«Не думал я, что самым трудным будет преодоление жизни как таковой»
Сергей Донатович Довлатов, советский писатель, сын еврея и армянки, мастер короткой формы и жизненных наблюдений, скончался в эмиграции в Нью-Йорке в 1990 году. Сегодня ему исполнилось бы 75 лет. «Известия» предлагают вспомнить яркие факты биографии и лучшие цитаты одного из самых популярных писателей 1980-х.
Довлатов был отчислен с филологического факультета Ленинградского университета. Свою студенческую жизнь писатель описывал как «время прогулов и литературных упражнений». В университете же Довлатов встретил свою первую жену — Асю Пекуровскую. Однажды он чуть не убил Пекуровскую, выстрелив в нее из ружья, когда она заявила, что уходит к более успешному писателю Василию Аксенову. К счастью, рука писателя дрогнула, и Пекуровская не пострадала.
Довлатов три года работал в охране исправительных колоний в Республике Коми и вернулся оттуда, по словам Бродского, «как Толстой из Крыма: с кучей рассказов и ошеломленностью во взгляде». С Бродским писатель познакомился всё в том же Литинституте и в течение всей жизни поддерживал с ним дружеские отношения, высоко ценя его творчество.
Довлатов перепробовал массу профессий, в том числе работал сторожем на самоходной барже «Алтай». Однажды писатель простудился и, взяв отгул, начал самолечение водкой. Явившийся для оформления больничного, врач вместо простуженного писателя застал писателя пьяного, после чего Довлатова, конечно, уволили.
В какой-то момент советский писатель был более популярен в Америке, чем Курт Воннегут. Последний даже написал Довлатову следующее письмо по этому поводу:
«Дорогой Сергей Довлатов!
Я тоже люблю Вас, но Вы разбили мне сердце. Я родился в этой стране, бесстрашно служил ей во время войны, но так и не сумел продать ни одного рассказа в «Нью-Йоркер». А теперь приезжаете Вы, и — бах! — Ваш рассказ сразу печатают. Что-то странное творится, доложу я Вам.
Если серьезно, я поздравляю Вас с очень хорошим рассказом и поздравляю «Нью-Йоркер» с публикацией наконец-то подлинно глубокого рассказа универсальных качеств. Как Вы, конечно, уже поняли, большинство рассказов в этом журнале посвящено радостям и печалям верхушки среднего класса. До того, как Вы появились, в «Нью-Йоркере», не часто писалось о тех, кто бы не мог быть постоянным читателем «Нью-Йоркера».
Я многого жду от Вас и Вашего творчества. У Вас большой талант, и Вы отдаете его этой безумной стране. Нам повезло, что Вы здесь.
Ваш коллега — Курт Воннегут».
Близкие и знакомые Довлатова в один голос говорили о том, что писатель был потрясающим рассказчиком и вообще очень любил общаться, говорить. Вот как описывала талант и страсть Довлатова к писательству и рассказыванию историй его гражданская жена Тамара Зибунова.
— Он жил в литературе. Это была основная часть его жизни. И отношение ко мне зависело от того, какой он выбрал сегодня сюжет. У него они вечно были разные: то он бедный, несчастный, мать с отцом развелась, жили на маленькие деньги, то я была подругой декабриста. Рассказчик он был даже более яркий, чем писатель, и слушать его было во многом гораздо интересней, чем читать, — вспоминала Тамара.
Советский литературовед и критик Андрей Арьев говорил, что «единственный вид комфорта, который превозносил Довлатов, — это комфорт человеческого общения, комфорт беседы. Поэтому и себя называл неизменно не «писателем», но «рассказчиком».
10 бессмертных цитат из Довлатова
1. Нормально идти в гости, когда зовут. Ужасно идти в гости, когда не зовут. Однако самое лучшее — это когда зовут, а ты не идешь.
2. Порядочный человек — это тот, кто делает гадости без удовольствия.
3. Мы без конца ругаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И всё же я хочу спросить — кто написал четыре миллиона доносов?
4. Не надо быть как все, потому что мы и есть как все.
5. Я столько читал о вреде алкоголя! Решил навсегда бросить... читать.
6. Юмор — украшение нации... Пока мы способны шутить, мы остаемся великим народом!
7. Какое это счастье — говорить, что думаешь! Какая это мука — думать, что говоришь!
8. Все талантливые люди пишут разно, все бездарные люди пишут одинаково и даже одним почерком.
9. Я не буду менять линолеум. Я передумал, ибо мир обречен.
10. Истинное мужество состоит в том, чтобы любить жизнь, зная о ней всю правду.
Литературоведы любят говорить, что лучшую биографию Довлатова написал он сам: «Я родился в не очень-то дружной семье. Посредственно учился в школе. Был отчислен из университета. Служил три года в лагерной охране. Писал рассказы, которые не мог опубликовать. Был вынужден покинуть родину. В Америке я так и не стал богатым или преуспевающим человеком. Мои дети неохотно говорят по-русски. Я неохотно говорю по-английски. В моем родном Ленинграде построили дамбу. В моем любимом Таллине происходит непонятно что. Жизнь коротка. Человек одинок. Надеюсь, всё это достаточно грустно, чтобы я мог продолжать заниматься литературой…»
