Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Сурков поделит деньги на кино по-новому

Падение доли российских фильмов в прокате заставляет правительство менять систему господдержки кинематографа
0
Сурков поделит деньги на кино по-новому
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В четверг в Белом доме на Красной Пресне собрались ведущие игроки российской киноиндустрии, чтобы на совещании под председательством главы аппарата правительства, вице-премьера Владислава Суркова решить вопрос о том, как будет дальше развиваться реформа кино. Начатая, напомним, три года назад, когда от системы оказания господдержки исключительно через Министерство культуры, вызывавшей к этому времени уже множество нареканий, было решено отказаться.

Тогда было принято решение вычленить группу ведущих продюсерских компаний, закрепив за ними право приоритетного госфинансирования. Деньги лидерам передавались через вновь созданную организацию — Фонд социальной и экономической поддержки кинематографа. Помимо лидеров, он финансировал и так называемые «социально значимые проекты». Причем из-за предельной расплывчатости этого определения, по молчаливому согласию, решено было считать социально значимым любое художественно состоятельное произведение, которое, при этом, имеет шанс выхода на широкую аудиторию. За министерством осталась поддержка документального, анимационного, детского, дебютного и экспериментального (оно же — авторское) кино. Перед лидерами была поставлена задача создать основу для развитой киноиндустрии, в том числе, и через увеличение доли российского кино в отечественном прокате.

Собственно, то, что доля эта с определенного момента, совпавшего с началом финансового кризиса, стала падать, и побудило государство инициировать реформу.

Исполнительному директору фонда Сергею Толстикову — человеку, к появлению которого поначалу все отнеслись с большой настороженностью, удалось выстроить отношения фактически со всеми ведущими российскими кинематографистами и превратить фонд в территорию, как утверждают сами лидеры, «свободную от коррупции».

Постепенно фонд, хотя формально и подчиненный Министерству культуры, стал в сознании профессионального сообщества занимать место главного представителя государства в кино. Когда в министерство пришли новые, гораздо более амбициозные руководители, стало понятно, что их такое положение дел не будет устраивать, и рано или поздно, возникнет конфликт интересов. Тем более, что доля российского кино в прокате продолжает падать. 

Как сказал после встречи Владислав Сурков, когда он, год назад, стал отвечать в правительстве за кинематограф, его, в первую очередь, смутило отсутствие внятных критериев, по которым можно судить об эффективности работы фонда.

— В декабре прошлого года я собрал «лидеров» и попросил их назвать эти критерии эффективности, — рассказывает Сурков. — Я ничего им не навязывал. Они сами предложили, что главный критерий — доля в прокате. И обещали, что к концу 2012-го добьются увеличения ее на 2%. То есть, доля лидеров в прокате должна была бы составить 13 %, а общая — 18%. Вместо этого у нас на сегодняшний день оказался минус 2%. 

По прогнозу, общая доля российских фильмов в отечественном прокате этого года, составит 13,8% по сравнению с 15,9% прошлого года, а доля лидеров не превысит 7,5%.

— Вы же прекрасно понимаете, что публично защищать эту «лидерскую» схему трудно, — говорит Сурков. — Почему именно эти компании делят госденьги, а не другие? На старте реформы это вызывало очень много вопросов в обществе… И тогда же, в декабре 2011-го, я предупредил лидеров, что, если предложенные ими самими критерии не сработают, придется менять схему финансирования. Критерии не сработали. Значит надо  менять. Причем для нас самое важное, конечно, не возврат денег, а чтобы отрасль заработала.

Вектор перемен направлен на то, чтобы фонд начал работать как «экономический агент» государства, то есть, поддерживал бы коммерческое кино и перестал выдавать деньги на фактически безвозвратной основе. Распределение «безвозвратных» денег становятся исключительно прерогативой Минкульта. Который, в дополнение к своему набору функций (поддержка анимации, детского, документального, экспериментального кино) получает еще и полномочия реального контроля над фондом. Как будет осуществляться этот контроль — пока не ясно. Возможно, через некий общий экспертный совет.

5,3 млрд рублей, которые государство выделит на кинематограф в следующем году, будут разделены между фондом и Министерством, в неясных пока пропорциях. Деньги, которые получит фонд, в свою очередь разобьют на две части, примерно поровну. Одна часть пойдет на финансирование по прежней схеме, при существенном влиянии Министерства, другая — по новой схеме, предполагающей несколько направлений. Можно будет получить деньги под обязательства полного беспроцентного возврата в течение трех лет. Либо обратиться за дотацией на погашение по кредитной ставке. Возможно, речь пойдет о возврате части выручки (с учетом коэффициента вложения фонда), но, пока не работает электронный билет, такое понятие как «выручка» остается слишком сложно просчитываемым. 

Не исключено, что будут введены дотации на билеты на российские фильмы. С этим предложением на Совете по кино у Медведева полтора месяца назад выступал исполнительный директор фонда Сергей Толстиков, а на совещании у Суркова — Тимур Бекмамбетов. Важной новацией станет то, что под один и тот же проект можно будет брать деньги и у Минкульта, и у фонда, что сейчас запрещено.

Конкретный механизм новых правил игры должна будет в течение ближайших десяти дней выработать рабочая группа. Но, как подчеркнул Сурков, это не приведет к революционному слому нынешних схем. Хотя предложения радикальных шагов были.  Никита Михалков, например, по утверждению очевидцев, выступил за то, чтобы просто закрыть фонд и все деньги передать ведомству Владимира Мединского. А Рафаэль Акопов — чтобы безвозмездную раздачу госсредств отменить.

Исполнительный директор Фонда кино Сергей Толстиков согласен, что корректировка хода реформы необходима.

— Надо было что-то делать. Это даже не вопрос падения доли отечественного кино, просто надо совершенствовать любую систему. Мы готовили свои предложения с упором на общий пакет проектов, нацеленных на зрительскую аудиторию. Имея в виду прежде всего такие критерии, как количество зрителей и цена зрителя, то есть, рентабельность. В том, что Министерство культуры как высший исполнительный орган в этой области должно осуществлять контроль над фондом, не вызывает сомнений. Единственное, чего я сейчас не могу понять, на какие конкретно цели, помимо традиционных для министерства направлений, будут потрачены безвозвратные субсидии Минкульта. Но это их компетенция, — отмечает Толстиков.

На вопрос «Известий» Суркову, не приведет ли требование возвратности к тому, что будет сделана ставка исключительно на фильмы, подобные продукции компании Enjoy Movies («Беременный», «Тот еще Карлсон!» и т.п.), вице-премьер ответил, что таких опасений у него нет.

— Публика не столь глупа, и, как доказывают международные примеры, в прокате торжествуют как раз содержательные фильмы, к коим несомненно относится и мировой рекордсмен по сборам «Аватар».

Однако отсыл к международным примерам относительно ситуации в российском прокате,  не совсем корректен. Как известно, фильмы категории «артстрим», такие как «Король говорит», «Железная хватка», «Бесславные ублюдки», «Повелитель бури», «Арго», «Артист», «Один плюс один» (список можно продолжать достаточно долго), во всем мире показывают впечатляющие результаты, а у нас, по большей части, проваливаются в прокате. Между тем, это именно та категория кинематографа, которая в куда большей степени, чем чистая коммерция или чистый арт, — несет в себе культурные коды нации. Коммерчески успешных российских примеров таких картин совсем немого: «Брат», «Бумер», «Девятая рота»... Опасность того, что артстрим попадет буквально в расщелину, на территорию, не поддерживаемую ни Министерством, ни фондом, кажется совершенно реальной. И последствия этого могут быть куда более катастрофическими, чем снижение доли нашего кино в отечественном прокате.

Комментарии
Прямой эфир