Максим Соколов: «Локаут принес КХЛ расслоение вместо консолидации сил»

40-летний Максим Соколов уехал в нижнекамский «Нефтехимик», а не завершил карьеру в родном Петербурге, потому что решил уйти со льда, а не со скамейки. Терпение ветерана уже подарило зрителям феерическое противостояние: Соколов против родного СКА, в котором трибуны оказались на стороне Максима.

Ветеран доказал, что способен справляться со звездами НХЛ, и не согласился с теми, кто считает, что они принесли нашему чемпионату большую пользу.

— Максим, понравилась ли вам часть чемпионата, в которой приняли участие легионеры из НХЛ, стало ли играть интереснее?

— Хотя чемпионат очень интересный получается и зрители увидели звезд, новые связки, локаут повлиял на наш хоккей скорее плохо, чем хорошо. Разрыв между богатыми  клубами и менее состоятельными стал больше, богатые стали богаче, бедные — беднее. Саму спортивную ситуацию появление энхаэловцев изменило в худшую сторону, получается расслоение вместо консолидации хоккейных сил, которой и не может быть, если есть бедные и богатые.

— Тяжело ли дался стартовый отрезок чемпионата? Некоторые говорят, что ждали передышки, а самому опытного вратарю лиги нужен отдых.

— Единственный матч, в котором я по-настоящему устал, сыгран против СКА в Петербурге. Больше таких вариантов не было. Более того, были матчи, где я вообще не уставал после игры. Больше устаешь от перелетов. Нельзя сказать, что я ждал перерыва, чтобы передохнуть. По мне, так лучше было бы продолжать играть и играть. Максимум — дней пять микротравмы залечить. Дальше не будет ни легче, ни тяжелее. Будет тяжело каждый день 10-месячной работы, на выполнение которой подписан контракт. Журналисты и зрители не видят... но порой нам самим не верится, что человек вышел на лед с теми повреждениями, которые у него есть. А сейчас опять начнется эта гонка, матчи через день. Расписание составляют люди, которые сидят в Москве и никуда не ездят, не летают вместе с игроками и не думают о них. Соглашусь, что есть масса сложностей при составлении календаря, но ощущение от расписания именно такое.

— Победа над Ковальчуком и компанией в Петербурге — это всплеск или это и есть уровень сегодняшнего вратаря Соколова?

— Преимущество сегодняшнего Соколова в том, что он на статистику и уровни не смотрит. Самое главное — победа. В Петербурге мне удались два периода — второй и третий, хотя в третьем мне несколько раз повезло. Но главное, сама атмосфера дворца в Петербурге такова, что позволяет вратарю выразить себя полностью, на 100%. Только Рига пожалуй может поспорить, правда, я еще не был в Праге и Братиславе, да и в Минск в этом сезоне еще не ездили. Но в целом, к сожалению, в КХЛ лишь несколько дворцов, зритель которых может создать такую обстановку, где реально и возрастному игроку найти мотивацию для полного самовыражения. Еще Хабаровск, может быть. Вообще там, где есть зрительский интерес, там я играю достаточно прилично.

А матч в Петербурге был особенным не только зрительской реакцией. Тренер СКА Милош Ржига зашел в раздевалку и поздравил меня с победой. Такое было лишь однажды — когда мы выиграли у «Магнитки» финальную серию, их тренер Сикора зашел к нам и всех поздравил с чемпионством, но тут обычный матч регулярки.

— Какие моменты были самыми сложными? Известно, что вы в какой-то момент задумались об обмене из «Нефтехимика».

— Моментов сложных психологически в этом сезоне было даже два. И оба я не буду комментировать, потому что это внутреннее дело команды. Скажу только, что в первом я наступил на себя, во втором — на людей, поступил по-своему, не считаясь с их мнением.

— В начале сезоне вы говорили, что этот сезон для вас последний. По ходу чемпионата не пришло желание еще поиграть, превзойти достижение Гашека?

— Физически-то я могу играть. Дело в семье — у меня подрастают дети, и сейчас наступает такой момент, когда я им особенно нужен, мне надо заниматься. Не знаю, как это у чехов и какая ситуация у Гашека, но у нас, у россиян, намного важнее дети, твои последователи, чем то, чем ты занимаешься сам.

— То есть по окончании сезона у вас одна дорога — из Нижнекамска в Петербург?

— Прежде всего нужно понять, чем я буду заниматься. Неясна позиция СКА по отношению ко мне. В любом случае я бы хотел заниматься с вратарями, петербургскими или приезжими — с любыми ребятами. Этим летом на сборах в Семенове пробовал, и мне понравилось. А позицию СКА можно пока обозначить как невнятный интерес.

— Есть что-то особенное, «соколовское», в вашем подходе к вратарям?

— Судить об этом могут те, кто работал со мной в Семенове и наблюдал эту работу, но в целом хотелось бы, чтоб у вратарей было больше разнообразия и больше внимания к ним. Ведь у каждого вратаря свои особенности, преимущества и недостатки. После 30, конечно, трудно что-то изменить, но подход найти можно, а те, кто говорит, что ничего нельзя всерьез изменить уже после 18, — это просто слабые специалисты. Вот мой напарник Мэтт Далтон, ему 25, и у него ко мне на каждой тренировке масса вопросов, в том числе и о том, как сохранять такую физическую форму. И уж совершенно удивительно, когда люди поступают так, как Парккилла со мной в СКА, который мне прямо сказал: «Не умею и не хочу работать с такими, как ты». Он имел в виду возраст. Но Парккилла-то как раз хороший специалист, у которого есть разумная стратегия работы с молодыми вратарями. А вообще к каждому можно найти подход — кого-то переучивать, кому-то помочь, кому-то не мешать. И эти нюансы могут понять только специалисты. Но есть же в КХЛ клубы из числа элитных, которые приглашают человека тренировать вратарей только потому, что он финн и изучил какие-то материалы. Да его потом уволили, но и всю вратарскую бригаду, не самую плохую между прочим, поменяли — люди пострадали. И я хочу, чтобы с вратарями везде работали профессионалы.

— А вы сами собираетесь «изучать материалы» какие-либо? Поедете куда-то учиться? 

— Разумеется. Нужно общаться, нужно смотреть, нужно ехать в Европу и в Канаду, где это уже 100 лет как налажено. Для качественной работы нужно их подходы комбинировать.

— Что больше вам подходит — работать в клубе или создать собственную школу?

— Простая вещь позволяет совмещать то и другое. Работая с клубом, нужно проводить летние лагеря для молодых ребят. Можно видеть их таланты и знать, в ком заложена бомба. Это поможет и скаутской системе клуба.