Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир

Заклятые друзья: как Казахстан защищает свой рынок от западных лоббистов

В республике сохранили утильсбор на импортную сельхозтехнику и машины
0
Фото: Global Look Press/Kazakhstan National agrarian science educational center
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Казахстане уже три десятилетия ведутся споры между сторонниками развития своей промышленности и лоббистами западных корпораций. Показательной в этом смысле стала дискуссия об утилизационном сборе на автомобили. В конце февраля правительство республики объявило о снижении ставки на 50%. Кроме того, права собирать утильсбор лишилась частная компания, которую связывали с семьей первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева. Но местные активисты всё равно остались недовольны. «Известия» разбирались в подробностях ожесточенной полемики.

Между страной и корпорацией

Казахстан занимает девятое место в мире по площади. Наряду с Австралией и Канадой республика лидирует по площади пашни в расчете на одного жителя. В сельской местности живет 40% населения, 22% жителей заняты в сельском хозяйстве.

Понятно, что потенциал казахстанского агропромышленного комплекса колоссален. Но после развала Советского Союза республика ощутила дефицит сельхозтехники. В это время на горизонте замаячила американская корпорация John Deere.

Как рассказывает газета «Версия», в начале девяностых годов John Deere попыталась выйти на казахстанский рынок. В 1994 году правительство страны приняло постановление о покупке 630 зерноуборочных и 100 хлопкоуборочных комбайнов американского производства. Сумма контракта составляла $114,8 млн.

Соглашение предусматривало также организацию совместного производства комбайнов. Инициатива, однако, не получила развития. Созданный для этой цели госхолдинг через некоторое время был реорганизован, превратился в частную компанию и лишился монопольного статуса. Американцы продолжали экспортировать свою технику в Казахстан напрямую. В 2001 году бывший госхолдинг уже значился в списке компаний, по которым минфин собирался провести проверку использования негосударственных внешних займов.

Попытка номер два

В 2011 году переговоры о создании сборочной площадки в Казахстане возобновились. Производство планировалось запустить на мощностях тракторного завода в Павлодаре. На площадке обещали выпускать комбайны, трактора, самоходные опрыскиватели, посевную и почвообрабатывающую технику. Ожидался уровень локализации в 30%.

Ожидалось, что в Павлодаре будут производить тысячу единиц техники в год. Планы выглядели амбициозно, ведь всего в Казахстане в тот момент работало всего несколько десятков тысяч машин. Директор по региональному развитию компании Eurasia Group (дилер John Deere) Тлек Бекбасаров обещал, что в регионах страны откроют сервисно-производственные центры.

В конце 2015 года правительство Казахстана даже предоставило компании John Deere льготу. Американскую корпорацию и других зарубежных производителей освободили от расширенных обязательств производителей/импортеров. Впрочем, эта мера не помогла: до реализации планов снова дело не дошло.

В результате в отрасли сложилась странная ситуация. К 2019 году устарело 80% сельхозтехники. Темпы обновления тракторов отставали от нормативных в девять раз, комбайнов — в четыре раза. Собственные производственные мощности загружались крайне мало. Например, предприятие «Казтехмаш» в Петропавловске работало всего на 6% от своих возможностей. Наиболее загруженное в стране предприятие — в Костанае — функционировало только на 44%.

Ситуация ухудшалась. С 2013 по 2017 год производство сельхозтехники в Казахстане упало почти на 50% — с 2300 до 1200 единиц. Доля казахстанских сельхозпроизводителей на рынке упала на 35%, продажи снизились на 60%. При этом увеличивались заработки зарубежных производителей. Ежегодно на покупку импортной техники из страны утекало $180 млн.

Ставки сделаны, ставок больше нет

В итоге для защиты собственного производителя в Казахстане ввели утильсбор. Это своего рода налог, который автопроизводители и официальные импортеры оплачивают при ввозе и регистрации в страну транспортного средства, но первым он возвращается обратно. В 2016 году утильсбор начали взимать за ввоз легковых автомобилей, в 2019 году — за ввоз сельхозтехники. При этом произведенные в Казахстане автомобили, комбайны и тракторы продаются без утильсбора, а значит, обходятся покупателям дешевле.

Размер утильсбора на сельхозтехнику — 10–20% от стоимости. «В среднем ставки сбора по тракторам достигают 11 млн тенге, по комбайнам — 22 млн тенге. Если цена нового комбайна составляет 75–80 млн тенге, то утильсбор — почти 9 млн тенге», — приводил расчеты депутат сената Мухтар Жумагазиев. Собранные деньги шли на утилизацию старой техники, финансирование и возмещение затрат местных производителей, а также выдачу скидочных сертификатов на технику для аграриев.

Казахстанские аграрии по-разному высказывались об утильсборе. Например, финансовый директор хозяйства «Ушаково-Агро» в Акмолинской области Руслан Искаков поддерживал инициативу. «Мы работаем на отечественных комбайнах и тракторах, всё успеваем засеивать и убирать. Я за здоровую конкуренцию, пусть будет утильсбор. Пусть иностранные марки открывают заводы и локализуют свою работу. Появятся новые рабочие места, пойдут налоги. Если не будет конкуренции, то не будет и развития», — говорил Искаков.

Новый подход привел к значительным изменениям на рынке. С одной стороны, ожили собственные производители. Только за первые шесть месяцев 2020 года на казахстанских заводах произвели вдвое больше тракторов, чем в 2019 году. С другой стороны, зарубежные производители начали приземляться в Казахстане. В частности, в Костанае начали производить пластиковые детали и навесное оборудование для тракторов «Кировец». В Кокшетау расширилось производство «Ростсельмаша». В Петропавловске открылся завод немецкого бренда CLAAS. Здесь техника собирается пока в крупном узле, но компания разработала пятилетний план по развитию производства компонентов.

Гудбай, Америка

Американцы своего производства в Казахстане так и не открыли. Зато примечательно, что в стране развернулась кампания за отказ от утильсбора. Главными критиками налога стали не эксперты или производственники, а связанные с американскими институтами блогеры и общественные деятели. Один из наиболее заметных противников платежа, отмечает «Лента.ру», — Санжар Бокаев. Сам он называет себя политологом, предпринимателем и производственником. Постоянно критикует казахстанские власти, попутно публикует в соцсетях военные кадры с Украины и антироссийские рассуждения. Известно, что Бокаев еще в 2016 году входил в попечительский совет журнала, финансируемого Фондом Сороса. Как пишет «Версия», он якобы связан с главой «Евразия групп Казахстан» Сергеем Глокке. Компания занимается импортом в Казахстан продукции всё того же John Deere.

Как отмечает издание, еще один противник утильсбора — блогер Вадим Борейко. Он сам признавался, что получал гранты Фонда Сороса. «Меня надоумили подать заявку на участие в конкурсе. Я получил грант, в августе 2019 года открыл YouTube-канал «Гиперборей», где поначалу давал исключительно интервью с представителями гражданского общества. Потом я выиграл грант другой международной организации и заложил в бюджет покупку оборудования», — рассказывал он. На сайте Фонда Сорос-Казахстан говорится, что в 2019 году Борейко получил грант в размере 5,5 млн тенге.

Главная претензия, высказанная в СМИ, — собирает и распределяет утильсбор в Казахстане компания «Оператор РОП», которая связана с дочерью первого президента страны Алией Назарбаевой. Впрочем, после январских беспорядков структуру лишили этого права, администратором платежа стала компания «Жасыл даму», которая на 100% принадлежит государству. Более того, правоохранительные органы начали расследовать деятельность «Оператора РОП». Так, стражи порядка задержали председателя правления компании Медета Кумаргалиева и бывшего гендиректора компании Светлану Коротенко. Но критика тем не менее продолжилась.

В свою очередь, в «Версии» отмечают характерный стиль проамериканских лоббистов. Те пытаются активно взаимодействовать с общественностью, вовлекают аудиторию в противостояние с чиновниками. Координируется работа через соцсети, запустили в интернете кампанию «Нетутильсбору», в феврале 2022 года даже объявили о создании партии. При этом понятно, что Казахстану, как и другим постсоветским странам, надо защищать свой рынок, свое машиностроение. А для этого приходится возводить барьеры на пути импорта и поддерживать местного производителя.

Сборный вопрос

В феврале правительство Казахстана на 50% снизило ставку утильсбора на все виды автотранспорта и сельхозтехники. Первый заместитель премьер-министра Роман Скляр также сообщил, что более 200 млрд тенге, накопленные «Оператором РОП», будут использованы «во благо населения». В частности, 100 млрд направят на льготное автокредитование. Условия — 4% годовых и нулевой первоначальный взнос. «Наши граждане смогут приобрести автомобиль по доступной цене. 30 млрд тенге будет направлено на обновление автобусного парка. По нулевой ставке сроком на семь лет будем продавать автобусы нашим перевозчикам», — пообещал Скляр.

При этом Скляр сообщил, что полностью от утильсбора страна не откажется. «Если мы позиционируем себя как страну, которая стремится развивать машиностроение, то мы должны поддерживать наших производителей. Есть некие лица, которые пытаются нам внушить, что у нас нет автопрома. Они приводят цифру 25% локализации техники. Но даже крупноузловая сборка — это добавленная стоимость, которая остается на наших предприятиях», — говорил заместитель премьер-министра.

Некоторые аграрии поддерживают сохранение утильсбора. «Я работал на отечественных комбайнах. Импортные — это хорошо, но это дорогое удовольствие. Конечно, не поставишь в один ряд машины John Deere и «Вектор». Но на сегодня я за ту технику, которая производится здесь. Она проще, голова не болит, когда в кабину садится механизатор», — говорит гендиректор сельхозпредприятия из Акмолинской области Игорь Шарафутдинов.

Гендиректор специализирующейся на сельхозтехнике ГК «Вираж» Ермек Ескергенов также поддерживает сохранение утильсбора. «Если отменить платеж, то отечественный автопром окажется под ударом, произойдет наплыв автохлама. Старая техника — всегда риск для аграриев. Ремонт машин, особенно старых, обходится очень дорого. Это приводит к повышению расходов сельхозпроизводителей и росту цен. Если аграрии не смогут компенсировать эти расходы, то вынуждены будут закрыться», — говорит Ескергенов.

Генеральный директор компании Astana Motors Бекнур Несипбаев говорит, что нынешние ставки утильсбора позволят удешевить импортные машины. А опрошенные «Известиями» российские эксперты отмечают, что перед правительством Алихана Смаилова стоят задачи по обеспечению безопасности рынка — соответственно, прорабатываются вопросы сохранения и развития собственного машиностроения и обеспечения дополнительных рабочих мест в отрасли.

При этом, как отмечает вице-министр индустрии и инфраструктурного развития Марат Карабаев, «правительство постарается утвердить новые ставки утилизационного сбора на автотранспорт к 1 мая». Его заявление цитирует казахский портал «Орда».

«Кто эти активные люди, которые просят убрать утильсбор? По нашему мнению, они лоббируют импортное авто. Почему мы защищаем отечественных производителей? Потому что там работают казахстанцы. Зарабатывающие, платежеспособные граждане смогут погасить любой кредит и покрыть свои нужды», — заключил Карабаев.

Читайте также
Реклама
Прямой эфир