут и выглядел фантастически. Не удивился: если человек играет в российской лиге, значит, он сильный футболист.
— В 1990 году вы приезжали в Москву. Как это было?
— В школе нам как-то предложили: поехать на 10 дней в Италию или в Россию. Я выбрал второй вариант. Мне было 18 лет, я уже играл во второй лиге Бельгии в молодежных командах и всегда восхищался советскими клубами. Обожал Блохина — у меня даже была красная футболка с надписью «CCCP»! В Москве мне очень понравилось. Красная площадь, Кремль впечатлили! Даже несмотря на то, что стояла зима и повсюду лежал снег. Из столицы мы отправились в Ленинград, посетили Эрмитаж. Конечно, поразили богатейшая история и очень красивая архитектура. Прошло уже 36 лет, и только сейчас я снова приеду в Россию. Хотя всегда интересовался вашей страной.
— Многие иностранцы признаются, что россияне очень закрытые. У вас сложилось такое же мнение?
— Честно говоря, нет. Помню, когда тренировал клуб с Фарерских островов, за нас играл один россиянин, его звали Игорь. Очень крутой мужик! В каждой стране есть свои особенности. Если посмотреть на Скандинавию или Финляндию, то там люди тоже более сдержанные, сохраняют дистанцию. Иногда это связано с языком: если человек говорит только по-русски, ему сложнее взаимодействовать с теми, кто говорит по-английски или по-французски.
Я слышал истории от Николаса Ломбертса. Он реально полюбил Санкт-Петербург и русских людей, стал здесь своим. В каждой стране так: если приезжаешь на пару дней, может не возникнуть связи. Но если живешь там, работаешь — уверен, что обязательно найдешь друзей.
— Что нам нужно знать о сборной Мали?
— Мы почти всегда входим в топ-50 мирового рейтинга. На прошлом Кубке Африки дошли до четвертьфинала, прервали победную серию Марокко из 19 матчей. Уступили только Сенегалу в четвертьфинале, играя в меньшинстве. При мне команда провела 17 матчей и проиграла только Гане в гостях, а также Сенегалу на Кубке Африки. Все наши футболисты выступают в Европе: «Уотфорд», «Тоттенхэм», «Ланс», ПСЖ, «Осер», «Брест», «Фейеноорд», «Бешикташ», «Фенербахче», «Лечче», «Сассуоло», «Грассхоппер», «Цюрих»…
Думаю, мы дадим бой России. В ноябре встречались с Иорданией — сыграли 0:0. Как и Россия. Но тогда у нас не было восьми игроков основы. Надеюсь, сейчас все будут в строю, а матч получится равным, конкурентным.
— Если бы Россия участвовала в Кубке Африки, мы могли бы выиграть турнир?
— Сравнивать команды с разных континентов сложно из-за разницы в климате и перелетов. Африка огромна! Но есть несколько сборных, которые могут соперничать с лучшими в мире. Прежде всего, Марокко. Сенегал и Нигерия примерно на том же уровне. Считаю, Россия тоже находится в этой группе. Она может обыграть Марокко или Сенегал, но и те способны обыграть вас. Россия — топ-сборная, которая, если бы выступала в Африке, безусловно, претендовала бы на победу.
— Африканским сборным иногда приписывают связь с вуду, магией, ритуалами. В Мали есть подобное?
— Честно говоря, ни разу в жизни не сталкивался с вуду. Слышал разные истории об этом, но в нашей команде такого нет. Мали — мусульманская страна, большинство игроков молятся и верят в Бога, и это хорошо. Других особых ритуалов у нас нет. И в Того, и в Гамбии, и в Намибии, где я работал, тоже ничего подобного не видел.
В Мали мне помогают французско-румынский тренер по физподготовке и южноафриканский специалист, мы используем GPS, снимаем тренировки с дронов. Есть два видеоаналитика — бельгиец и ирландец. Тренер вратарей — немец, работавший в «Шальке» и сам выступавший за Кот-д'Ивуар. У нас есть местные ассистенты и, кстати, Самба Соу, который играл в «Динамо», теперь наш администратор. Мы работаем профессионально, так же как любая европейская сборная. Никакой магии — только подготовка, анализ и тактика.
«Я — Том Сентфье, у меня свой стиль. Я не чья-то копия»
— Роберт Морено в «Сочи» пользовался искусственным интеллектом. Вы работаете с нейросетями?
— Во-первых, я не силен в компьютерах. У меня есть аналитики и жена, которая разбирается в технике. Могу лишь отправить письмо по почте, составить документ в Word, но всё остальное не мое. Во-вторых, мне это и не нужно. Я уверен в своей коммуникации с игроками. Говорю на голландском, свободно владею немецким, французским, английским, немного другими языками. В общении мне помощь компьютера не требуется.
Что касается футбольных аспектов, то опять-таки я доверяю аналитикам. Не пользуюсь ChatGPT и даже немного его побаиваюсь. Читал новость о Морено, но, извините, считаю это признаком слабости — особенно в аналитике или общении с футболистами. Знания должны быть у тебя в голове, это лучшая информация для футболистов.
— Что самое странное вы слышали о российском футболе?
— Помню, у меня был игрок Джордж Хаммель в сборной Намибии, он выступал в России за «Луч-Энергию» и рассказывал про перелеты во Владивосток — это огромные расстояния, смена часовых поясов. Невероятно! В Европе ничего подобного нет. В Африке максимум два часовых пояса…
— Вернемся к сборной Мали — стиль какого клуба наиболее близок вашей команде?
— Сложно сказать, потому что у меня свой стиль. Мали — очень техничная команда, игроки хорошо развиты, любят контролировать мяч. А я люблю хорошую организацию. На Кубке Африки СМИ сравнивали нашу игру со стилем Диего Симеоне в «Атлетико»: хорошая организация, быстрые переходы, компактный блок. Мне не близки никакие параллели и аналогии. Я — Том Сентфье, у меня свой стиль. Я не чья-то копия.
Хочу поехать на чемпионат мира, потому что верю: африканская команда в состоянии там далеко дойти. Марокко это доказал в 2022-м. Гана была близка в 2010-м, пока не случился тот самый эпизод с рукой Суареса. А в 2002-м Сенегал дошел до четвертьфинала.
Моя цель — не играть в самый красивый футбол. Моя цель — побеждать. Если выиграю с хреновым футболом, то буду счастлив. Если выиграю с красивым — тоже. А если проиграю, но красиво — счастья не будет. Хочу только побеждать.
— Вы сказали о мечте сыграть на чемпионате мира с африканской командой. А хотели бы вернуться в европейский футбол?
— Я несколько раз был близок к поездке на чемпионат мира. В 2022-м мог возглавить сборную Туниса. После Кубка Африки 2023 года у меня была договоренность с Самюэлем Это'О по поводу Камеруна, но вмешался министр спорта. К Нигерии тоже был близок. Даже после последнего Кубка Африки вел переговоры с двумя странами, которые выступят на ЧМ. Но пока не сложилось.
Кстати, несколько недель назад появился интерес со стороны одного английского клуба. Но я не готов браться за что попало! Например, в Бельгии есть клубы, которые мне предлагали работу, но я отказался — потому что мне нужна конкурентная лига и команда, где могу чего-то добиться. Мне 52 года, тренирую уже 28 лет, начал в 24 — стал самым молодым главным тренером в бельгийском футболе. Так что вернуться в Европу — одна из моих целей. Как и чемпионат мира.
— А если вас пригласит условный «Краснодар», согласитесь?
— Да. Не вижу проблем. Всегда хочется работать с лучшими. Российская лига очень сильна, инфраструктура фантастическая, стадионы отличные, много болельщиков, страстный футбол, много качественных игроков, в том числе хороших легионеров. Так что это очень конкурентный чемпионат. Если когда-нибудь получу хорошее предложение, рассмотрю его.
«Надеюсь, что мы сможем создать России проблемы»
— Вы работали со многими африканскими сборными. Самая яркая история из этого периода карьеры?
— Практически везде у меня остались хорошие впечатления. Я люблю работать, узнавать культуру, религию, традиции. Перед тем как я пришел в Гамбию в июле 2018-го, команда за пять лет не выиграла ни одного официального матча. Мой первый был с Алжиром. Играли при 45 тыс. зрителей, хотя стадион вмещал всего 25 тыс.
Люди сидели на осветительных мачтах и были просто везде! Мы вышли против Рияда Мареза, Ислама Слимани, всех звезд — и сыграли 1:1. А через месяц в гостях сыграли 1:1 с Того. Когда мы вернулись в аэропорт, глубокой ночью нас встречало несколько сотен человек — потому что мы добились хорошего результата. А через четыре дня сыграли с Того дома и проиграли 0:1. После матча мы не могли уйти с поля: фанаты кидали в нас бутылками и камнями. Пришлось вызывать армию — солдаты со щитами сделали коридор. Два часа мы сидели запертыми в раздевалке, а потом армия вывезла нас на машинах с пулеметами. И это страна, которая до моего прихода за пять лет не выиграла ни одного матча! Мы уступили всего 0:1, но это было воспринято как катастрофа.
В январе 2024-го глава государства дал мне паспорт Гамбии. Я стал гамбийским дипломатом. Для меня это большая честь. Я первый иностранец, удостоившийся такого. Это особенные моменты, которые дарит футбол.
— Пулеметы, армия — вы впервые с таким столкнулись?
— Нет. Я работал в Йемене, где шла война. Во многих странах приходилось сталкиваться с определенными опасностями. Но чтобы мы подверглись нападению на стадионе — да, это было впервые. А сопровождение с пулеметами в Африке случается часто. Иногда это просто меры предосторожности: чтобы защитить звездных игроков, страны не хотят рисковать. Так что я к этому уже привык.
— Подводя итог: чего нам ждать от игры с Мали?
— В этом матче встретятся две очень хорошие команды. Россия — фаворит, играет дома, статистика команды при Валерии Карпине впечатляет. Для нас это дебют в Европе. Будет холодно, времени на подготовку мало. Надеюсь, все сильнейшие игроки будут доступны, если не случится травм или других проблем. Тогда матч может получиться конкурентным. Надеюсь, что мы сможем создать России проблемы. С нетерпением жду этой игры. Надеюсь, мы приедем хорошим составом и болельщики получат удовольствие от нашего футбола.
