Фильм с эффектом парада Победы

Фильм «Крым. Путь на Родину» я смотрел все два с лишним часа на одном дыхании. Впечатления от фильма очень похожи на чувства, которые я испытал в прошлом году 9 мая, когда уже ночью несколько часов смотрел по телевидению полную запись парада Победы в Москве на Красной площади, вслед за которой пустили запись с парада Победы в Севастополе и митингов в Крыму.

Несмотря на мою «воинственную» фамилию, я никогда не отличался особенно сильным милитаризмом. Еще года два назад бы я и подумать не мог, что буду с явственным душевным волнением смотреть на прохождение российской военной техники по Красной площади или, затаив дыхание, наблюдать за тем, как по Красной площади марширует сводная колонна российского спецназа. Наверное, это и есть реальное патриотическое чувство.

С таким же ровно чувством я смотрел фильм об истории воссоединения Крыма с Россией. Последовавшая на следующий день истерика «либеральной общественности» меня совершенно не удивила. Удивило меня то, что не всем моим друзьям и единомышленникам фильм понравился так, как мне. Кое-кому из них фильм показался излишне брутально-оптимистическим. Другим — «слишком пропагандистским». Честно говоря, не могу согласиться ни с тем, ни с другим.

В свое время я тоже не очень любил советскую пропаганду. Из-за избытка этой пропаганды мне, например, не очень нравились некоторые фильмы о Великой Отечественной войне. Но ничего подобного в обсуждаемом фильме нет. Советская пропаганда раздражала меня крикливыми «духоподъемными» торжественными интонациями. Этаким «голосом Левитана» к месту и не к месту.

Но фильм «Крым. Путь на Родину» совершенно не криклив. У этого фильма интонация не крикливого призыва, а рациональной и аргументированной прозы.

Именно эта интонация и привлекла меня в фильме в первую очередь. Практически весь фильм мною воспринимается как один развернутый аргумент, доказывающий правоту нашей позиции «по Крыму». Так что если это и пропаганда, то вовсе не «слишком пропаганда». В фильме не очень много суггестии, и, наоборот, очень много аргументации. Причем, аргументации бронебойной.

В фильме самым подробным образом разобраны, я бы даже сказал, проанализированы, все узловые моменты «крымской эпопеи». Причем событие анализируется с самого начала. С киевского евромайдана. Подробно описаны ситуации с антимайданом, с Корсунским побоищем, с «Беркутом». Это очень важно. Именно эти события обусловили резко антимайданные настроения в Крыму.

Также подробно разобраны эпизоды с попытками новых киевских властей натравить активистов Меджлиса крымско-татарского народа на пророссийских активистов, попытки киевских властей захватить резиденции силовых структур в Симферополе и переподчинить себе эти структуры. Разобрана и знаменитая история с «поездом дружбы». Именно эти ситуации сделали российское вмешательство в судьбы Крыма неизбежным.

Но не буду пересказывать весь фильм, тем более что читатели его наверняка видели. Сделаю лишь еще два замечания. Мне кажется очень удачным, что среди участников крымской самообороны были подробно показаны два этнически нерусских активиста — крымский татарин и крымский армянин.

Также меня сильно увлек саспенс ключевого эпизода фильма — борьбы отряда крымской самообороны с эсбэушниками за аэропорт. Когда грузовики с российским спецназом въехали на взлетную полосу ровно в тот момент, когда эсбэушники с автоматами уже готовы были открыть огонь по пророссийским активистам. Это было первое публичное появление легендарных «вежливых людей». Как недавно сказал в своем интервью тогдашний вице-премьер Крыма Рустам Темиргалиев, «если это имело определенную режиссуру, режиссеру нужно поставить пять с плюсом».

Мне совершенно не мешает активное использование авторами фильма экранизированных исторических реконструкций. Реконструкция — это очень мощный прием, регулярно используемый в западных визуальных СМИ. В нашем случае, полагаю, реконструкции так активно использовались авторами фильма для того, чтобы подчеркнуть значение закадрового текста. Поскольку в данном фильме приоритетную роль играет именно словесная аргументация, а не видеоряд.

Собственно, это можно понять из того, что весь фильм является контрапунктом двух основных сюжетных линий — интервью Владимира Путина и серии бесед со значимыми деятелями «крымской весны». Причем и наш президент, и рядовые участники событий делают в фильме одну и ту же важнейшую работу — доказывают то, что наше дело правое. И, как я уже не раз говорил, доказывают чрезвычайно аргументированно.

Мне не кажется, что тот факт, что Владимир Путин, по его словам, самым внимательным образом наблюдал за ситуацией в Крыму с самого начала и был готов в нужный момент принять решение, хоть как-то умаляет героическую активность крымского ополчения, участников антимайданных и пророссийских митингов и крымского народа в целом.

Честное слово, я совсем не наивный зритель. Отнюдь не в первый раз в жизни имею дело с продукцией как визуального, так и политического жанров. Мне в свое время приходилось профессионально заниматься механизмами воздействия художественного произведения на его зрителей или читателей. Я писал рецензии на самые разные фильмы — от «Покаяния» до «Обитаемого острова». Я участвовал во множестве избирательных кампаний. В частности, весной 1993 года я подготовил к референдуму серию плакатов, агитирующих за Верховный Совет. В 1996 году я подготовил плакаты для одного из кандидатов на должность губернатора Краснодарского края.

В первом случае мои плакаты вызвали истерику у Егора Тимуровича Гайдара, который потребовал уничтожить весь тираж, а во втором случае после размещения плакатов узнаваемость нашего кандидата возросла с 5 до 40%.

Если уж такого стреляного воробья, как я, фильм «Крым. Путь на Родину» прошибает до глубины души, то это может означать только одно — работа авторов фильма выполнена на самом высоком уровне.