Колин Ферт стал простым американцем
Броское и киногеничное словечко «гамбит» из шахматной терминологии (так называют ход, которым один из участников в интересах быстрейшего развития ситуации, жертвует пешку, а иногда и фигуру) вынесено в заглавие нового фильма Майкла Хоффмана неспроста. В этой игре разменная пешка — ковбойша из Техаса по имени Пи-Джей Пузновски (Кэмерон Диас) — в процессе повествования превращается в весьма значимую фигуру.
Детали этой истории, выходящей в российский прокат, не так уж важны: эффект неожиданности с «Гамбитом» не работает; как будет развиваться коллизия, ясно с самого начала. Анонс сюжета ждет зрителей уже на вступительных титрах, когда за пару минут анимированные персонажи разыграют сценку-пересказ в стилистике, смахивающей на начало очередной серии журнала «Ералаш».
Аферюга-куратор (Колин Ферт) решил впарить английскому миллионеру (Алан Рикман) фальшивые «Стога» Клода Моне. Он находит и привозит в Лондон техасскую деваху (Диас), которая наврет недотепе-богачу, что во время войны шедевр был конфискован ее дедом из европейских запасников. Авантюра с картиной забуксует где-то в середине, но каждый приобретет в итоге больше, чем рассчитывал.
Киноманам и почитателям старого голливудского кино название картины навеет что-то знакомое: «Гамбит» — известный фильм 1966 года с Ширли Маклейн и Майклом Кейном в главных ролях. Впрочем, не стоит думать, что сценарий нового фильма просто переносит интригу в наши дни. Хотя бы потому, что сценаристов зовут Джоэл и Итан Коэн.
Почему создателей ни на что не похожих, парадоксальных, философски-углубленных фильмов качнуло в сторону «кино для всех», мы вряд ли узнаем из первых рук: работу над «Гамбитом» братья Коэн не комментируют. А вот оскароносный британец Колин Ферт («Король говорит!») отмечает, что несмотря на повтор старой фабулы, «в новом фильме совсем другое настроение, другой характер знакомых персонажей, да и в целом вся эта история стала невероятно дерзкой».
Еще один представитель британской актерской школы Алан Рикман, утверждает, что «юмор и сарказм братьев Коэн никуда не делись» и он «наслаждался, произнося реплики, иногда похожие на смысловые головоломки, иногда — на скороговорки».
Впрочем, то, что маститые британцы Ферт и Рикман высоко оценили юмор не слишком оригинальной истории, видно и невооруженным глазом — стали бы они при другом раскладе дурачиться, как дети малые, нести околесицу и расхаживать без штанов. В «Гамбите» только заслуженная «деваха» голливудского кино Кэмерон Диас — в неизбежном бикини, с грубоватыми повадками и ртом до ушей — не удивляет.
В целом взаимопроникновение американской и британской культур идет на пользу всем троим: у Диас просыпается какое-то подобие великосветских манер, а у Ферта с Рикманом — задор простых парней из западных штатов.
Ну, а шпильки скептически настроенных западных критиков (в Европе «Гамбит» вышел на экраны еще осенью) — мол, братья Коэн написали сценарий «левой рукой», а актеры сыграли вполсилы, пожалуй, можно пропустить мимо ушей. Ведь порой совсем неплохо гениальным авторам размяться на легкой комедии, режиссеру Майклу Хоффману — отвлечься от экспериментов с русской классикой («Последнее воскресение»), а актерам — отдохнуть от сложнейших перевоплощений. Отдохнуть и расслабиться на «Гамбите», кстати, и зрителям вовсе не повредит.
