Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«У режиссеров комедий пользуется спросом инфантильный герой»

Режиссер Эдгар Райт — о фильме «Армагеддец» и о том, чем плоха ностальгия по молодости
0
«У режиссеров комедий пользуется спросом инфантильный герой»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Гордость современной британской комедии Эдгар Райт фильмом «Армагеддец» завершает «Трилогия трех вкусов «Корнетто», начатую девять лет назад картиной «Зомби по имени Шон» и продолженную «Типа крутыми легавыми» в 2007 году. Саймон Пегг и Ник Фрост снова играют лучших друзей и борются с неприятелями. Корреспондент «Известий» Заира Озова встретилась с Эдгаром Райтом в Лондоне накануне российского проката его нового фильма. 

— Зачем вам понадобилось делать трилогию из совершенно разных на первый взгляд картин? 

— Нельзя сказать, что мы прямо-таки пытались сделать трилогию — это получилось как-то непроизвольно, когда один из журналистов заметил, что и в «Зомби по имени Шон», и в «Типа крутых легавых» герои едят мороженое «Корнетто». Также из самых очевидных параллелей — прыжки через заборы. В «Армагеддеце» тоже в какой-то мере есть и мороженое, и заборы, но самое главное — темы, затрагиваемые в предыдущих картинах: взросление в уже зрелом возрасте, обретение ответственности или избавление от нее, борьба героя-одиночки или группы энтузиастов с системой. Тема настоящей мужской дружбы, в конце концов. При этом ни один из этих фильмов необязательно смотреть в связке с другими — это вполне самостоятельные, сюжетно независимые друг от друга произведения. 

— Несмотря на то что «Армагеддец» очень смешной, он еще получился и самым грустным из всех ваших фильмов. 

— А это потому, что он честный. Мы старались нигде не фальшивить. Смысл был в том, чтобы поместить в центр сюжета этого героя, Гэри Кинга, страдающего всепоглощающим чувством ностальгии по утраченной молодости. А затем на его примере показать, что возвращаться в прошлое — очень плохая идея. Вообще, герой этого типа — инфантильный взрослый мужчина, морально незрелый и оттого несчастный — пользуется большим спросом среди людей, снимающих комедии. Но редко, когда эти фильмы получаются такими некомфортно искренними, как «Армагеддец».

— Значит ли это, что Гэри Кинг — автобиографический персонаж?

— Абсолютно. Мы с Саймоном вместе писали сценарий, поэтому Гэри похож и на него, и на меня. Но, с другой стороны, это еще и собирательный образ. Можно считать, что персонаж удался, если ты обосновал его собственным опытом, но при этом каждый видит в нем либо себя, либо своих друзей и близких. Фразы зрителей вроде «Я знаю одного чувака, который очень похож на Гэри» или «Гэри — это я!» бесценны. Ради этого всё и стоило затевать. 

— А откуда взялся этот внезапный научно-фантастический элемент? В фильме о «вечной молодости» обычно меньше всего ожидаешь увидеть инопланетное вторжение.

— Как обычно, из детства. Мы росли на британской научной фантастике, на романах Джона Уиндема и Найджела Нила, а также на их экранизациях в кино и на ТВ. «Деревню проклятых», «День триффидов» и «Куотермасса» мы затирали до дыр. Также не стоит забывать про американскую фантастику, про «Вторжение похитителей тел» и «Степфордских жен». Мое детство прошло в маленьком городке, поэтому страшные истории о жителях таких же маленьких городков всегда сеяли во мне паранойю. Например, камерные «Степфордские жены» меня пугали больше, чем Годзилла, разрушающий мегаполис. 

— Не могу не спросить, почему у ваших инопланетян была синяя кровь?

— Эта идея тоже пришла из детства. В школе я частенько пачкал себя чернилами и ходил с синими руками. А так как фильм у нас во многом посвящен ностальгии по детству, то мне показалось, что в сцене драки будет очень кстати прибегнуть к этому образу: человек, измазанный синим, предстает большим ребенком, который только что сильно нашкодил и замарал себя с ног до головы. 

— Какая замысловатая метафора. Признайтесь, приятно, наверное, снова поработать с Саймоном и Ником? После «Легавых» казалось, что каждый из вас пошел своей дорогой. 

— Приятно — не то слово. Мы втроем лучшие друзья, и глупо было бы упускать возможность сделать вместе еще один фильм, тем более что надо было как-то завершать заявленную трилогию (смеется). Но, вообще, это даже хорошо, что у нас были свои проекты: когда я работал над «Скоттом Пилигримом», а Ник и Саймон над «Полом: секретным материальчиком», мы уже знали, что скоро снова придет время собраться вместе. У нас уже была придумана сюжетная канва для «Армагеддеца». Иногда очень полезно отдохнуть друг от друга, а потом с новыми силами объединиться. 

— Есть мнение, что с друзьями работать нелегко: субординация не соблюдается, дисциплины нет. 

— Тогда я бы вообще не снял ни одного фильма, потому что я всегда работаю только с друзьями (смеется). Скажу больше, все пять главных актеров в фильме — как минимум приятели. Между дублями они дружески и без умолку трещали до команды «Мотор!». У Саймона, Ника, Пэдди Консидайна, Эдди Марсана и Мартина Фримана сложились очень теплые отношения, и мне кажется, в фильме это заметно. 

— В «Армагеддеце» отличный саундтрек: всё пришлись кстати, от Primal Scream до The Doors, от Happy Mondays до Suede. Вы лично подбирали песни?

— Коллегиальным путем. Все песни в фильме, кроме разве что The Doors, датируются концом 1980-х, началом 1990-х. Тогда нам с Саймоном было слегка за 20, и мы слушали эту музыку в каких-то невероятных количествах. И во время работы над фильмом, будь то написание сценария или съемки, эти песни игрались нон-стоп, целыми днями. Естественным образом выделились те, что лучше всего подходили этой истории. Особенно алкогольный гимн Loaded от Primal Scream.

— Вы жалуетесь на маленький бюджет. Но ведь он наверняка был больше, чем в случае с «Шоном» и «Легавыми»?

— Да, «Легавые» стоили в три раза дороже «Шона», а «Агрмагеддец» — почти в два раза дороже «Легавых». Здесь мы могли развернуться по части компьютерной графики и сложнопостановочного экшна, но при этом съемочный период у нас по-прежнему был очень сжатый, и пришлось из кожи вон лезть, чтобы хоть что-нибудь успеть. Знаете, мне очень повезло с инвесторами — если не выходишь за рамки бюджета и поспеваешь за расписанием, они вообще не вмешиваются в процесс. Об этом, уверен, мечтает каждый режиссер. 

— Ну, теперь-то вам в руки наконец свалился крупный голливудский проект с несоизмеримо большим бюджетом. Вы морально готовы к «Человеку-муравью» студии Marvel?

— Если честно, пока еще не до конца свыкся с этой мыслью. Но у меня уже есть полностью написанный сценарий, мы вовсю готовимся к съемкам, делаем раскадровки, шьем костюмы, разрабатываем концепт-дизайн, проводим кастинг. То есть в этом отношении мало что поменялось — мы по-прежнему делаем кино и нам это всё еще нравится. Ну, а если понадобится, я уже по ходу пьесы научусь давать отпор продюсерам, желающим вмешаться в творческий процесс (смеется)


Читайте также
Комментарии
Прямой эфир