Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

На Гайдаровском форуме замглавы ФНС Дмитрий Вольвач сообщил, что российские физические и юридические лица держат на счетах за рубежом суммы, превышающие в эквиваленте 13 трлн рублей. Это действительно довольно значительная сумма, около 20% клиентских средств в банковской системе РФ (на 1 декабря они превышали 70 трлн), но тем не менее непонятно, почему такая информация стала чуть ли не сенсацией.

Во-первых, российская экономика по отношению к остальному миру имеет значительный профицит по счету текущих операций (торговля плюс перечисления разных видов доходов). Благодаря этому ежегодно в страну притекает несколько десятков миллиардов долларов (даже в прошлом, пандемическом, по оценке Банка России — $32,5 млрд).

Так что неудивительно, что и иностранные авуары россиян год от года растут. По всем категориям активов за вычетом встречных обязательств это уже свыше полутриллиона долларов. Однако относительная доля непосредственно валютных счетов, та самая «долларизация экономики», внутри РФ всё же намного ниже, чем, скажем, в других странах СНГ.

Во-вторых, данные об иностранных активах регулярно публикуются Центральным банком в рамках статистической отчетности по внешней инвестиционной позиции России с разбивкой по секторам, видам финансовых инструментов и т.д. Правда, ЦБ объединяет в рамках одной учетной категории и депозиты, и наличную иностранную валюту. Но если задуматься, с экономической точки зрения разница между текущим счетом и наличностью действительно не столь уж и велика, хотя прозрачность операций по счетам для регуляторов гораздо выше.

Физическое местопребывание средств в эпоху цифровой экономики тем более не столь существенно — важно в основном то, что резиденты России имеют финансовые требования в соответствующем объеме к нерезидентам.

В-третьих, тут нет никакого нарушения закона или морали. Граждане и бизнес имеют право распоряжаться своими средствами, как им заблагорассудится, в том числе перемещать между различными видами активов и государствами — в этой части российское валютное и налоговое регулирование либерализовано, а открытие зарубежных банковских счетов носит уведомительный характер.

Тем не менее возникает законный вопрос: а почему средства на иностранных счетах подпитывают не российскую банковскую систему? Вообще, почему у россиян возникают предпочтения хранить деньги за рубежом? Разумеется, если российская компания вовлечена в те или иные внешнеэкономические операции, то наличие счета в зарубежном банке для нее может представлять собой даже не удобство, а необходимость. Поэтому мы будем говорить в первую очередь о физических лицах, причем достаточно узкой их прослойке.

Помещение средств на зарубежный счет можно сравнивать с другими направлениями вложений по трем характеристикам: ликвидность, доходность и надежность.

Ликвидность средств на счетах в России и за рубежом вряд ли сильно отличается в ту или иную сторону — владелец обычно имеет доступ к такому счету в круглосуточном режиме.

О «доходности» депозитов в развитых странах в условиях нынешних всё больше уходящих в минус процентных ставок можно рассуждать лишь теоретически. До сих пор коммерческие банки не отваживались распространять режим отрицательных ставок на своих клиентов, но, судя по всему, рано или поздно будут вынуждены к этому прибегнуть. Напротив, у нас ставки, хотя и снизились в последнее время, пока остаются устойчиво положительными. Только что введенный в России налог на доходы с банковских вкладов не настолько обременителен, чтобы серьезно изменить поведение людей.

Таким образом, предпочтение зарубежных счетов основано главным образом на их относительной безопасности. В первую очередь тут важен валютный фактор. Несмотря на все усилия Банка России, репутации рубля сильно вредят относительно свежие воспоминания об эпизодах его девальвации и высокой инфляции, поэтому сам по себе выбор внешнего варианта сбережений, игнорирующий преимущество нашей национальной валюты по ставке, в значительной мере носит защитный характер.

И если сбережения обычных россиян надежно защищены системой страхования вкладов, то о состоятельных гражданах этого сказать нельзя — для них лимит страхового возмещения слишком мал. Между тем недавние банкротства крупных частных банков, удивительным образом случившиеся на фоне относительно стабильной экономической ситуации, по-прежнему «на слуху». Теперь преобладающую роль в российской банковской системе играют государственные кредитные организации, но состоятельного вкладчика беспокоит больше не чисто гипотетическая возможность их краха, а близость к государству, финансовая политика которого далека от предсказуемости. Вот и выходит, что несмотря на всё более высокие барьеры, возводимые в последние годы за границей перед российскими вкладчиками, у иностранных банков по-прежнему нет отбоя от наших соотечественников, желающих доверить им крупные суммы.

Репатриация сбережений состоятельных граждан возможна, но этого нельзя добиться быстро излюбленными административными мерами. Такой результат может явиться лишь следствием длительного процесса повышения предсказуемости действий государства и укрепления его «кредитной истории», развития национальных финансовых рынков, приватизации банков и совершенствования надзора за ними.

Автор — директор Центра исследований экономической политики экономического факультета МГУ

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также
Прямой эфир