Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В тот день, когда премьер-министр РФ Дмитрий Медведев давал интервью российским телеканалам, его однопартийцы из Либерально-консервативного клуба «Единой России» собирались в «Президент-отеле» для обсуждения возможной экономической программы этой политической силы.

Мероприятие получилось довольно представительным и весьма интересным.

Экономическую часть программы представлял лидер «Деловой России», председатель Столыпинского клуба и уполномоченный по правам предпринимателей РФ Борис Титов. Самое интригующее в этой программе было то, что она, очевидным образом, расходилась с той экономической доктриной, которой руководствуется сегодня экономический блок правительства.

Согласно Титову, либерально-монетарная доктрина себя на сегодняшний момент исчерпала. Экономика страдает от недофинансирования и отсутствия целевого кредита.

Столыпинский клуб разработал альтернативную, умеренно-кейнсианскую стратегию, под которой подписался и неожиданно присоединившийся к клубу главный «дирижист» в семье российских экономистов, советник президента РФ Сергей Глазьев. Неожиданно — потому что Титов и его единомышленники — отнюдь не сторонники внешнеполитических, антизападных взглядов Глазьева. Они сходятся с ним только по одному, но критически важному пункту — в том, что дальнейшее сжатие денежной массы тормозит экономический рост. Все остальные идеологические разногласия временно вынесены за скобки.

Политическую часть программы представлял Виталий Третьяков — он не стал останавливаться на вопросах подъема народного хозяйства и высказался более чем прямо на главные вопросы дня. Не претендуя на прямое цитирование, обозначу, что пафос его выступления сводился к необходимости отмести все призрачные разделения и определиться по коренному вопросу «Крым или Хамон?».

Несколько лет тому назад мы с рядом коллег призывали «Единую Россию» к аналогичному идеологическому самоопределению. Правящей партии мы предложили несколько отмежеваться от правительственных либералов и разработать свою собственную  умеренно-кейнсианскую, умеренно-либеральную идеологию и даже создать теневой кабинет в противовес действующему. Понятно, что идти на выбор с программой «России надлежит всю оставшуюся жизнь подтягивать пояса» невозможно, избиратель ждет иного, голосует за какой-то социальный позитив, но совсем противно проталкивать всеми силами монетаристский курс после того, как на выборах поддержку избирателей получит альтернативная программа.

В итоге, однако, на прошлых выборах победило ни то ни се — «Единая Россия» пошла в думскую гонку вообще без всякой доктрины, и ее сравнительный неуспех в декабре 2011 года стал спусковым крючком для массового протеста в столице, у которого были, конечно, совсем иные предпосылки.

И вот, кажется, долгожданный бунт партии состоялся. Причем отрадным явлением можно считать, что центристы из «Единой России» потянулись за поддержкой к Глазьеву, а он — к ним. Возник своего рода негативный консенсус. Я до этого момента уж, грешным делом, стал думать, что Глазьев так и не вырвется из круга маргинальных сталинистов, которые будут продолжать плодить тексты о том, как Верховный главнокомандующий кует меч нашей вечной победы. Но все-таки что-то сдвинулось с мертвой точки — силы с разным взглядом на историю и задачи внешней политики потянулись наконец друг к другу. Это, безусловно, очень хорошо.

Однако есть и проблемный момент в этом восстании единороссов против собственного правительства. Понятно, что «Единая Россия», грубо говоря, не хочет быть партией правительства, а хочет быть партией Путина. Отсюда и предложение — свести весь политический процесс к выбору между антипутинским «Хамоном», который мы потеряли, и пропутинским «Крымом», который мы приобрели.

Представим, что членам Либерально-консервативного клуба это удастся и в сентябре 2016 года мы пойдем на выборы, чтобы поддержать или не поддержать партию Путина, которая якобы одна стопроцентно олицетворяет наш «крымский» выбор.

Конечно, в этом случае «Единая Россия» наберет не 46 c лишним процентов, как в 2011-м, а все 80, а то и выше. Как и в прошлой системе внутреннего управления, связанной с прежней администрацией, мы получим снова «всеохватную партию», выражающую интересы всего российского народа. Системная оппозиция будет снова вытолкнута на обочину политической жизни, ее лидеров снова будут подозревать в нелояльности.

Но самое главное — даже в другом.

Если ЕР повернется против правительства, это парадоксальным образом сыграет только в пользу правительства. Российский избиратель снова окажется лишен возможности каким-то образом оценить его работу. Он будет голосовать на выборах 2016 года за Путина, за Крым, против внешних супостатов, за суверенитет страны, за семейные ценности против богемного промискуитета, за всё хорошее против всего плохого — но когда он это сделает, правительственные либералы немедленно припишут себе народную поддержку.

Системная либерализация 2012–2013 годов предоставила хоть какой-то гипотетический шанс избежать очередного повторения этой очень типической для постсоветской России ситуации. Казалось, в ситуации «посткрымского консенсуса» нам уже не требуется каждые думские выборы превращать в голосование по поводу поддержки Путина, и мы можем наконец сказать, что хотим сказать, относительно экономической политики действующего правительства и особенно его финансового блока.

Удивительным образом, этому мешают сейчас именно те политики и эксперты, кто сегодня хочет увести партию от Медведева.

Гражданам России надо дать наконец сказать свое слово по поводу той экономической идеологии, что управляет нашей страной — с небольшим перерывом — с ноября 1991 года. Я не хочу сказать, что эта идеология стопроцентно ошибочна, но я точно уверен, что она не однозначно пригодна на все времена. Я готов подписаться подо всем, что говорит по этому поводу Глазьев и к чему сегодня пришли члены различных престижных экспертных и бизнес-клубов. Но, к сожалению, именно для того, чтобы реализовать эти прекрасные идеи, ЕР от них политически нужно отказаться.

Пусть «Единая Россия» станет полноценной либеральной партией, пусть министры типа Дворковича и Шувалова возьмут в свои руки всё управление этой силой, пусть в списках кандидатов в депутаты будут только проверенные бойцы монетаризма и ни одного центриста, тем паче глазьевца. Пусть наконец правительство сольется в одно целое со своей партией. В этом случае мы с честной совестью отдадим свой голос за кого угодно еще, хотя бы за «Справедливую Россию», и вообще превратим выборы в референдум по поводу необходимости смены экономического курса.

И ведь в таком случае не понадобится ни менять Конституцию, ни вводить какие-то драконовские законы против социальных волнений, а их, с большой вероятностью, в не самом тучном 2016 году избежать не удастся. Люди обязательно будут протестовать против дополнительных налогов, растущих цен и падающих зарплат — и их законным чувствам горечи, злобы и разочарования нужно дать легальный выход.

И думские выборы, собственно, именно для этого и предназначены. А по поводу Крыма мы можем высказаться в 2018-м.

Комментарии
Прямой эфир