Ну не люблю я творчество Ильфа с Петровым. То есть любил, любил и разлюбил. Просто когда тебе 14 лет, то кажется, что авторы просто прикалываются. С годами приходит осознание того, что они банальные пошляки. С одной стороны — так опошлить второе наше всё — Гоголя, а с другой стороны — просто ничего не выдумывая, оказывается, работали в режиме бесконечного советского фельетона. Который сам по себе пошл, так как отражает и без того пошлую жизнь. И как-то бесхитростные строки этого дуэта, прежде активно использовавшиеся, остались где-то на задворках памяти.
Пока не началось олимпийское строительство. Тут же возникли знакомые с детства топонимы. И не то чтоб из отпускных времен — а как раз прямиком из Ильфа. Тут тебе и Северный Кавказ, и Пятигорск, и Сочи, и всякое Туапсе.
И конечно, тут же возникли персонажи, которые настолько карикатурно воспроизводят былые строки, что хочется смеяться по-детски заливисто. Но уже не получается. Изо всех щелей повылезали свои алкающие земных богатств отцы федоры, наследные кисы-аристократы, и даже покойный Паниковский рифмуется с покойным Березовским, не говоря уже о том, что красавцев с черкесским лицом, выдумывающих уже миллионный относительно честный способ отъема денег у граждан, — хоть пруд пруди.
Вообще-то сама ситуация запахла Бендером (не циничным роботом, которого знает нынешнее поколение, а тем самым сыном турецкоподданного), когда в Сочи нагрянуло начальство и увидело, что вообще-то там конь не валялся. Действительно — вы читали в «Золотом теленке» или в «12 стульях», чтобы Остап Ибрагимович что-нибудь построил? Он выше этого.
И тут мы вдруг для себя открываем до этого бессмысленные частности типа персонажа по фамилии Билалов, который оказывается ответственен за курорты Северного Кавказа. Как же, как же — мы помним двух типов, которые решили отвечать за курорты Северного Кавказа и объявили плату за вход в Пятигорский Провал. На вопросы отвечали — деньги на ремонт «Провала, чтоб не слишком провалился». И Остап Бендер заработал за день немалую по тем временам сумму — 6 рублей.
У персонажа Билалова оказывается есть брат, и тоже нехилые позиции занимал вокруг кормушки, за которую приняли олимпийские стройки многочисленные остапы ибрагимовичи. Все настолько пошло и банально, что даже перечитывать не хочется — все разворачивается на наших глазах. Единственное отличие — во времена Ильфа с Петровым, сразу после того как тебя первое лицо государства запалило на растрате, слинять «лечиться в Германию» не получилось бы. Там были другие лекари на подхвате. Да и Германия была не та... А еще постмодернизм — в слиянии идентичностей культовых героев советского комикса. Тогда был Бендер и Корейко — дихотомия и неудачный симбиоз. В сегодняшней России Бендер и Корейко — это вполне может быть один и тот же человек. И когда сегодня стали выкладывать факты насчет обысков в офисах «Ремонта Провала LLC», то есть билаловских «Курортов Северного Кавказа», оказалось, что господин германсколечащийся полностью усвоил бизнес-приемы Александра Ивановича.
Подпольный миллионер занимался сбором кредитных денег под несуществующие бизнесы. Но так как от частных инвесторов за такие штуки можно и по голове получить, наш новый Бендер-Корейко Задунайский доил государство. Вполне в тренде: «кто не доит государство, тот лох». И вот сотрудники полиции приходят в представительство всё той же конторы «Одесская артель «Московские баранки», то есть КСК, располагающееся в нескольких комнатах четырехзвездочного отеля Golden Hotel в Пятигорске. Ни персонала, ни документов, подтверждающих ведение хозяйственных операций, в арендуемых помещениях не обнаружено.
Второй пятигорский офис представительства ОАО «Курорты Северного Кавказа» располагался в здании на улице Подстанционной и тоже пустовал, отмечает МВД. Ааааа! Ну почему?! Почему с 1920 года ничего не поменялось на этой территории? Почему однажды, став строчкой в памфлете двух сатириков, реальность реплицируется с настойчивостью идиота. И этот идиот вовсе не от брендованного Достоевского.
То есть всё, как у классиков советской банальности: «Наконец дверь производственного помещения растворилась, и перед глазами комиссии предстал заплаканный мальчик с ведром в руке. Из разговора с юным представителем «Реванша» выяснилось, что производство находится на полном ходу и что хозяин уже неделю не приходит. В производственном помещении комиссия пробыла недолго. Жидкость, так деловито журчавшая в клистирной кишке, по вкусу, цвету и химическому содержанию напоминала обыкновенную воду, каковой в действительности и являлась».
После чего мальчик разрыдался. Он не знал, что Корейко срочно вылетел в Германию на лечение.
