Аморальность сторонников Савченко проявляется даже в деталях

Суд над Надеждой Савченко создает прецедент. Этим объясняется огромный политический резонанс, вызванный процессом.

Россия судит военнослужащего Украины за убийства российских журналистов. Это первый суд над украинским гражданином за военные преступления. Тем самым Россия показывает мировому общественному мнению, что все, кто участвовал в убийствах российских граждан, неизбежно понесут неотвратимое наказание. Сторонники Савченко, в свою очередь, хотят добиться, чтобы преступления против российских граждан оставались безнаказанными. В этом и состоит суть конфликта.

Надежда Савченко была в отпуске, когда поехала в Донбасс бороться с «сепаратистами». Она пошла воевать в батальон «Айдар», который считается неонацистским и отличается особыми зверствами в отношении антифашистских ополченцев и мирных жителей Донбасса. Даже Amnesty International, которая закрывает глаза на многочисленные военные преступления на Украине, совершенные против противников киевского режима, обвинила «Айдар» в пытках и расправах над мирными жителями. По многочисленным свидетельствам, Савченко лично участвовала в пытках ополченцев-антифашистов.

При этом судят Савченко не за издевательства над ополченцами, а за участие в качестве корректировщика огня в убийстве российских журналистов. Захваты и убийства журналистов из России в начале лета 2014 года были явлением распространенным. Это была целенаправленная политика киевского режима. Дело в том, что официальный Киев в течение апреля–мая–июня 2014 года пытался с помощью демонстративного насилия и жестокостей подавить восстание русского населения Новороссии против репрессивной, откровенно русофобской новой власти. Силой удалось подавить протестные выступления в Харькове, Одессе, Днепропетровске, Запорожье и Николаеве. В Донбассе легкой прогулки не получилось.

Киевские правители полагали, что восстание обязательно нужно подавить силой, чтобы запугать всех потенциальных противников. В силу этого военные преступления против ополченцев-антифашистов и мирного населения не пресекались Киевом, а наоборот, поощрялись. Российские журналисты представляли угрозу подобному политическому курсу. Западные СМИ по приказу своих хозяев очень быстро убрались из региона, где массово совершались военные преступления, и только российские журналисты показывали и российскому, и украинскому, и всему мировому сообществу правду о военных преступлениях Киева в Донбассе, тем самым мешая ему утвердить свою власть в регионе «железом и кровью». Именно поэтому была поставлена четкая и ясная задача запугать российских журналистов путем убийств, захватов и пыток. В выполнении этой задачи и принимала участие Савченко. Российские журналисты не случайно попали под обстрел. Наоборот, обстрелы были специально направлены против прессы.

Киев мог быть уверен в том, что, убивая людей с надписью «пресса» на каске, они убивают именно российских журналистов, поскольку все западные СМИ были вынуждены покинуть район боевых действий под давлением правительств своих стран.

Савченко арестована на территории России. Почему? Под ударами антифашистского ополчения Донбасса многие сотни украинских военных были вынуждены бежать на территорию России. Для них даже организовали отдельный временный лагерь.

Все они спокойно были возвращены на Украину, но Надежду Савченко опознали как наводчицу, которая помогала организовывать обстрелы мирных жителей. Выяснилось также, что она участвовала в атаках на российских журналистов с целью их убийства.

Поэтому те, кто призывает к освобождению Надежды Савченко, призывают к свободе массового террора против мирных жителей, призывают к тому, чтобы неонацисты имели право убивать русских. Вот за это и идет борьба.

Те, кто призывает к гуманности по отношению к Надежде Савченко, два года назад не призывали к милосердию в отношении жертв бойни в Одессе 2 мая, когда неонацистам удалось сломить сопротивление, не допустить антифашистское восстание. Они не призывали к гуманности в отношении миллионов жителей Донбасса, прячущихся по подвалам от чудовищных массовых обстрелов со стороны украинских войск. Эти люди не призывают к милосердию в отношении тех сотен политзаключенных, которые сидят в тюрьмах СБУ и МВД, подвергаясь систематическим издевательствам. Достаточно посмотреть, на пленных ополченцев, которых украинские военные привозят для обмена. Пленные еле выползают из автобуса после многочисленных пыток и издевательств.

Поэтому призывы к освобождению Надежды Савченко являются морально недопустимыми и политически означают оправдание массовых репрессий против журналистов, мирных жителей и политических оппонентов. Российское общество консолидировано, в нем нет раскола по вопросу о необходимости суда над Надеждой Савченко. Дело Савченко показало, кто стал пятой колонной в России. Пятой колонной являются те, кто поддерживает право неонацистов убивать журналистов и мирных жителей только потому, что журналисты — российские, а мирные жители — русские. Представители пятой колонны морально изолированы, хотя и продолжают пользоваться всеми благами политических свобод, гарантированных Конституцией России.

Очевидно, что рациональных аргументов у сторонников Савченко мало, и поэтому они готовы использовать первые попавшиеся под руку. В частности, они апеллируют к дипломатической неприкосновенности: дескать, Савченко депутат украинского парламента и член ПАСЕ. Но получила она эти должности уже после того, как совершила свои преступления и была арестована. Как известно, закон обратной силы не имеет.

Аморальность сторонников Савченко проявляется даже в деталях. У меня была возможность увидеть это самому. В клубе молодых юристов я проводил дебаты с главным и самым ярким адвокатом Надежды Савченко — Ильей Новиковым. Во время дискуссии в качестве своеобразного «аргумента» адвокат Савченко достал лазерную указку и исподтишка пытался светить мне в глаза во время моего выступления.

Эту наглость и уверенность, что сойдут с рук любые подлости и преступления, и ломает Россия, предавая суду офицера ВСУ Надежду Савченко. Таких судов может быть еще много. Мы надеемся, что за военные преступления против мирных жителей Донбасса начнут судить и украинские суды. Но это произойдет только после того, как в Киеве сменится власть.