Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Кронпринц с Большой Дмитровки

Музыкальный театр им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко проник в тайны династии Габсбургов
0
Кронпринц с Большой Дмитровки
Фото: Олег Черноус
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Ранее «Майерлинг» Кеннета Макмиллана выезжал за пределы Великобритании только в исполнении родной труппы Королевского балета. Ныне традиция нарушена. Права на балет сэра Кеннета, удостоенного за балетмейстерские заслуги рыцарского звания, приобрел Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко.

 Как показала премьера, на спектакль о трагических неурядицах габсбургской династии (кронпринц Рудольф и его юная любовница, баронесса Мария Вечера, кончают жизнь самоубийством) наши зрители пойдут, во всяком случае, в первые месяцы аншлаг «Майерлингу» обеспечен.

Отечественная публика, утомленная аскетизмом современных постановок, истосковалась по масштабным историческим мелодрамам. По всем этим балам, раутам, кутежам, плюмажам, аксельбантам, турнюрам, шлейфам, фиакрам, штандартам, трескучей музыке Ференца Листа и прочим великосветским штукам, в изобилии пущенным  на сцену балетмейстером-постановщиком Джуди Линкольн, художником Николасом Георгиадисом и дирижером Антоном Гришаниным.

Есть, правда, пара «но». Во-первых, зал «Стасика» — все же не «Ковент-Гарден» и не историческая сцена Большого театра. Имперский спектакль для императорского театра, а «Майерлинг» изначально таковым задумывался, многое теряет в его камерной атмосфере. 

Во-вторых, продолжительность зрелища: более трех часов чистого сценического времени. Публику, помчавшуюся в гардероб, не дожидаясь выхода артистов на поклоны, язык не повернется упрекнуть.

Говорят, сэр Кеннет, скончавшийся на представлении «Майерлинга» в 1992-м, запретил сокращать свое создание, и правонаследники строго блюдут это указание. Однако балет — не музей, реставрация танцевального полотна предполагает не столько его сохранение в первозданном виде, сколько приближение к нуждам современных зрителей. 

Будь жив Макмиллан, он наверняка отжал бы «воду» и привел спектакль к классическому ныне двухактному варианту. Работает сегодня таким образом Юрий Григорович — и ничего, от разумных вивисекций его большие балеты хуже не становятся, лучше — тоже, но это уже другая тема.

Труппе «Стасика» нравится танцевать Макмиллана. Ни одного явного прокола, при том что персонажей в спектакле множество, и каждый с характером и историей. Особенно хороши окружающие героя дамы во главе с императрицей Елизаветой, Натальей Крапивиной и четверка венгерских офицеров (Семен Величко, Дмитрий Хамзин, Денис Дмитриев и Дмитрий Соболевский), делящих с кронпринцем государственные дела и мужские развлечения.

Бальзам на душу балетоманов пролил и 23-летний исполнитель роли Рудольфа Сергей Полунин. Половина зала пришла именно на него, восторгам поклонниц всех возрастов не было конца. И правда — танцовщик отменный, сольные выходы можно снимать для хрестоматии, да и внешность с манерами на уровне: аристократы в его исполнении смотрятся без фальши. 

С дуэтами, а это главная «фишка» сэра Кеннета, дело обстоит хуже. Феерической легкости в подбрасывании-швырянии-выкручивании партнерш, которой отличались знаменитые макмиланновские кронпринцы, пока не наблюдается. Спишем сей просчет на молодость (не успел еще юноша заматереть) и нехватку упражнения (не танцевал он в «Ковент-Гарден» Рудольфа). 

Но вот отсутствие того, что называется «развитием образа», уже целиком и полностью на совести артиста и его репетиторов. Как вышел г-н Полунин на сцену капризным чудо-юношей с соответствующим набором шалостей (пакости маме, тисканье жен-подруг, игры в револьверы-черепа и проч.), так, ни капельки не изменившись, и ушел. Ну разве что нарушилась координация движений, после того как прямо на сцене его герой вколол себе пару доз морфия.

Между тем с момента первого выхода до рокового выстрела прошло восемь лет, случилось много разных событий, и предшественники Полунина про это, как правило, не забывали. Например, Ирек Мухамедов сыграл в «Майерлинге» приквел к григоровическому «Ивану Грозному». Останься его Рудольф в живых, залил бы кровью и родную Австро-Венгрию, и всю Европу. Или совсем уж высший пилотаж — датчанин Йоханн Кобборг, изобразивший клинический распад личности и  доведший публику Большого театра (речь о последних московских гастролях Королевского балета) до нервного оцепенения. 

В принципе ничего страшного в том, что кронпринц Сергея Полунина сохраняет статус-кво, нет. Скучновато, но смотреть можно. Однако кому многое дано, с того многое и спросится, а г-на Полунина природа наградила сполна.

Комментарии
Прямой эфир