В западоцентричной модели мира разрыв с США и ЕС имел бы для интегрированного в глобальное разделение труда государства катастрофические последствия. Ведь в прежней конфигурации международных отношений Запад был едва ли не монопольным источником финансов и технологий, без которых почти немыслима современная экономика.
Однако новая геоэкономическая реальность характеризуется смещением центра мирового развития от Евроатлантики в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона. А это уже принципиально иной расклад, в котором Запад пока еще остается важным, но уже не является незаменимым торгово-инвестиционным партнером.
По оценкам британского издания The Economist, около 2/3 населения планеты проживает в государствах, власти которых заняли благосклонные или нейтральные позиции по отношению к России в ее противостоянии с Западом.
Не менее примечателен и геополитический расклад на состоявшемся 7 апреля заседании Генассамблеи Организации Объединенных Нацией. В то время как Запад консолидировано проголосовал за приостановку участия Российской Федерации в Совете по правам человека ООН, ни одна из стран БРИКС не поддержала эту экстраординарную меру.
Долгосрочная ставка на интенсификацию взаимодействия с Китаем, Индией, Бразилией и Южной Африкой не только помогает России переориентировать часть торговых потоков с недружественных на дружественные или нейтральные страны, но и позволяет последовательно выстраивать глобальную постзападную финансовую архитектуру.
Страны БРИКС активно переводят экспортно-импортные операции на национальные валюты, интегрируют платежные системы, а также работают над созданием собственной системы обмена финансовыми сообщениями. В перспективе следует ожидать появления независимого рейтингового агентства организации, которое позволит разрушить фактическую монополию Запада на оценку глобальных активов.
Таким образом развивающиеся страны совместно закладывают основу новой финансово-экономической модели мира, функционирующей обособленно от привычных долларовых контуров. Для России, отрезанной от международной межбанковской системы SWIFT и услуг западных кредитно-рейтинговых агентств, это означает сохранение и даже некоторое наращивание экспортно-импортных возможностей.
Пример Москвы доказывает, что в текущей геополитической реальности вполне можно оставаться значимой частью мирового сообщества, независимо от пожеланий и настроений в США, Великобритании или ЕС. И чем плотнее развивающиеся страны будут кооперироваться между собой «в обход» развитых государств, тем более выгодное положение в глобальном разделении труда смогут занять наши экономики.
Однако, под лежачий камень вода не течет. Равно как и торговые потоки. Именно поэтому России следует проявлять заметно большую активность на перспективных азиатских рынках. В том числе для скоординированного выхода на них производителей Евразийского союза. Например, соглашение о свободной торговле ЕАЭС с дружественным Вьетнамом вступило в силу в 2016 году, однако товарооборот между нашими странами все еще остается довольно скромным. Между тем, неожиданно для многих проголосовав против приостановки участия России в Совете по правам человека ООН, Ханой посылает в Москву явный сигнал о геополитической лояльности и готовности к расширению взаимодействия.
Существенный неиспользованный торгово-инвестиционный потенциал присутствует и в наших исторически теплых отношениях с Лаосом, а также рядом других азиатских стран, заинтересованных в расширении российского экономического присутствия на континенте.
Несмотря на некоторую диверсификацию, основной продукцией российского экспорта по-прежнему остаются углеводороды. А они сейчас попадают под всевозможные рестрикции США, Великобритании и ЕС. Именно поэтому на текущем этапе нам так важны дружественные или хотя бы нейтральные позиции стран Ближнего Востока, Африки и Латинской Америки, которые отказываются встраиваться в западные схемы по вытеснению российской нефти и газа с глобальных рынков.
То обстоятельство, что наследный принц Абу-Даби регулярно общается с лидерами РФ и КНР, но отклоняет телефонный звонок президента США, свидетельствует о наступлении новой геополитической реальности.
Реальности, в которой настоятельные просьбы Запада о наращивании добычи углеводородов в пику России натыкаются на молчаливое несогласие со стороны крупных незападных стран-экспортеров нефти и газа.
Реальности, в которой ОАЭ, Алжир, Венесуэла и другие стремящиеся к самостоятельности государства сто раз подумают, прежде чем вестись на уговоры чиновников США и ЕС экстренно заместить подсанкционные российские углеводороды на западных рынках.
Реальности, в которой долгосрочные взаимовыгодные договоренности с Москвой все чаще оказываются для развивающихся стран важнее сомнительных посылов американцев.
Как справедливо отметил саудовский политолог Мансур Альмарзоги (Dr. Mansour Almarzoqi), сегодня «только дурак будет доверять Вашингтону».
И это отлично понимают не только находящиеся под американскими санкциями Иран, Куба и другие страны-«изгои» по классификации США. Даже Мексика очевидно стремится к большей независимости от своего северного соседа и претендует на особое место в продвигаемой Россией и ее союзниками многополярной системе мира.
Стоит ли уточнять, что все вышеперечисленные страны не поддержали инициированное Западом антироссийское голосование Генассамблеи ООН 7 апреля. Разумеется, завтра часть из них может изменить свою позицию. В том числе — под давлением Вашингтона.
Да и в целом говорить о друзьях или союзниках России в постоянно меняющихся международных раскладах нужно весьма осторожно. Речь, скорее, идет о ситуативно совпадающих интересах развивающегося мира в обостряющейся экономической конкуренции с развитыми странами.
Многие современные государства обрели свою независимость от Запада благодаря активным антиколониальным усилиям СССР. И во многих мировых столицах все еще помнят об этом историческом факте. Если всмотреться в контуры предлагаемого Россией многополярного мира XXI столетия, то в них легко угадываются черты антизападной национально-освободительной борьбы прошлого века.
Правда, с той принципиальной разницей, что сегодня мы уже не стремимся взять как можно больше стран под опеку или тем более «на баланс». А это существенно упрощает задачу. И позволяет так или иначе считать друзьями России всех, кто не отказывается от взаимовыгодного экономического сотрудничества по сигналу из Вашингтона, Лондона или Брюсселя. Как ни крути — вполне себе рабочая внешнеполитическая схема современного многополярного мира…
Автор — руководитель аналитического центра «СтратегПРО»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
