Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Екатерина Галанова: «Балет — самый понятный вид искусства»

Художественный руководитель Dance Open — о программе фестиваля, возрастных ограничениях, мудрости тела и пяти фурах декораций
0
Екатерина Галанова: «Балет — самый понятный вид искусства»
Фото: пресс-служба фестиваля Dance Open
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Объявлена программа XVI сезона Международного фестиваля балета Dance Open. Об основных событиях стартующего 13 апреля форума обозревателю «Известий» рассказала его основатель и художественный руководитель Екатерина Галанова.

— У Dance Open всегда широкая жанровая палитра, но впервые вы включили в программу детский спектакль, более того, открываетесь им. Решили радикально омолодить аудиторию?

— Мы действительно никогда раньше не включали в программу спектакли для детей, и, мне кажется, пришло время это исправить. Балетов для детей остро не хватает. А ведь балет, не устану повторять, — самый понятный, близкий и демократичный вид искусства. Как только маленький человек начинает задумываться о жизни, задавать вопросы о любви, дружбе, верности, отношениях между людьми, а это происходит где-то в 5–6 лет, балет становится ему и близок, и интересен.

«Снежная королева» Вячеслава Самодурова в исполнении Екатеринбургского балета — тот самый остродефицитный продукт высокого класса. С одной стороны, это серьезный спектакль с глубоким философским подтекстом, с другой, он рассказывает о вещах простых, важных и актуальных в любом возрасте. Кроме того, спектакль интересно решен с точки зрения оформления и режиссуры — это красочная сказка-квест с огромным количеством фантастических персонажей. Музыку сочинил композитор Артем Васильев по заказу балетмейстера и специально для этого балета. Такой творческий альянс, редкий в наши дни, всегда любопытен, и этот эксперимент, я полагаю, удался.

— Поняла, что дети этот балет с удовольствием посмотрят. А родителям-балетоманам он будет интересен?

— Думаю, да. Здесь надо сказать отдельно о хореографии. Слава Самодуров — один из самых талантливых современных балетмейстеров. Все, что он делает, — тонко, изящно, свежо, с юмором, безумным количеством цитат и аллюзий на самые разные танцевальные стили. Если хотите, это «дайджест мирового балета», но в оригинальной интерпретации.

— Большой театр строго придерживается ограничений по возрасту, и это, я считаю, правильно. Возрастная рекомендация у «Снежной королевы» — «6+». Тех, кто меньше, пускать не будете?

— Родители знают своих детей лучше, и мы им доверяем. Просто надо помнить, что всем зрителям в зале должно быть комфортно и никто никого не должен отвлекать. Конечно, «Снежная королева», да и вообще подобный ей балет, могла бы понравиться и маленькому ребенку: спекаткль — яркий, множество сказочных существ. Но я бы рекомендовала просмотр с того возраста, который указан на афише, — только потому, что это не совсем развлекательная постановка. И требует не только образного восприятия, но и интеллектуального участия.

Маленький человек, который уже дозрел до первых философских размышлений о мире и о том, как в нем всё устроено, обязательно должен попасть на этот спектакль. У нас в планах — продолжать детскую линию, и я была бы рада, если со временем ее удастся превратить в еще одну фирменную примету фестиваля.

— Вы пригласили в Петербург культовую израильскую труппу «Батшева».  Отношение к ней в балетном мире неоднозначное. Некоторые мои коллеги уверены, что их спектакли — вообще не балет.

— Судя по темпам, с которыми уходят билеты, у «Батшева» и ее худрука, ученика Марты Грэм, эзотерика танца Охада Наарина в Петербурге есть собственный фан-клуб (смеется). Израильтяне привезут «Вирус Наарина». Это премьера в России, хотя спектаклю, как и нашему фестивалю, 16 лет.

Танец ли это? Про балет ли это? Точно не про балет. Это скорее драматический пластический спектакль. Некая философская метка, символ, идея, психоделический эксперимент… Работа в технике контактной импровизации gaga, которую развивают Наарин и «Батшева», — это полное раскрепощение, слияние материи и мысли. В результате тело обретает мудрость, а разум — животную интуицию на уровне сверхчувств. Словами не объяснить — надо видеть.

— Увидят петербуржцы. А для тех, кто далеко, но хотел бы взять этот спектакль на заметку, как бы вы его представили?

— Это спектакль для людей, погруженных в драматическое искусство. Это манифест неоавангардизма — отсюда адаптация текста пьесы Петера Хандке «Оскорбление публики». И это личный манифест Наарина и его блистательной труппы.

— Моя личная радость в программе вашего фестиваля — выступление Нидерландского театра танца (NDT 1). Вам за нее — особое спасибо. К тому же то, что они покажут, в России еще не видели.

— Ох, мы гонялись за этой труппой четыре года, чтобы подписать контракт: ее гастрольные графики расписаны на много лет вперед. 21 и 22 апреля, два вечера подряд, будет программа из трех одноактных спектаклей. «Дотянуться до звезд» (Shoot The Moon) и «Немое пространство» (Silent Screen) — абсолютные шедевры Пола Лайтфута и Соль Леон. Это мэтры и гуру современной хореографии, и всё, что они делают, — абсолютный топ, самое свежее и острое, что есть на сегодня. Магнетическое зрелище на магнетическую музыку Филипа Гласса.

«Тонкая кожа» (Thin Skin) поставлена дерзким Марко Гёке на музыку Патти Смит и Кейт Джарретт. И то и другое совершенно точно нужно увидеть, чтобы понимать вершину хореографической мысли. И философской, выраженной в танце, тоже.

— NDT 1 — удовольствие для гурманов. А Пермский балет с «Золушкой», я так понимаю, удовлетворит чаяния широкой публики?

— Спектакль, и правда, — огромный, полновесный, красочный, с невозможным количеством костюмов, декораций и задействованных артистов. Декорации едут в Петербург пятью фурами. Хореограф-постановщик Алексей Мирошниченко сам написал либретто. Сюжет перенесен в 1957 год, в Москву. В главном театре страны ставят «Золушку», и действие разворачивается в двух планах одновременно.

С одной стороны, это сцены из сказки, с другой — перед нами история молодой исполнительницы, которая танцует ведущую партию. Ее судьба в чем-то пересекается с судьбой Золушки, а в чем-то нет. Вокруг плетут интриги стареющие примы; разворачиваются страсти с заграничными гастролями _ кто-то едет, кто-то нет; на роль принца приглашается иностранный солист…

— Лихо закручено…

— Не то слово. Плюс оригинальная режиссура, богатство картин и эпизодов, роскошный Прокофьев, много советской эстетики, много света и воздуха, искрящийся юмор и богатый аллюзиями хореографический язык... Лично мне этот балет очень напоминает старые советские фильмы — чистые, светлые, очень позитивные и бойкие. Как «Веселые ребята» и «Весна» Григория Александрова, как «Карнавальная ночь» Эльдара Рязанова.

Когда я его смотрела, то ощутила, что очень тоскую по этим фильмам, по их атмосфере. И мне показалось, что Алексей Мирошниченко тоже тоскует. А с нами — еще очень много людей. Будто это настроение — щемящей, но светлой ностальгии висит в воздухе.

— Последний вопрос о финальном гала-концерте. Что нового готовите на этот раз?

— Гала звезд Dance Open пройдет 24 апреля и, надеюсь, удивит: будет много новых имен. Произошла ротация — пару лет она длилась, и в результате у нас появилось множество танцовщиков, которые никогда не приезжали в Санкт-Петербург и не участвовали в фестивале. Конечно, будут звезды мирового уровня и с классическими, и с современными номерами, и с тем, что поставлено за последние полтора года в разных точках земного шара, и уже признано лучшим. Как всегда, совершим прогулку вне времени и пространства по настоящему, прошлому и будущему мирового балета.

Поделюсь самым долгожданным. Мы привезем в Петербург два номера моего любимого хореографа Юры Посохова: невероятно изящный дуэт из балета «Лолита», который исполнят Маша Кочеткова и Себастиан Клобборг, и потрясающие «Перезвоны» с Юань Юань Тань и Давитом Карапетяном. Этот дуэт выйдет и в хореографии Эдварда Льянга.

Будет также новый номер премьера Dutch National Ballet Реми Вортмейера с участием Анны Оль и Даниэля Камарго. Фанаты стэпа порадуются приезду легенды — Севиона Гловера, заполучить которого стоит немалых усилий. Но всех секретов программы раскрывать не стану: всегда очень завидую зрителям, потому что я все это уже видела, а они — еще нет.


Прямой эфир