Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Зимний путь Михаила Плетнева

Фестиваль РНО открылся двумя фортепианными выступлениями маэстро
0
Зимний путь Михаила Плетнева
Фото: Ирина Шымчак
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Юбилейный пятнадцатый фестиваль Российского национального оркестра (РНО) стартовал 8 сентября без оркестра. Его художественный руководитель и главный дирижер Михаил Плетнев предпочел выйти на сцену в амплуа ансамблиста, вновь удивив уже привыкших к сюрпризам поклонников.

Странным показался и выбор произведения для открытия фестиваля — им стал «Зимний путь» Франца Шуберта. Во-первых, торжественность повода плохо сочетается с трагичностью песенного цикла. И во-вторых, это кажется не самым удачным способом продемонстрировать пианистические способности Плетнева. Всё-таки на первом плане здесь — вокальная линия (для ее исполнения в Москву приехал немецкий баритон Штефан Генц).

Но Михаил Васильевич уже давно достиг такого статуса, что ему не надо никому ничего доказывать и ориентироваться на какую-либо конъюнктуру (фестивальную, коммерческую, светскую). Он заслужил право делать ровно то, что хочется. И сейчас ему захотелось сыграть фортепианную партию в «Зимнем пути». Как оказалось, нынешнее мироощущение Плетнева и даже его внешний облик идеально подходят для этого депрессивного шедевра. Ссутулившийся, весь в черном маэстро за час с небольшим как будто сам прошел зимний путь шубертовского персонажа.

24 песни на стихи Вильгельма Мюллера — квинтэссенция романтической философии. Скитания и страдания несчастного, непонятого, одинокого героя лишь изредка оттеняются светлыми грезами и воспоминаниями о безоблачном прошлом. Но этот контраст еще ярче подчеркивает беспросветность дня сегодняшнего.

Обычно цикл исполняют с надрывом, пафосом (местами вполне здесь уместным). Плетнев же и Генц выбрали сдержанную, немного отстраненную подачу. Однако если у певца это отдавало немецким педантизмом, то у пианиста за ровным, неброским звучанием проглядывала истинная трагедия — пережитая и оставившая после себя выжженную пустыню в душе (будем надеяться, что только у героя, а не у самого исполнителя). Бурным кульминациям Плетнев предпочел щемящее pianissimo, острому переживанию несчастья — принятие и смирение (впрочем, не дающее эмоционального освобождения).

Говорить о филигранной нюансировке и благородном туше излишне — подобные качества присущи любому выступлению Плетнева-пианиста. Но в случае с «Зимним путем» это казалось совсем неважным. В противовес романтикам, верившим в искупительную силу искусства, Плетнев, заручившись поддержкой Штефана Генца, внушает нам безрадостную мысль: этот мир не спасет даже чистая шубертовская красота.

— Счастье личности и художественное призвание — не одно и то же. Чем значительнее художник, тем более он ощущает свое одиночество, — сказал Плетнев в одной из бесед с «Известиями», и после «Зимнего пути» у обозревателей издания не было причин с ним не согласиться.

В день сольного концерта маэстро, не изменив черной блузе, выглядел куда большим оптимистом и кое в чем даже традиционалистом.

Привыкший вносить в привычные трактовки ошеломительные детали (играть, например, Бетховена как Шуберта), он преподнес сонаты Моцарта (KV 311, 457, 533) в лучших традициях театрального пианизма. Под пальцами артиста ожили герои лирических драм и куртуазных комедий, а сам он напоминал искусного кукловода, с непринужденным изяществом меняющего мизансцены и декорации.

С той же легкостью и изрядной долей отстраненности подал Плетнев григовский блок. Баллада в форме вариаций на норвежскую народную тему соль минор, слывущая одним из самых мрачных произведений Грига, ожидалась траурной сагой, а обернулась интереснейшим экскурсом в песенно-танцевальную культуру Норвегии. Преобразовав начальный напев в наивный пастуший наигрыш, маэстро и в дальнейшем сохранял безмятежность, остерегаясь печалей даже в погребальном шествии.

В органной прелюдии и фуге Баха ля минор (фортепианное переложение Ференца Листа) пианист акцентировал фигурационные волны и финальную токатность, поиронизировав над помпезностью жанра, ну а на бис предложил две композиции Листа, где сыграл исключительно по своим правилам: «Блуждающие огни» у него не горели, а таинственно мерцали, и патетические «Грезы любви» звучали отголоском давно минувшего чувства...

Следующее выступление Михаила Плетнева в фестивале РНО запланировано на 14 сентября в Концертном зале им. Чайковского. В программе — оратория «Сотворение мира» Йозефа Гайдна. Народный артист встанет за пульт Российского национального оркестра.

Справка «Известий»

Михаил Плетнев окончил Московскую консерваторию по специальности «Фортепиано». В 1978 году победил на VI Международном конкурсе им. П.И. Чайковского. Как пианист сотрудничал с Клаудио Аббадо, Бернардом Хайтингом и другими выдающимися дирижерами. В 1980 году дебютировал в качестве дирижера. В 1990 году основал Российский национальный оркестр и стал его художественным руководителем. Обладатель премии Grammy, четырежды лауреат Государственной премии РФ.

Комментарии
Прямой эфир