Завершающаяся первая декада января (она же — новогодне-рождественские каникулы, она же — священный месяц драбадан) интересна наряду с прочим и важным обогащением теории и практики российской печати. Оно заключалось в эксперименте по снижению мощностей СМИ как минимум вдвое, а может быть, и даже более сильном. Большинство газет не выходит, ТВ и радио как-то обеспечивают минимальный набор новостей, заполняя прочий эфир повторами, и, в общем-то, ни у кого исчезновение четвертой власти не вызывает особенных эмоций. Исчезла и исчезла, на мак девять лет неурожай, а голода нет.
Сами работники СМИ испытывают противоречивые чувства: одним чертовски хочется поработать, другим этого чертовски не хочется, платили бы деньги, так отчего бы и дальше не предаваться dolce far niente, но даже если в массе своей работники пера подобны жеребцам стоялым, рвущимся к своим ротационным машинам, вопрос не столько в них, сколько в потребителях их продукции.
В массах, которым предлагают информацию. Они же, эти массы, совершенно спокойно переносят строгий информационный пост, и особого стремления разговеться за ними не замечается.
Механизм новогоднего падения продукции СМИ довольно прозрачен. С точки зрения экономической новогоднее падение деловой активности влечет за собой соответственное сокращение рекламы.
А массово информировать забесплатно не всякий хочет и не всякий может. С точки же зрения содержательной резко падает поступление первичного сырья для СМИ. Как ни крути, СМИ — это прежде всего машина для переработки текущих новостей. Их структурированию, комментированию, раздуванию etc. Для чего новости должны поступать в редакции бесперебойно и в достаточном количестве. Продукция же новостных агентств, то есть количество новостных статей падает в эти дни более чем вдвое.
Представим себе металлургический комбинат, получающий руды в количестве менее 50% от потребного. Ровное, денное и нощное гудение мартеновских печей будет весьма нарушено. Тем более что типовое современное СМИ — это такой комбинат, который работает в основном на привозном новостном сырье. Собственное производство новостей — «Трое суток шагать, трое суток не спать ради нескольких строчек в газете» — крайне незначительно.
Можно, конечно, затыкать новостные дыры, не смущаясь отсутствием актуальных событийных поводов, помещая рассказы о нравственности, разного рода нетленку, очерки о героях социалистического труда etc., но опыт показывает, что в качестве универсальной меры такие эрзац-новости не годятся. Как приправа — туда-сюда, как главное блюдо — нет.
При этом интересно, как агентства урезают поставки новостного сырья, ибо это урезание неравномерно по жанрам. Официоз, новости из-за рубежа, спортивные новости и хроника происшествий либо даются в том же объеме (в особенности официоз), что и в трудовое время календаря, либо сокращаются незначительно.
Зато практически полностью исчезают высказывания ньюсмейкеров (если они не в звании президента). Депутаты, судейские и прокурорские, правительственные чиновники, оппозиционеры из новостного круга исчезают. Возможно, потому что они на отдыхе («Если у тебя есть фонтан, заткни его, дай отдохнуть и фонтану»), возможно, потому что новостники работают по облегченному графику и тоже хотят отдохнуть.
В любом случае новостная картина, в конечном счете определяющая облик СМИ, в первые дни января сильно сближается с теорией и практикой советской печати: официоз, зарубежье, спорт, происшествия — последние, конечно, с той поправкой, что катастроф, как и секса, в СССР не было. Не было также религии, которая сейчас есть и весьма — но в смысле светских новостей картина в высшей степени схожая. Если Новый год — сказочное время, то советская информационная сказка на каникулах реализуется довольно точно.
Самое интересное, что все воспринимают этот возврат в СССР как нечто в порядке вещей. Бурных протестов против урезания свободы прессы не слышно — тем более что она сама себя урезает. Не только слуги режима, но и знатные борцы с ним, а также акулы пера — все любят отдыхать.
Граждане СССР имеют право на отдых, дело хорошее, проблема только в том, что если блаженное советское состояние СМИ продлится и после окончания каникул, мало кто это заметит. Есть четвертая власть, а равно цепной пес — хорошо, нет — тоже не беда, плакать не будем.
