Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В условиях «Астаны-2», где собирались в основном военные представители, решались конкретные задачи: прекращение огня, перемирие на тех участках фронта, где это возможно, если там находятся умеренные вооруженные группировки. Заседания совместной оперативной группы в столице Казахстана приобрели стабильный характер. Регулярные встречи, которые будут формировать органы наблюдения за соблюдением перемирия, — это очень важный инструмент для реализации достигнутых договоренностей по прекращению огня.

В этот раз к Астане примкнула и Иордания, играющая огромную роль в сирийском конфликте. На ее территории расположены тренировочные лагеря американцев, находятся боевики Сирийской свободной армии, живет огромное количество сирийских беженцев, подпитывающих все эти структуры. Поэтому приобщение Иордании к переговорам может сыграть важнейшую роль в урегулировании противостояния. Турция с севера, Иордания с юга и Иран через «Хезболлу» с запада. Есть все предпосылки, чтобы при содействии соседних стран достигнуть желаемого результата.

Сейчас в западной прессе активно муссируется информация о якобы непримиримых противоречиях, которые мешают продуктивной работе. Сильно педалируют проблему отношений России и Ирана, якобы разногласия носят принципиальный характер, и они усиливаются. Просматривается линия искусственного нагнетания таких настроений. В этом же ключе прочитывается и статья в The Wall Street Journal, которая дала какие-то якобы утечки из администрации американского президента о том, что Трамп планирует усилить изоляцию Ирана и лишить его российской поддержки. Переговоры в Астане как раз нацелены на то, чтобы реальными делами показать несостоятельность этих информационных уток.

Есть четкая договоренность между Турцией, Ираном и Россией, которые собирались в Москве на уровне министров иностранных дел и министров обороны и пришли к выводу, что иного пути, кроме как политического, для урегулирования конфликта в Сирии нет и не может быть.

Если существует согласие по таким принципиальным вопросам, то всякие противоречия, неувязки на местном уровне должны решаться техническими работниками и не вызывать каких-то политических последствий. Этим и занимается группа в Казахстане.

Там идет взаимная утряска всех вопросов. Это естественный рабочий процесс. Шесть лет шла война, страсти накалены до предела, люди убивали друг друга годами, а сегодня они должны не только прекратить огонь, но и сесть за стол переговоров. Но процесс идет, пусть не быстро, но продвигается в нужном направлении.

Сейчас вырабатываются механизмы наблюдения и контроля за прекращением огня. Если раньше взаимодействовали только Турция и Россия, то сейчас к работе привлекаются и Иран, и Иордания. Таким образом, создаются центры по наблюдению из четырех, а не из двух стран, что будет намного результативней.

Например, там, где действует «Хезболла», полезным будет присутствие иранских военных специалистов. На севере страны, в Идлибе, Аль-Бабе и Дейр-эз-Зоре, безусловно, могут играть большую роль турки. Они же способны успокоить группировки, которые имеют связи с Турцией. Таких группировок очень много.

Еще один вопрос, который остается сейчас на повестке дня, — необходимо определить ареал распространения запрещенных в России ИГИЛ и «Нусры». Все группировки, которые вели действия против сирийской армии, перемешаны. Это один из самых сложных, на мой взгляд, моментов. На нем споткнулся Джон Керри, когда дал обещание Сергею Лаврову разделить умеренные и неумеренные террористические группировки. Он не смог этого сделать. Америка оказалась бессильной.

А Турции удалось сделать первый шаг — договориться с определенными группировками отвести вооружения из Алеппо в Идлиб. Теперь эта работа будет продолжаться.

Есть определенный кодекс поведения вооруженных группировок. Если кто-то не слушается ни турок, ни сирийской армии, ни ООН, то они сами себя ассоциируют с ИГИЛ и «Нусрой» и должны быть подвергнуты вооруженному воздействию. Это важно, поэтому по этой схеме идут серьезные переговоры. Точки зрения должны сближаться, чтобы понимание было общее: что такое террористическая группировка, что такое нетеррористическая группировка. Этот процесс идет. Но он долгий.

Поэтому говорить о том, что «Астана-1» была неудачей, нельзя. Уже само по себе присутствие на переговорах вооруженных группировок, которые раньше отказывались вообще встречаться, — большая победа. Все остальное — это технические вопросы. С течением времени все, что вызывает противоречия, должно быть отрегулировано при полном контроле со стороны поддерживающих государств: России, Ирана, Турции, Иордании. А возможно, позже присоединится и Америка.


Автор — советник посольства СССР в США в 1990–1992 годах, руководитель группы по Ближнему и Среднему Востоку

Прямой эфир