Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Ара Карапетян: «Урин — мой учитель. Далеко уходить от него не хочется»

Новый гендиректор Театра имени Станиславского и Немировича-Данченко — о безболезненной смене власти, ультрасовременном искусстве и рамках приличия
0
Ара Карапетян: «Урин — мой учитель. Далеко уходить от него не хочется»
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Анна Исакова
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Экс-гендиректор Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Владимир Урин простился со своим коллективом, который возглавлял 18 лет. С 16 июля власть в доме на Большой Дмитровке официально перешла к Аре Карапетяну, с которым встретился обозреватель «Известий».

— Когда и при каких обстоятельствах вы узнали, что возглавите театр?

— Я узнал об уходе Владимира Георгиевича от него самого ― в день, когда он принял окончательное решение. Незадолго до того мне стало известно, что его, к сожалению, склоняют, к переходу в Большой. Мы работали стройной командой, и с уходом Владимира Георгиевича баланс в этой команде нарушается. Нам нужно выстраивать его снова.

— Преемника Владимир Урин выбирал самостоятельно?

— Думаю, что да. Речь идет не о персоналиях ― на моем месте мог быть кто-то другой. Но у театра есть сложившееся направление движения, эстетические ценности, планы, внутренние взаимоотношения. Любому человеку, пришедшему со стороны, понадобится много времени на вхождение в курс дела. А в данном случае переход будет абсолютно безболезненным, тем более что реформ я не планирую.

— Не хотите внести свой акцент в стратегию развития театра?

— Мы ведь и раньше всё вместе делали. Всегда стремились показать многообразие оперного и балетного искусства, и мне кажется, что это наиболее верный путь. Сейчас я не готов ответить на вопрос, что будет меняться, потому что, с моей точки зрения, театр очень благополучен. А дальше — жизнь покажет.

— Главная цель ― сохранение?

— Обязательно. Сохранение темпа и вектора движения.

— Какие премьеры вы готовите на ближайший сезон?

— Мы открываемся «Тангейзером» ― впервые в этом театре ставится опера Вагнера! Через три недели после этого выпустим «Баядерку» Натальи Макаровой. Еще через месяц ― новый балет Иржи Килиана «Восковые крылья». В апреле у нас «Аида» в режиссуре Петера Штайна. В июне Александр Титель поставит «Дон Жуана». И в самом конце сезона надеемся представить балет «Манон» Кеннета Макмиллана. Контракт еще не подписан, но переговоры в самом разгаре.

— Господин Урин будет продолжать курировать театр?

— Каждый гвоздик в этом театре вбит под надзором Владимира Георгиевича. Он пришел еще в старое здание и добился грандиозной реконструкции. Думаю, еще долго Урин будет воспринимать близко к сердцу все, что здесь происходит. И это замечательно.

— Вы готовы делить власть?

— Дело не во власти. Ведь Владимир Георгиевич в большой степени является моим учителем. Раньше я был дирижером — вопросы права, экономики и хозяйственной деятельности были далеки от меня. Все, чему я научился как театральный управленец, ― от Урина. А от учителя далеко уходить не хочется.

Ара Карапетян: «Урин — мой учитель. Далеко уходить от него не хочется»

— Как дирижер вы имеете планы на будущее?

— Нет, дирижирование оставил. Чтобы серьезно заниматься профессией, нужно ею жить. Ты либо хороший дирижер, либо хороший директор.

— Валерий Гергиев ― исключение?

— Во-первых, да, исключение. Во-вторых, он не занимается ежедневными экономическими и хозяйственными вопросами. Валерий Абисалович принимает структурные решения, и у него есть сильная команда, которая претворяет эти решения в жизнь.

— Одни говорят, что театром должен руководить «эффективный менеджер», другие ― что творческая личность. Какова ваша позиция?

— Должно быть сочетание того и другого. Да, руководство театром ― это чисто управленческий труд, но нужно еще и хорошо разбираться в театральном деле. Если эффективный менеджер не знает и не любит театр, изредка приходит с женой на спектакли ради галочки, этот человек не будет иметь успеха. И наоборот: можно быть великим дирижером, певцом или танцором, но если у тебя нет природной способности влиять на людей, нет мобильности ума, чтобы учиться, ничего не получится. Я бы остановился посередине между двумя полярными мнениями.

— Анатолий Иксанов до прихода в Большой был далек от музыкального театра.

— Но он начинал главным администратором в БДТ, а позже долго работал его директором. Чем драматический театр отличается от оперы? Там нет оркестра, на сцене меньше поют — вот и вся разница. Иксанов всю свою жизнь провел в театре. Вообще нынешняя вакханалия в СМИ, которые пытаются все проблемы вокруг Большого театра вешать на Иксанова, ― это полнейшая глупость. При нем построили Новую сцену, театр пережил реконструкцию, в афише появилось колоссальное количество громких зарубежных имен. Да, был ряд серьезных упущений, которые привели к тому, что мелкие межличностные конфликты в Большом вышли на общественный уровень.

— Артисты везде одинаковые. Почему про дрязги в вашем театре ничего не слышно?

— Мы все дружим.

— Неужели не бывает конфликтов?

— Конечно, бывают. Но они — как ссоры в большой семье.

— В чем секрет мирного сосуществования?

— По моему убеждению, есть две составляющие дружественности в коллективе. Первая ― это согласованность руководителей театра. У нас не может быть такого, чтобы мы выступали с противоположными инициативами. Все решения общие. Второе ― любовь руководства к людям, которые здесь работают. Мы прекрасно понимаем, что работаем для артистов. Ты можешь быть критичен, даже жесток с ними. Но нужно помнить, что их талант является двигателем театра, в котором ты работаешь.

Ара Карапетян: «Урин — мой учитель. Далеко уходить от него не хочется»

— Мне кажется, в Большом были проблемы именно с этим пониманием.

— В Большом гигантский коллектив, колоссальный комплекс зданий, огромное хозяйство. Там есть люди, которые всю жизнь проработали в одном театре и никогда друг друга не видели. Таких взаимоотношений, как у нас, там быть не может.

— Единственный громкий скандал вокруг Театра Станиславского за последние годы был связан с постановкой «Сна в летнюю ночь», обвиненной в пропаганде педофилии. Вы готовы обжигаться в будущем или станете аккуратнее?

— Вся история вокруг спектакля ― это пиар людей, которые на гребне популярной темы пытались сделать себе имя, засветиться в прессе. Вы знаете, что женщины, якобы написавшей письмо, не существует. Эта история показала одну очень важную вещь: единение творческой Москвы. Все театры встали на дыбы и сплотились вокруг нас. Вообще-то довольно редкое явление для нашей страны. В итоге «Сон» получил «Золотую маску» как лучший спектакль сезона — и не из-за раздутого беспочвенного скандала, а потому что это очень талантливый спектакль.

— Вручение «Маски» вызвало новые нападки, на сей раз со стороны депутата Госдумы Сергея Железняка.

— Да ради бога. Когда мы ставили этот спектакль, у нас даже мысли не было, что может возникнуть такая тема. Да, там есть переживания человека, когда-то учившегося в школе для мальчиков. Но это факт искусства. Готовы ли мы рисковать? Мы не оцениваем искусство с точки зрения риска. За «Сон» взялись из-за его художественной ценности. Конечно, есть рамки приличия: если нам предложат порнографию на сцене, мы откажемся.

— А в погружении в авангард для вас есть границы?

— В нашем театре ультрасовременного искусства нет, поскольку оперная и балетная публика достаточно консервативна. Но ограничений в эстетических поисках тоже нет. Единственный критерий я уже назвал ― искусство должно вызывать отклик в душах людей.

— Есть мнение, что при Урине театр достиг предела своих возможностей — при существующих кадрах и финансах выше двигаться некуда.

— Так не бывает, что ты уперся в небеса и понимаешь, что выше некуда. В 1992–1993 годах здесь был унылый, покрытый нафталином театр. В 1997-м, когда я сюда пришел, в оркестре, например, было множество проблем, хотя во главе его стоял один из величайших дирижеров современности — Геннадий Проваторов. Все 17 лет люди с утра до ночи пахали, чтобы выйти на тот уровень, который есть сегодня. Можно ли назвать его пределом? Вряд ли. Владимир Георгиевич всегда понимал, что надо двигаться дальше.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...