Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Политика
Власти Крыма предупредили Киев о крахе из-за идеи отторжения полуострова от РФ
Экономика
Пушков не нашел причин возобновлять поставки газа «недружественной» Болгарии
Экономика
Bloomberg назвало Россию победителем на энергетических рынках
Общество
Парламентарии предложили повысить МРОТ до 30 тыс. рублей
Армия
Российские десантники осуществили захват опорного пункта ВФУ
Мир
МИД РФ назвал обстрелы ЗАЭС со стороны ВСУ актом ядерного терроризма
Мир
Боррель призвал европейцев быть готовыми «заплатить» за поддержку Украины
Армия
Опубликованы кадры работы вертолетов Ми-28 в ходе спецоперации РФ
Мир
Одно судно с украинским зерном не смогло выйти из порта Черноморск
Экономика
Молдавия договорилась об аудите долга перед «Газпромом» с двумя компаниями
Мир
Politico призвало Зеленского признать факты преступлений ВСУ
Мир
Германии предсказали проблемы из-за пересохшего Рейна

Резо Гигинеишвили: «Мир может обвалиться, но люди продолжают жить»

Режиссер фильма «Заложники» — об исторической и художественной правде, 1990-х и генетическом коде
0
Резо Гигинеишвили: «Мир может обвалиться, но люди продолжают жить»
Фото: РИА Новости/Екатерина Чеснокова
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

На 67-м Берлинском международном кинофестивале, стартовавшем в столице Германии, состоялась мировая премьера картины Резо Гигинеишвили «Заложники» — о том, как в 1983 году семеро представителей грузинской «золотой молодежи» попытались угнать самолет, чтобы сбежать из СССР. О фильме, снятом в копродукции России, Грузии и Польши, режиссера расспросил корреспондент «Известий».

— Для меня стало откровением, что коммерчески успешный режиссер обратился к документальным материалам и снял, по сути, фестивальный фильм.

— Мне захотелось говорить о тех вещах, которые давно волнуют. С самого детства я знал эту историю. Вот уже более 33 лет грузинской общественности не дает покоя эта трагедия. В каждую годовщину захвата самолета тема вновь всплывает в СМИ. Люди пытаются анализировать причины, понять, почему так произошло.

— «Заложники» попытаются расставить все точки над i?

— Мы не пытаемся ответить на все вопросы. Но мне кажется, что анализировать последний период Советского Союза через конкурентную историю — важно. Мы не политики, а люди искусства. Результаты холодной войны тоже нужно оценить и понять.

— Хотите сказать, что результатом холодной войны стали 1990-е?

— Да, мы получили 1990-е, которые стали полным адом. Существовали в них, выживали, как могли. И даже выработали иммунитет. Прошло довольно много времени, появилась некая историческая перспектива, и мы теперь можем не сгоряча, а вдумчиво обсуждать тему. Модель и матрица жизни грузинских семей, связанных с трагедией, мне кажется, дает возможность в той или иной степени понять, почему через восемь лет развалилась огромная страна.

— Даже так?

— Мне кажется, да. Люди живут в большой стране. Их культура, взаимоотношения так или иначе определяют будущее государства.

— История с угоном самолета — реальная, а как показывает опыт (вспомним «Викинга» или «Легенду № 17»), критики и зрители ждут от таких фильмов достоверности.

— Да, но право создателей — предложить видение документального материала внутри своих художественных законов. Главная моя задача заключается в том, чтобы картина была убедительна. Я не претендую на абсолютную правду. Мы не боги, чтобы доподлинно знать, что же там произошло. Это наша трактовка истории.

— А как же архивные материалы?

— Мы переработали множество архивных материалов, допросов, более ста интервью очевидцев… Знаете, что я понял? У каждого человека своя правда. В тот момент у людей в самолете был шок, и в итоге каждый по-своему трактовал случившееся. Это похоже на фильм Куросавы «Расёмон», где три человека одну и ту же историю рассказывают по-своему. Конечно, в фильме есть и наша авторская позиция и отношение к тем событиям.

— Какое, если не секрет?

— Неслучайно картина называется «Заложники». Я призываю не воспринимать примитивно: мол, одни угонщики, а другие — жертвы. Безусловно, это большая трагедия, не имеющая оправдания. Но как это произошло? Раскрыть причинно-следственную связь в историческом контексте — вот наша задача. Мы не занимаем позицию обвинителя, а пытаемся сопереживать и оплакивать жертв трагедии.

— То есть не стоит смотреть на картину однобоко?

— Мечтаю, чтобы фильм «Заложники» анализировали, но не скатывались к обвинениям или навешиванию ярлыков. Меня в этом фильме интересует живой человек. Вот мы смотрим советские любимые комедии, помним крылатые фразы: «Наши люди в булочную на такси не ездят» или «А ты Софи Лорен видел, кока-кола пил?» Смешно же. Но для любого цивилизованного человека сегодня постановка подобного вопроса — бред. Если вас спросить, пили ли вы кока-колу…

— ...я отвечу, что бывало.

— Для нас это уже норма. Я надеюсь, мои дети не поймут, о чем идет речь в этом фильме. Беда в том, что мы смеемся над этим. Но вы только вспомните ощущения советского туриста за границей: человек боялся лишнее потратить или сказать. Это же проблема! На мой взгляд, ее важно анализировать.

— В России «Заложники» выйдут на широкие экраны?

— Бог даст, выпустим. По крайней мере планирую.

— Поговорим о Берлинале. Главными темами фильмов, попавших в основную программу фестиваля, стали мировые утопии — коммунизм и капитализм. Как думаете, почему кинематограф всё чаще обращается к околополитическим темам?

— Я не знаю. Пока я снимал «Заложников», мир чуть не обвалился три раза. Начиная с финансового кризиса, санкций и заканчивая напряженными международными отношениями. Люди при этом продолжают жить, а художник так или иначе пытается рассказать про человека, который обижен или оскорблен. В известной степени мы встаем на сторону меньшинства, которое в наших фантазиях и домыслах требует большего внимания.

— В основном конкурсе Берлинале нет российских картин. Как думаете, причина в художественной составляющей или это политические интриги?

— Мы порой ищем политику там, где ее нет. Когда наш режиссер получает награды на крупных фестивалях в Венеции или Берлине, то, естественно, он радуется. Европа и весь мир рукоплещет нашей победе. Но как только картину не принимают, сразу ищем политическую подоплеку. Мол, всё дело в закручивании гаек. На мой взгляд, это неправильная позиция. Надо просто думать о том, какие темы, кроме российского социального аспекта, могут перекликаться со всем остальным миром.

— Что касается вас, то вы часто обращаетесь к своим национальным корням.

— Как грузин я, конечно же, больше понимаю правду и боль тех людей, с которыми жил. Как бы я ни интегрировался в культурное пространство России, как бы я ни любил Москву, природу грузина, его мотивацию мне генетически легче понять и объяснить. Это внутренняя музыка, связанная со своей территорией. Даже когда я снимал истории про Россию, мои персонажи всё равно отчасти вели себя как грузины. Это есть предмет критики моих работ, но в этом есть и свое обаяние…

Справка «Известий»

Фильм «Заложники» повествует о трагических событиях, произошедших в 1983 году в Грузии. Шестеро молодых людей и одна девушка захватили самолет, следовавший по маршруту Тбилиси–Ленинград. Они планировали изменить курс и приземлиться в Турции. В итоге воздушное судно взял штурмом спецназ. Семь человек погибли, десять получили ранения. Выжившие захватчики были приговорены к расстрелу. Находившейся с ними девушке дали 14 лет тюрьмы.

Читайте также
Реклама
Прямой эфир