Хулиганы не умеют бороться со стрессом
Психологи Московского педагогического и Московского психолого-педагогического госуниверситетов (МПГУ и МППГУ) выяснили, что трудные подростки в стрессовых ситуациях прибегают к более примитивным и неконструктивным способам борьбы со стрессом, чем их социально адаптированные сверстники. Они убегают от проблем, вместо того чтобы искать выход из затруднительной ситуации. Так поступают две трети детей, состоящих на учете в комиссии по делам несовершеннолетних.
Специалисты МПГУ и МППГУ обнаружили существенные отличия в способах борьбы со стрессом у благополучных и трудных подростков с агрессивным и саморазрушающим поведением, зависимостями от табака, алкоголя и наркотиков. Всего в исследовании приняли участие 320 человек — 152 юноши и 168 девушек в возрасте от 15 до 17 лет. Все они стоят на учете в комиссии по делам несовершеннолетних.
По словам старшего преподавателя кафедры педагогики учебно-научного комплекса психологии служебной деятельности Московского университета МВД России им. В.Я. Кикотя Екатерины Никитской, участвовавшей в исследовании, сначала эксперты наладили контакт с подростками: общались, старались заинтересовать мероприятиями, как психологи решали их личные проблемы. И только потом предложили принять участие в исследовании и заполнить опросники.
Результаты показали, что молодежь с девиантным поведением часто выбирает стратегии самоустранения из проблемной ситуации. 70% опрошенных трудных подростков чаще предпочитают не решать проблемы, а переключаться на сон, телевизор, компьютер, вербальную и физическую агрессию.
В то же время опрос, проведенный в молодежном коллективе, который исследователи определили как «норму», показал, что подростки из благополучных семей используют более позитивные способы борьбы со стрессом. Они ищут информацию, социальную поддержку, проявляют конструктивную активность.
Также выяснилось, что трудные подростки часто прибегают к стратегии мечтательности и отрицания. Например, одна девушка, сдавшая ЕГЭ по биологии на отметку, соответствующую тройке с минусом, полагала, что сможет поступить в медицинский институт и стать врачом.
Психолог Игорь Нежданов отметил, что «трудными» дети не рождаются, а становятся, если проблема не лежит в сфере психопатологии и болезней.
— Любой подросток хочет найти компанию сверстников, отношения в которой будут для него комфортными. Например, если в семье есть насилие, то, вероятно, подросток прибьется к компании, в которой есть вожак, — пояснил Игорь Нежданов.
По его словам, стрессогенными ситуациями для подростков могут стать отношения с родителями или представления о будущем, но большинство проблем так или иначе связаны именно со школой и сверстниками. Если ребенка не принимает коллектив, ему проще вести себя асоциально.
Авторы исследования подчеркнули, что в возрасте 15–18 лет подростки активно меняют свое поведение, развиваясь и совершенствуясь в процессе общения с более мудрыми окружающими, воспитателями и близкими. Руководитель Центра социологии образования Института управления образованием РАО доктор психологических наук Владимир Собкин разделяет эту точку зрения.
— Если в старшем подростковом возрасте (до 18 лет) у человека нет позитивного образца взрослости, родители ведут себя инфантильно, то у него не возникнет стремления к самостоятельности и желания найти себя, — сказал Владимир Собкин.
Авторы исследования рассказали, что реакция подростка на все стрессы зависит от того, к какой «копинг-стратегии» (умению справляться с чем-либо) он привык. К правильным стратегиям относится поиск поддержки у близких людей, сосредоточение на источнике стресса, направленное на решение проблемы. Также важно уметь сдерживать эмоции, чтобы разрешить ситуацию в более благоприятных условиях, и избегать конфликтов с помощью шуток и смеха.
Екатерина Никитская отметила, что понятие «трудный подросток» не всегда связано с низкими интеллектуальными способностями.
— Бывают случаи педагогической запущенности. Например, один мальчик несколько лет жил на вокзалах, потом в 15–16 лет наконец-то пошел в среднюю школу и за год экстерном смог догнать свой класс. В конце года он сдавал экзамены наравне со всеми, — рассказала эксперт.
По мнению Владимира Собкина, педагогическая запущенность — проблема, возникающая из-за потери связи подростка со взрослыми, которые могут помочь. Научить ребенка эффективным стратегиям — важная задача психотерапевта. Тренинги личностного развития могут быть частью обучения и воспитания.
