Демоны и ангел: на выставке Врубеля разделенные полотна воссоединились
«Демоны» встретились, «Шестикрылый Серафим» вознесся, а «Жемчужина» вернулась к раковине. Третьяковка открыла крупнейшую ретроспективу Михаила Врубеля, призванную стать главным музейным блокбастером года. Ключевые вещи художника хорошо известны по постоянным экспозициям двух основных сокровищниц отечественного искусства, но впервые за много лет они демонстрируются в одном пространстве. А такого количества графики гения мы и вовсе никогда не видели.
Демоны против пандемии
Если исходить из прагматических соображений, старт долгожданного музейного проекта пришелся на неудачное время: четвертая волна пандемии в разгаре, в стране квазилокдаун, а впереди — неизвестно сколько месяцев жизни с QR-кодами. Очевидно, что на Крымский Вал смогут прийти меньше людей, чем было на аналогичных по масштабу и амбициозности экспозициях прошлых лет, — Репина, Поленова, Верещагина, Айвазовского, Серова. Но такие выставки готовятся несколько лет, и при всем желании срок их проведения не всегда удается скорректировать. Остается надеяться, что вакцинированных ценителей искусства окажется достаточно (кстати, хороший стимул привиться!), и решение все-таки провести выставку вопреки всем обстоятельствам будет признано целесообразным. Поскольку в творческом и научном смысле ретроспектива Врубеля — безусловное достижение, задающее новые стандарты для всей отрасли.
Прежде всего, здесь впервые за многие годы, если не за всю историю существования, соединились три «Демона» — сидящий, летящий и поверженный. Два из них принадлежат Третьяковке, еще один — Русскому музею. Это важнейшие вещи из постоянных экспозиций, и перемещение их, пусть даже временное, — событие исключительное. На выставке они экспонируются в отдельном зале, окружая зрителей с трех сторон. И благодаря этому мы можем увидеть со всей ясностью, что «Демон поверженный» — это, фактически, перевернутый «Демон летящий».
В сознании Врубеля они действительно были очень близки, доказательство тому — выставленные в соседнем зале эскизы: когда вы смотрите на полотна с Демонами, подготовительные рисунки видны через проемы в фальш-стенах (оригинальное решение архитектора Сергея Чобана). Разумеется, потом графику можно и нужно рассмотреть вблизи. Но идея такой переклички представляется оптимальным способом связать в сознании зрителя наброски с холстами. Ведь если бы небольшие листы разместили непосредственно около гигантских картин, это бы выглядело нелепо и отвлекало от главного.
Свет и «Пророк»
Впрочем, это не единственная кураторская находка (спасибо Ирине Шумановой из Москвы и Аркадию Ипполитову из Петербурга). Впервые удалось осветить «Демона поверженного» направленным лучом, как в мастерской художника. У Врубеля напротив центра картины стояла лампа. И это давало особое мерцание множества золотых оттенков, созданных с использованием бронзового порошка. Но первая же демонстрация на выставке — с нормальным ровным светом — повергла гения в отчаяние: ему показалось, что магия ушла. Он стал прямо в зале корректировать работу, посвятил труду несколько месяцев и всё равно не смог добиться желаемого (подробности этой истории изложены в роскошном каталоге, изданном к выставке). Получилось ли сейчас воссоздать первоначальный эффект — вопрос спорный. Но, как минимум, зрители могут почти вплотную рассмотреть перья крыльев и в целом увидеть произведение иначе, чем раньше.
Выставка вообще дает возможность взглянуть на многие знакомые вещи по-новому — в прямом и переносном смысле. Например, трехметровое вертикальное полотно «Пророк» годы спустя автор разрезал на две части, и на нижней прямо поверх изображения крыльев божественного вестника написал портрет Надежды Забелы-Врубель. Вещь, известная как «Дама в лиловом», теперь в коллекции Русского музея, «Пророк» — третьяковский. На выставке их повесили вплотную один над другим — так, что стала понятна исходная композиция. И получилась чисто врубелевская мистическая фантасмагория: жена и муза художника оказалась у ног посланника высших сил.
Этот образ встречает зрителя напротив лестницы, при переходе с верхнего этажа выставки на нижний. Две части картины становятся красивой аналогией двух частей экспозиции. Но и сам маршрут оказывается в определенной мере символическим: мы будто спускаемся в подсознание художника, на тот момент уже душевнобольного, но ничуть не потерявшего творческую силу. Напротив: уйдя от мира, закрывшись, отчасти вынужденно, в собственной раковине, Врубель предвидит будущее искусства. Он создает цикл изображений жемчужины и вырывается за рамки предметности. Фактически, это уже абстракционизм.
Полеты во сне и наяву
Цветные и графические «Жемчужины» размещены в специально выстроенной полукруглой конструкции, формой напоминающей раковину. В одной из витрин, кстати, выставлена настоящая раковина — та самая, которая вдохновила Врубеля. Что еще важнее, полые «окна» комнаты позволяют увидеть обе поверхности двусторонних рисунков. Никогда эта серия столь весомо не демонстрировалась. И вещи эти, вне зависимости от размера и техники — карандаш, краски, пастель, а зачастую все вместе, — гипнотизируют. От макромира — огромных панно (их на выставке немало) — гений пришел к микромиру, но и в нем он видит Вселенную.
Впрочем, даже здесь не уйти от «крылатых» ассоциаций. На одном из рисунков карандашные штрихи, из которых складывается форма жемчужины, вдруг превращаются в крылья, перья — прямо как у Демона. Ну а на самой известной, главной работе цикла внимательные зрители и вовсе могут рассмотреть настоящую муху, застрявшую в краске. Художник не стал ее убирать, но бережно покрыл бронзовым цветом.
Завершается вся экспозиция «Шестикрылым Серафимом» — последней масляной работой Врубеля. И получается удивительная рифма с самым началом выставки: «Царевной-Лебедью». Но если знаменитый портрет Забелы-Врубель размещен на уровне глаз, он встречает и завлекает зрителя в сказочный мир, недоступный «Серафим» поднят — так, что приходится смотреть на него снизу вверх. Ангел вознесся. Снизошел — и улетел.
Выставка проходит в Новой Третьяковке на Крымском Валу с 3 ноября 2021 года по 8 марта 2022 года
