Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Политика
Небензя призвал пересмотреть увольнение сотрудников БАПОР из-за обвинений Израиля
Мир
Кейт Миддлтон впервые заметили на публике после операции
Мир
СМИ сообщили об ударе по репутации ФРГ после утечки разговора немецких офицеров
Мир
Землетрясение магнитудой 4,9 произошло неподалеку от Стамбула
Мир
Экс-сотрудник Пентагона указал на вероятность эвакуации Зеленского из-за провалов ВСУ
Мир
В бундестаге исключили начало прямого конфликта НАТО с РФ
Мир
В МИД РФ сообщили о планируемых встречах на высоком уровне в рамках визита Гросси
Мир
Польские фермеры заблокировали соломой входы в офисы партий в Белостоке
Мир
ЕК признала отсутствие согласия на запрет закупок российского СПГ
Политика
Постпредство РФ при ООН назвало ОЗХО площадкой для продвижения интересов Запада
Мир
Глава МО Сингапура указал на применение США F-35 для поиска ПВО России на Украине
Мир
БАПОР обвинило ЦАХАЛ в пытках захваченных сотрудников агентства
Мир
Археологи обнаружили верхнюю часть статуи фараона Рамзеса II в ходе раскопок в Египте
Мир
Чешские фермеры заявили о планах провести 7 марта очередной протест в Праге
Экономика
Подорожание нори и авокадо повлекло рост цен на роллы и суши

Эффективная человечность

Общественный деятель Владлена Калашникова — о том, применимы ли в благотворительности инструменты бизнеса
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Благотворительность меняется. Общепризнанным является тот факт, что «эпоха харизмы» в некоммерческом секторе подходит к концу. Еще каких-то пару десятков лет назад манера работы молодых российских активистов вызывала в памяти образ купцов допетровского времени: пешком и без карты — через полмира, без долгих формальностей — по рукам. Главное, чтобы от души, на совесть. Взаимное доверие, вера в добро, смелость и харизма конкретных людей были основой возрождавшейся в 1990-е российской благотворительности. Такие условия не предполагали предварительной проработки миссии, видения стратегических целей организации. Были просто те, кто нуждался в помощи, и те, кто без долгих раздумий и расчетов начинал помогать. Однако время идет вперед, и сейчас ведущие российские НКО подошли к следующему этапу развития — от точечного латания брешей к комплексному решению задач.

Изменилось и отношение общества к благотворительности — постепенно она становится нормой жизни. Признание в том, что ты доброволец или жертвователь, уже не придает твоему образу оттенка эксцентричности. В благотворительной сфере появляются активные и успешные представители бизнеса, помогающие pro bono своим профессионализмом, опытом и навыками. Конечная цель такого сотрудничества для обеих сторон вполне ясна — сделать социальный проект эффективнее.

А дальше часто происходит удивительная вещь: попытка создать «космический сплав» из бизнес-навыков и социальной помощи терпит крах. Почему? Ведь, казалось бы, пазл сложился: некоммерческий сектор готов к переходу от работы на голом энтузиазме к продуманной стратегии, а бизнес готов делиться опытом построения таких стратегий.

Неудача удивляет и расстраивает всех участников, однако главная причина, на мой взгляд, довольно проста: инструменты, которые хорошо и продуктивно работают в бизнесе, порой совершенно не подходят некоммерческим организациям. Бизнес-эксперты, настойчиво объясняя, что ключ ко всему — планирование и целеполагание, зачастую не учитывают, что при всей схожести инструментов мы работаем с разными исходными задачами.

Ведь что такое эффективность в бизнесе? Если по сути, то это объем полученной прибыли. Не секрет, что в большой коммерции продаются и покупаются прежде всего эмоции. Именно они выделяют конкретный товар в череде мало отличающихся друг от друга чайников и фотоаппаратов. Они придают даже технически безупречному товару остро необходимый сверхсмысл: обладатель авто элегантно превращается… в неотразимого покорителя вершин. Эта искусственная надстройка срабатывает на нашем стремлении восполнить дефицит главного: любви, заботы, уважения и принятия. Она может быть создана честно и быть привлекательной, но главный вопрос всегда останется прежним: вырос ли объем продаж? Если да — значит, работа ведется эффективно.

А что такое эффективность работы благотворительного фонда? Вроде бы ответ на поверхности: это оказание помощи как можно большему числу подопечных. Однако хорошо ли это, когда количество нуждающихся из года в год растет? Когда не уменьшается число детей-сирот и из года в год растет знакомая компания бездомных, приходящих поесть? Ответ очевиден. Поэтому предлагаю другую формулировку: эффективность работы благотворительной организации — это способность качественно изменить жизнь каждого подопечного.

Иногда для этого достаточно собрать деньги на операцию или сделать ремонт после случайного пожара. Но нередко случается, что проблему невозможно решить кардинально. Думая о таких подопечных, я часто вспоминаю замечательную фразу: «Нельзя прибавить дней к жизни, но можно добавить жизни к дням». Вернуть или добавить жизни к дням — вот наша цель. Мы эффективны, когда даже неизлечимо больной, улыбаясь, признается: «Я счастлив, несмотря ни на что».

Это потрясающе сложная и многогранная задача. Ее решение требует не только продуманной стратегии и комплексного подхода, но и большой самоотверженности, искренней доброты и глубочайшей эмпатии — то есть качеств, на которых не делается ставка ни в одной бизнес-модели. И одновременно требует высокого профессионализма сотрудников благотворительной организации во всем, что касается методов помощи. Будь то правильный уход, грамотная организация быта, медицинская, социальная и духовная помощь — всё, из чего, как из элементов конструктора, складывается ежедневная жизнь человека.

Конечно, как в бизнесе за понятием «прибыль» стоит множество косвенных критериев, так и в социальной сфере существуют показатели, по которым оценивают наш труд. Среди них — количество подопечных, стоимость помощи, ее виды, качество и многое другое. Они важны, но сами по себе не способны отразить суть. А она заключена в следующем: в центре всего для нас всегда будет человек — уникальный, неповторимый, сложный, многогранный, страдающий. И — заповедь о любви к нему.

Именно поэтому и существует парадокс в отношениях НКО и бизнеса: некоммерческий сектор благодарен тем, кто готов делиться опытом и навыками, но с осторожностью подходит к таким естественным для бизнеса вещам, как инновации, оптимизация и систематизация. Ведь при неумелом и поспешном внедрении они всегда влекут за собой усреднение и обезличивание. А для грамотного использования требуют не просто механической состыковки двух элементов, но и создания принципиально новой, адаптированной формы.

Мы готовы перенимать лучшее, но со стороны наших друзей и партнеров ожидаем готовности к конструктивному диалогу на равных, который потребует времени и терпения. Чтобы попытки благотворить быстрее, выше и сильнее не привели к потере главного — стремления и умения помогать конкретным людям, а не решать абстрактную проблему. Ведь наша эффективность — это прежде всего человечность. А наша миссия — эту человечность сохранить и приумножить.

Автор — руководитель благотворительных программ православной службы помощи «Милосердие» (Москва)

Прямой эфир