«Примерно 30% посетителей приходят в музеи бесплатно»
Более четверти посетителей ходят в музеи бесплатно, но системы компенсации за льготы пока нет, заявил директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский. Он надеется изменить это положение дел. Среди других планов — открытие центров в Омане и Южной Корее, а также развитие проекта выпуска арт-токенов (NFT) эрмитажных произведений, который связан с реставрацией физических экспонатов. Об этом Михаил Пиотровский, полномочия которого на днях были продлены на пять лет, рассказал «Известиям» на полях Санкт-Петербургского Форума объединенных культур.
«Без компенсации льгота не существует»
— В прошлом году на Форуме объединенных культур состоялось заседание Совета музеев, где обсуждалась проблема недополученных средств из-за льгот. Удалось ли за год решить эту проблему? Есть ли какие-то подвижки?
— Никаких подвижек. И дело не только в недополученных средствах. Это более серьезная проблема, о которой мы всё время говорим. Сейчас она стала одной из коренных в проекте национальной программы развития музеев, которую мы представляем в правительство. У нас, по существу, нет системы льгот для посещения учреждений культуры. Есть отдельные приказы, постановления, которые не подкреплены компенсацией. А без компенсации льгота не существует. Она или становится тяжелым бременем для музея, или музей сам должен вводить льготу, что делают Эрмитаж, многие другие, но исходя из своих собственных заработков.
— Какой процент посетителей сейчас проходит по бесплатным билетам в российские музеи в среднем?
— Примерно 25–30% посетителей. Но это всё за них заплатили музеи! Сейчас мы стараемся ввести это в некое более серьезное русло. Пока что нет у нас никаких результатов — конкретных законов. Мы обсуждали это многократно в Государственной думе, еще будем обсуждать. Есть какие-то проекты, для этого нужно законодательство и понимание того, что всё бесплатное должно быть оплачено и компенсировано. Пока что мы имеем ситуацию, когда мы за всё платим, а со всех сторон идут требования: «Давайте-давайте, пустите тех бесплатно, пустите этих бесплатно...» Всё очень благородно. Дети, многодетные семьи — мы всё делаем. Но получается, что музеи страдают, а те, кто просит, выглядят хорошими людьми.
«С арт-токенами мы изучаем психологию»
— Расскажите, пожалуйста, о планах международных проектов в дружественных странах. Будет ли возобновлен музейный обмен?
— У нас в стране сейчас мораторий на какие-либо выставки за границей. Мы живем в мире, где кругом войны, нет никакой безопасности. Мы живем в эпоху крушения международной системы гарантий. Они были хорошие. Они сработали в кризисный момент для Эрмитажа и наших музеев, а нынешние не работают. Пока этого всего не будет, такие выставки будут носить исключительный характер.
Но на самом деле должны быть культурные связи. Мы ведем переговоры о выставках, но во главу угла мы ставим взаимодействие, людей. У нас запланировано несколько выставок в Китае и из Китая. Но главное, что наши коллеги сейчас находятся в Китае, а коллеги из Китая приезжают к нам. Люди в музеях знают друг друга, и знают свои коллекции, и тогда что-то такое могут придумать. Мы сейчас подписываем соглашение о создании Эрмитажного центра в Султанате Оман. Оман — место, где мы можем делать больше, чем в каких-либо других странах. Там есть гарантии. Центр будет на юге Омана. Там будут и выставки, и научные исследования, наша школа изучения Аравии очень известна в мире.
Совсем другой центр создаем в Южной Корее — электронный. Вообще, страны Востока значительно более, чем страны Европы, Америки, чем мы, развиты в смысле различных электронных средств коммуникации, цифрового представления образов. И публика там всё это воспринимает. Мы начнем с выставки «Великолепный Эрмитаж», которая перед этим прошла в Нижнем Новгороде. В ней новым языком рассказывается о музее, о тех вещах, которые вы не увидите, когда вы смотрите на картину. Говорят: «Ах, вот нам всегда нужен подлинник». Но в подлиннике вы, особенно если увидите его в первый раз, не увидите 90% того, что вам могут рассказать с помощью разных новейших технологий. Вот на этом всё и будет строиться.
У нас есть Эрмитаж и наши центры, которых много. В России все они функционируют, в Европе приморожены. И у нас существует «небесный» Эрмитаж, Эрмитаж «в облаке», который всем абсолютно доступен, когда работает интернет, который стал теперь средством такого активного обмена и впечатлениями, и рассказами — и с музеями, и вообще с каждым человеком на Земле.
— К вопросу о цифровых технологиях: на Форуме объединенных культур много говорилось про искусственный интеллект, про арт-токены (NFT), их использование Эрмитажем. Можете объяснить, как этот процесс происходит в случае с музеем?
— Образно говоря, на изображение, картинку «вешают кандалы». Эта картинка становится принадлежащей единственному человеку. Картинка не физическая, а электронная. Но система проверок обеспечивает то, что только этот человек имеет теперь к ней доступ и ей владеет. Он имеет вот этот кайф того, что он единственный владелец. Это странное удовольствие. Простому человеку XIX века было бы непонятно — ну это же «в воздухе», как владеть? Оказывается, можно, и на самом деле с помощью истории с арт-токенами мы изучаем эту психологию.
Мы придумали схему, как делать, чтобы был арт-токен интересен. Когда физическое произведение искусства реставрируется, во время реставрации существует состояние посередине, которого нет ни до, ни после. Но мы можем сделать картинку, и она будет уникальна. Она останется, понятно, в Эрмитаже, и она может быть подарена, продана. Интерес к этому есть.
Таким образом мы финансируем следующие реставрации, и там целая интересная история вокруг этого. Большая музейная активность, которая связана на самом деле ни с какими не с новыми технологиями. С помощью новых технологий мы обсуждаем философские проблемы: что такое уникальность, что такое авторские и интеллектуальные права?
На самом деле уникальности не существует. Существуют уникальные идеи. Авторские права — это новая выдумка. Но если это что-то творческое, то оно приходит от Бога. И большой вопрос, какие права на свое произведение имеет человек, который его сделал, какие имеет семья и его народ. Это еще и вопрос о коллекционировании — вот чем руководствуется коллекционер? Арт-токен — это как бы неосязаемо, но люди их собирают, платят деньги. И дальше показывают, делают из этого выставки.
В общем, много разных вещей, связанных с тем, что такое вообще культура, высвечиваются благодаря обсуждениям искусственных интеллектов.
