«Я не играю, я так живу»
17 июля в главном соборе Донского монастыря прошло отпевание артиста и музыканта, основателя легендарной андеграунд-группы «Звуки Му» Петра Мамонова. Он скончался в возрасте 70 лет в больнице в Коммунарке от осложнений, вызванных COVID-19.
Без речей
Знойным утром в подворье Донского ставропигиального мужского монастыря стягивались люди — друзья, знакомые, коллеги и поклонники артиста и музыканта. Непосредственно у гроба находился только ближний круг, те, кому было действительно важно попрощаться и в последний раз увидеть Петра Николаевича, — вдова Ольга, сын Иван, духовник, отец Косма, режиссер Павел Лунгин, в лентах которого Мамонов воплотил свои незабываемые кинообразы («Такси-блюз», «Остров», «Царь»). Среди известных широкой публике лиц были артист Дмитрий Дюжев и лидер мотоклуба «Ночные волки» Александр Залдастанов, также известный как Хирург.
Речей под церковными сводами не произносили: молясь об упокоении усопшего, как и положено по православному чину, близкие читали над гробом Псалтырь. Когда тело перенесли в храм, священнослужители совершили чин отпевания, по четырем сторонам от гроба горели свечи.
В храм входили далеко не все собравшиеся. Большинство оставалось на улице и молча следило за инопоследованием заупокойного обряда, состоящего из песнопений, в которых отображается земной путь человека: изгнание из рая, возвращение в землю, из которой был взят. Из церкви гроб с телом артиста вынесли под звуки колоколов. Массовости и светскости, характерных для гражданских панихид, не наблюдалось. Многие из собравшихся плакали — видимо, на это прощание пришли искренне любившие Мамонова люди.
Драматическую атмосферу несколько разбавили «Ночные волки», выстроившиеся возле монастырских стен в эффектную шеренгу и позволявшие публике с ними фотографироваться.
Невероятного объема артист
Непревзойденный перформансист запомнился не только лунгинскими кинообразами, но и своими феерическими эксцентрик-шоу. Совсем, казалось бы, недавно он давал в ЦДХ свой зрелищный, экстатический, пронимающий до дрожи, и в то же время очень философичный моноспектакль «Как я читал Исаака Сирина». Уход яркого артиста многим показался трагическим и несвоевременным: молодого душой, крепкого, невероятно пластичного в свои 70 лет Мамонова «не могла скосить болезнь с симптомами простуды». «Какой-то болезненный, больничный уход», — сетовали поклонники в соцсетях. Человек-эпоха ушел от коронавируса — «этот вирус, как мистическая мстительная сущность, вычищает в человечестве до донышка всё, что осталось ценного», подхватывали другие.
Петра Мамонова госпитализировали после заражения коронавирусной инфекцией в конце июня, несколько недель он находился в состоянии медицинской комы и на аппарате ИВЛ. 14 июля начался сепсис, усилия врачей успехом не увенчались. 15 июля стало известно, что он скончался.
Невероятного объема артиста, чье будоражащее и пугающее искусство каким-то непостижимым образом несло умиротворение, запомнят как человека духовной эксцентрики, очень настоящего, не игравшего, а жившего в кадре и на сцене.
Как рассказал журналистам Дмитрий Дюжев, игравший в «Острове» казначея монастыря отца Иова, Мамонов и не играл, он проживал все свои роли.
— Идут съемки, подхожу к двери, стучу, а Петр как слегка тронувшийся монастырский затворник, шаркает за дверью, приговаривает и не открывает. Думаю, может, случилось что, продолжаю стучать, я как актер не могу сорвать съемочный процесс вопросом не по роли. Стучу и стучу — всё то же самое, — рассказывает актер. — Вдруг в какой-то момент быстро открывается дверь, Петр пробегает мимо меня, останавливается в нескольких метрах и кричит свою реплику по сцене. Тут уже вмешивается Лунгин: «Петя, куда ты побежал, почему ты не играешь? И тут он произносит фразу, свидетельствующую о высочайшем коэффициенте его таланта: «Я не играю, я так живу».
Артиста похоронили на кладбище в подмосковной Верее — месте, где он жил последние 25 лет.
Петр Мамонов родился 14 апреля 1951 года в интеллигентной московской семье (отец — инженер, мать — переводчик со скандинавских языков). Провел детство в знаменитом Большом Каретном, во дворе, еще помнившем удалую юность Владимира Высоцкого. С раннего детства любил танцевать (оттуда пошли его знаменитые сценические движения со «Звуками Му»), слушал много западной музыки — причем в отличие от большинства друзей отдавал предпочтение не «битлам» и «роллингам», а менее популярным в СССР черным ритм-н-блюзовым и джазовым артистам вроде Рэя Чарльза и Майлза Дэвиса. Как и многие другие богемные персонажи 1970-х, окончив институт, перебивался на разных работах — от переводов зарубежной поэзии до растопки котельной. Много писал сам — только в 1980 году сочинил больше 70 песен. В конце концов всё привело Мамонова к созданию собственной рок-группы, получившей название «Звуки Му», — дальнейшее, как говорится, уже история. 30 лет назад казалось, что творчеству Мамонова уготовано место в рок-энциклопедиях; сегодня же явственно видно, что место его — в общей сокровищнице отечественной культуры.
