В Санкт-Петербурге открылась ретроспектива Константина Сомова
В петербургской KGallery на Фонтанке открылась выставка одного из ключевых художников Серебряного века — Константина Сомова. Его предыдущая ретроспектива, приуроченная к 100-летнему юбилею, прошла еще в 1960-х. И вот в юбилей революции декадент и мирискусник, живопись которого олицетворяет ту, потерянную в 1917 году, Россию, вновь предстал перед публикой.
В экспозиции нет таких знаковых картин, как «Портрет дамы в голубом» или «Арлекин и дама», но эти вещи можно увидеть в государственных музеях обеих столиц. Зато представлены полотна из частных коллекций, фотографии, представляющие окружение и облик Сомова, а также много эскизов, набросков, штудий.
— 80% его работ на выставке — из частных собраний, включая наше,— рассказала «Известиям» владелица галереи Кристина Березовская. — Также представлены произведения из Русского музея, петербургского Театрального музея, Музея-квартиры Исаака Бродского, Музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме. И нам было важно показать фотоархив, который никогда не выставлялся и не публиковался.
Интерес вызывают пейзажи, где еще чувствуется воздух пленэра, который потом сменится холодноватой застылостью. Один из критиков-современников назвал Сомова «художником радуг и поцелуев». На выставке достаточно и того и другого; выделяется «Радуга» из частного собрания, которая почти не отличается от работы, десять лет назад установившей мировой рекорд аукционной цены на русскую картину. Важная часть экспозиции — портреты родных и друзей Сомова, дополненные справками и выдержками из дневников-писем.
Но всё это лишь подготовка к основной зоне выставки, где представлены шедевры художника, зримо артикулирующие его индивидуальность. Все они связаны с флиртом, игрой чувств и томлением. В их числе — портрет Александры Левченко в образе Сесиль де Воланж (героиня романа «Опасные связи»), иллюстрации к роману «Дафнис и Хлоя» и знаменитой «Книге маркизы», антологии эротической прозы французских авторов. И, конечно, невероятной красоты «Обнаженный юноша» — стоя перед этой работой, зритель и сам невольно оказывается Психеей, любующейся спящим Амуром.
А вот картина тех же 1930-х «Старческая любовь», где пожилая дама с вожделением смотрит на молодого человека, наполнена явной издевкой. Злая ирония часто ощущается и в тех сюжетах, что устремлены в излюбленное мирискусниками XVIII столетие с его камзолами-кринолинами-мушками. Если Александр Бенуа и Евгений Лансере поэтизировали «век пудры», то Сомов балансирует на грани между любованием и сарказмом.
Один из самых чудесных экспонатов — «Влюбленный Арлекин» из частного собрания. Арлекин и дама уединились в парке во время гулянья, и этот условный герой так безусловно прильнул к спутнице, что рафинированное эстетство полотна неизбежно разрушается.
Само пространство KGallery — с небольшими залами, лесенками, балкончиком — отвечает «будуарным» сомовским произведениям. Их сложно представить себе в больших помпезных помещениях. И уж точно требуют «индивидуального» интимного рассматривания фарфоровые фигурки по эскизам Сомова, а также предметы его оформительского творчества — книжечки, открытки, программки.
