Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

На моей памяти мало кто в политическом поле отвечал за свои слова, сказанные обдуманно или сгоряча, а в отставку по этому поводу уж точно не уходил. «Конфликт интересов», финансовые обстоятельства для чиновников — это другое дело, здесь по нынешним антиофшорным и антикоррупционным временам всё серьезно...

И все же в случае с Павлом Астаховым неспешность со стороны президента была налицо, как и в резонансном случае с Никитой Белых. Впрочем, это — фирменный стиль: дать ситуации «вызреть так, чтобы плод сам упал в руки».

Параллельно с развитием событий складывалось впечатление, что кто-то, зная об этой особенности российской кадровой политики на федеральном уровне, вдоволь поиграл с общественным мнением.

Напомню, что этот пир информационного духа шел на фоне тактической спецоперации российского руководства с Реджепом Эрдоганом: дружить, как прежде, нельзя, но и отказываться от предложения о перемирии тоже не стоит, а длящиеся, кажется, вечность переговоры и недосказанности выгодно использовать для защиты своих интересов.

И многие, не понимая сути происходящего, заодно пытались «оттоптаться» на теме внезапно улучшившихся отношений России и Турции. Некоторым критикам даже показалось, что власть в стране вот-вот «свалится к ним прямо в руки».

Или взять того же Дэвида Кэмерона — активного британского премьера, опиравшегося на общественное мнение, искавшего выгод, инициировавшего Brexit и поплатившегося за свою собственную инициативу должностью именно под гнетом того самого мнения.

Именно с общественным мнением, на мой взгляд, в последние годы так неумело пытаются играть политики. Это мнение, которое так и хочется назвать «так называемым», ныне весьма ловко, как по накатанной, создается в том числе через СМИ и интернет-сообщество. Оно изменчиво и не всегда, как показывает практика, управляемо, во всяком случае, теми, кто на это очень рассчитывает. Такие политики похожи на Икара, решившего управиться с небесной колесницей.

Впрочем, создавать иллюзию собственной значимости у интернет-пользователей оказалось не просто легко, а очень легко. Но в конце получается, что «вершители судеб» и «моральные авторитеты» на самом деле и чаще всего сами оказываются заложниками собственной псевдопопулярности, в том числе и с ярко выраженным информационным «стокгольмским синдромом».

В этой связи страсти по отставке Павла Астахова до боли напомнили то, что происходит вокруг многих медийных персон в последнее время: общественность легко возбуждается от неловких слов, от неуклюжих политических телодвижений, громко требует, ненавидит, возмущается и так же легко забывает о своей ненависти на следующий же день. Происходит своеобразное замещение одной информации другой, люди даже не помнят, что кого-то оскорбили или унизили. «Оперативная» память не хранит такие сведения, они неудобны для своих носителей, поэтому и избавление от них становится привычным делом — как зубы почистить.

Такое особенное состояние «со смещенным центром информационной тяжести» у пользователей СМИ и интернета возникает и культивируется по нескольким причинам. Одна из них — формирование идеального потребителя, который чутко реагирует на маркетинговые усилия и подчиняется правилам, по которым легко опустошать его кошелек или в нужный момент направлять его гражданское сознание в узкий коридор.

Видимо, поэтому практически все инциденты по травле должностных лиц и общественно значимых персон разворачиваются по одному сценарию, только короче или длиннее — зависит от обстоятельств. И всё это похоже на какое-то кормление с рук оголодавших животных. «Информационные кости» кидаются совсем не напрасно, а с социологической и экспериментальной целью для изучения поведения и закономерностей медийной подвижности масс, потребляющих контент.

Замечено, что изменение статуса иногда предчувствуется его носителем и он, возможно, даже незаметно для самого себя как будто подталкивает развитие событий в нужном направлении: неловкими фразами, необъяснимыми поступками, несвойственными ему в обычном состоянии. Вызывает, так сказать, огонь на себя.

Впрочем, отставка Астахова должна в очередной раз показать, что, несмотря на былые заслуги, в деле борьбы со злоупотреблениями со стороны чиновников неприкасаемых теперь нет.

Принципиальное решение об отставке детского омбудсмена уже принято, однако кто его заменит, пока неясно: идет поиск кандидатуры или кандидатур. Скорее всего президент не собирается торопиться с выбором и предложит общественности поучаствовать в формировании списка кандидатов, так сказать, заочно, предлагая разные варианты. Первые имена уже звучат и вызывают неоднозначные эмоции. Именно поэтому Астахов не спеша убыл в отпуск, из которого уже выйдет свободным от государственной службы человеком. Вот тут-то мы и узнаем, как на самом деле к нему относились коллеги и все, так сказать, сопричастные.

Автор — генеральный директор Центра политической информации

Все мнения >>

Комментарии
Прямой эфир