Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Жилищные условия в Рио были как после атомной войны»

Олимпийская чемпионка по гандболу Екатерина Маренникова — о золоте Рио-де-Жанейро, праздновании победы с фехтовальщиками и поддержке паралимпийцев
0
«Жилищные условия в Рио были как после атомной войны»
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Одним из самых ярких событий на Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро стало чемпионство женской гандбольной сборной России. Золотая медалистка Рио-2016, серебряный призер Игр-2008 в Пекине Екатерина Маренникова побывала в редакции «Известий» вместе со своими подругами по команде Татьяной Ерохиной и Викторией Жилинскайте. В интервью корреспондентам Алексею Фомину и Севастиану Терлецкому она рассказала о бытовых условиях проживания в Олимпийской деревне, приметах российских гандболисток и о том, как вместе с фехтовальщиками они не давали спать кенийским бегунам, празднуя победу на Играх.

— Россия провела эмоционально тяжелый полуфинал с Норвегией, но успела восстановить силы к финалу с Францией. В 2008 году в Пекине аналогичным образом вы одержали «валидольную» победу в полуфинале с француженками, но не смогли победить норвежек в решающей игре. Каких ошибок восьмилетней давности удалось избежать в Рио?

— Думаю, в Пекине главной нашей ошибкой было то, что мы рано успокоились — после победы над Францией решили, что медаль уже в кармане, и как-то психологически оказались немного беспечны. Посчитали серебро достижением и не смогли сделать сверхусилие, чтобы достичь большего. В Рио, в эти два дня перерыва между полуфиналом и финалом, мы постарались забыть, что у нас есть серебряные медали. Пытались не думать, что это финал. В результате сумели отыграть спокойнее. Тем более мы уже играли с Францией в группе и знали их сильные и слабые стороны. Понимали, чего от них ждать. Видели, что у них слабый темп. Они играют немного медленнее, чем Норвегия. Все наши контратаки француженки старалась подавлять тем, что медленно переходили половину поля и начинали розыгрыш мяча — сбивали темп. Пару раз нас удалось притормозить, но дальше мы очухались. И финал получился спокойнее, чем матч с Норвегией. А в какой-то момент начало еще и везти, когда француженки стали попадать не в ворота, а в штанги и перекладины. Таня Ерохина «заговорила» ворота.

— У вашей команды есть приметы?

— Об одной расскажу: мы весь турнир играли в одних и тех же футболках, носках и топиках. Только не подумайте ничего страшного: между матчами мы их стирали (смеется). Правда, игры были через день, но старались успеть высушить. И играли исключительно в победной одежде.

— Вам понравилась форма сборной России на Олимпиаде? У Франции был тот же технический спонсор, но форма была совсем другая...

— У вратарей на Олимпиаде была красивая форма. А у полевых игроков одежда, если можно так выразиться, «большеватая». Особенно шорты — слишком широкие. А то, что это ретроформат… Сейчас ведь и Bosco для наших олимпийцев выпускает ретро. Кроме того, на Олимпиадах четко регламентировано, чтобы не было больших номеров на футболках и эмблем. Например, на носках название бренда должно было быть написано с обеих сторон — на эмблему своей страны и национальной федерации всем командам выделялись считаные сантиметры на одежде. А размерная сетка формы была немного не под нас. Но перешить уже не успевали — форма была выдана нам за сутки до вылета в Рио.

— Как прошел период адаптации, и как вам жилось в Рио?

— Страшно было жить в Бразилии (смеется). А если серьезно, то перед вылетом нас много раз предупреждали о воровстве на улицах Рио-де-Жанейро, о плохом отношении к русским. Мы ничего такого не заметили. По крайней мере нас никто не обворовал. Правда, мы за время Олимпиады особо и не выходили за пределы Олимпийской деревни. Приехали за неделю до открытия Игр, прошли акклиматизацию, после чего выезжали всего два раза всей командой. Не было такого, чтобы кто-то выходил погулять. При этом нас заранее предупредили, что если куда-то пойдем, не надевать цепочки, сережки, не брать с собой рюкзаки. Но в итоге наш выезд за пределы деревни был цивилизованным: всю команду погрузили в автобус и под плотным присмотром мы ездили на экскурсию по Рио, побывали у статуи Иисуса. Страшновато было, только когда проезжали трущобы.

— Многих российских спортсменов освистывали трибуны. Гандболистки тоже через это прошли?

— Мы слышали, что Юлю Ефимову очень некрасиво освистали. Но на себе мы что-то подобное ощутили лишь в начале соревнований. В первых матчах группового турнира многие зрители скандировали лозунги против России. В последних играх группового этапа зал успокоился и в матче с Аргентиной уже больше поддерживал нас. По крайней мере не было отвратительных историй, что случилась, например, с нашими паралимпийцами. С ними поступили несправедливо и подло. Мы ведь узнали об этом, когда летели из Рио в Москву. Во время пересадки в Мадриде к нам подошла Елена Исинбаева и сообщила эту новость. Потом всю оставшуюся дорогу было плохое настроение, но постарались поддержать ребят хотя бы снятым видеообращением.

— Как вам условия в Олимпийской деревне?

— Когда мы приехали, было ощущение, что здесь была атомная война. Везде мусор, разруха... И никто из организаторов так и не вмешался в ситуацию. Один день был, когда обслуживающий персонал пришел, и нам помыли балконы. В остальном жили в спартанских условиях. Хотя, мне кажется, там и чинить что-то было бы бесполезно — только стало бы шумно и мы не смогли бы выспаться.

— А в каком состоянии были спортивные объекты?

— Были проблемы только с полом в гандбольном зале — его как-то неудачно постелили. Мы отыграли первую игру в первый день гандбольного турнира. На следующие сутки были матчи у мужчин, и в некоторых местах паркет стал проваливаться, начали появляться дыры. В результате в начале турнира ни у нас, ни у других команд не было возможности тренироваться в игровом зале, поскольку организаторам пришлось заново перестилать покрытие. И зал у нас был надутый, как шатер. Просто палатка. Когда были ветра, становилось страшно — думали, снесет ветром. Ну и еще сначала там неудачно поставили кондиционеры. Было очень холодно, постоянно дуло в спину. Потом отрегулировали температуру, и всё стало нормально.

— С остальными российскими олимпийцами отмечали их успехи?

— Нам было тяжело это делать, поскольку соревновательный период длился от первых до последних дней Олимпиады. Но с фехтовальщиками в конце первой недели мы всё же «зажгли». Ходили по Олимпийской деревне, радовались, громко пели песни. Как оказалось, не давали спать кенийским бегунам, у которых на следующий день был забег. В итоге победил спортсмен, у которого балкон был с другой стороны, — наверное, ему удалось чуть-чуть поспать (смеется).

— Звездные олимпийцы не жаловались на вас?

— В тот день нет. Они вообще вели себя скромно. За время Олимпиады мы несколько раз видели, как выходил на балкон Усейн Болт. Но на улицу он не спускался, поэтому сфотографироваться с ним не удалось. Зато сделали фото с Майклом Фелпсом. Баскетболист Пол Газоль тоже не сопротивлялся. В столовой однажды увидели Новака Джоковича. Видели, какая очередь собралась к Неймару, когда бразильские футболисты только заехали в деревню, — мы наблюдали целую толпу, которая побежала в его сторону. Более устрашающее зрелище я видела только в Пекине, когда там встречали американских баскетболистов во главе с Леброном Джеймсом.

Подписывайтесь на наш канал «Известия СПОРТ» в Twitter и Instagram

Комментарии
Прямой эфир