Японцы очаровали вещами
В эрмитажной части Главного штаба открылась выставка современного японского искусства «Моно-но аварэ. Очарование вещей» — продолжение проекта «Эрмитаж 20/21», стартовавшего в 2007 году и знакомящего публику с новейшим искусством разных стран.
Древнее понятие «моно-но аварэ», давшее название выставке, можно перевести как «очарование вещи» или «восторг от вещи». Внимание художников направлено на предметы — вернее, на сокрытую в них красоту. На первый взгляд, человек из этого художественного мира исчезает, растворяется. А можно сказать наоборот: это искусство обращено к человеку и помогает ему, отрешившись от всего лишнего, найти себя.
Расположение работ в пространстве — когда на огромной пустой стене висит лишь одна картина — соответствует буддийскому менталитету и помогает настроиться на созерцание. Но простые материалы, из которых сделаны инсталляции, — полиэтилен, цветной пластик, пластмасса — неизбежно напоминают о масскультуре. А некоторые образы, например, электронные часы, сложенные из канцелярских предметов, доносят ритмы мегаполиса.
На взаимоотражении старого и нового, традиции и новаторства выставка и построена. По словам одного из кураторов, Дмитрия Озеркова, «лозунгом художников 1970-х было: «Начни с отказа от всего, что кажется проверенным».
Рета Кувакубо воздвиг в отдельной зале инсталляцию «Десятое чувство» — игрушечную железную дорогу. В абсолютной темноте среди самых обыденных предметов проходит крошечный поезд с прикрепленными светодиодами. Бельевые прищепки на веревке становятся грандиозным мостом, кухонные воронки — башнями заводов: огромные силуэты, отбрасываемые на стены и непрерывно движущиеся, — настоящий театр теней. А тень — «материал» исконно восточный.
Инсталляция Ясуаки Ониси — огромная гора, парящая в воздухе. Парадокс в том, что величественный образ — ничтожно легок и бесплотен. Это воздушная полиэтиленовая материя, прикрепленная к потолку множеством тончайших черных нитей засохшего клея.
Парадоксальность, заложенная в представленных работах, во многом недоступна прагматичному западному сознанию. Здесь ничтожный предмет оказывается значительным — и наоборот. Огромные силы и мастерство могут быть применены так, что никто их и не заметит. В самом деле, можно и не увидеть листочки, пробивающиеся сквозь бетонный пол. А оказывается, что это — тончайшие растения, вырезанные из дерева художником Есихиро Суда.
Огромный, сложный и никак не закрепленный рисунок из соли — вариация «сухого сада» (карэсансуй) авторства Мотои Ямамото. Японцы делают подобные композиции также из песка, и по окончании работы они могут быть разрушены одним движением руки. Важнее здесь сам процесс рисования и вложенная в него энергия. А возможность легко распроститься с результатом кропотливого труда напоминает о бренности всего земного.
Интерес русских к Стране восходящего солнца огромен, и доказательствам несть числа: от уже традиционных японских «осеней» и «весен» в Москве и Петербурге — до суши-баров на каждом углу. Ценность эрмитажной выставки в том, что ее авторы, избежав клише, показали японцев неоднозначно — с противоречиями. Как нацию, открытую веяниям разных времен и народов и при этом сохраняющую свою суть.
