Питерские парламентарии осудили ювенальную юстицию
Депутат заксобрания Санкт-Петербурга Виталий Милонов будет активно участвовать в обсуждении проекта ювенальной юстиции. В частности, парламентарий выступит с инициативой создания общественных советов, куда будут входить гражданские активисты и представители церкви. Именно они, а не чиновники будут принимать решения о передаче опеки над детьми в руки государства. Парламентарий признался, что существующая концепция ювенальной юстиции не нравится ни одному из его коллег, а значит, грядут большие изменения.
— Я не знаю ни одного человека в России, который бы поддержал тот синтетический и нежизнеспособный вариант ювенальной юстиции, к которому мы пытаемся двигаться. Она превращает семью из сакральной ячейки общества в скудный набор социально-бытовых услуг для несовершеннолетнего, — рассказал «Известиям» Милонов. — Необходимо пересмотреть весь механизм принятия решения. Вопрос о социальном патронате ни в коем случае не должен быть отдан органам опеки и попечительства. Сейчас мы рассматриваем вопрос о создании общественно-правовых советов, в которые будут входить социальные и православные волонтеры. Они будут наблюдать за положением ребенка в семье.
Депутат особо отметил, что методы, описанные в проекте российской ювенальной юстиции, носят наказательный, а не воспитательный характер. И предложил обратиться к голландскому опыту. Для Нидерландов характерна многоступенчатая система ювенальной юстиции. Первоначально на правонарушения подростка реагирует полиция, если приводы подростка в полицию участились, а семья не принимает меры, то подключаются комитет по защите детей, прокуратура, ювенальный суд и т.д. Если преступление совершается впервые и не относится к особо тяжким (мелкая кража, употребление легких наркотиков), то полиция направляет подростка в службы, осуществляющие специальные реабилитационные программы. И делает все, чтобы избежать закрытого исправительного учреждения. Милонов отметил, что проблемы подростков в России решаются чересчур радикально. И призвал политиков почитать русскую классику.
— Отдел по делам несовершеннолетних просто завален жалобами и делами. На одного инспектора приходится столько дел, что он не в состоянии проводить тщательное расследование. Получается, всех стригут под одну гребенку. У нас полно общественных активистов, которые хотят принимать участие в урегулировании спорных ситуаций, почему бы не дать им такую функцию, а не отбирать чуть что детей у родителей. Между прочим, Сонечка Мармеладова закончила бы свои дни в приюте, если бы такой закон существовал в то время. А она ведь любила своего отца, несмотря ни на что, давайте не будем про это забывать.
Свои предложения Милонов обсудит с депутатами Госдумы на ближайшем совещании «Единой России» по проекту «Здоровая семья». Также планируется региональное обсуждение с вице-губернатором по социальным вопросам и здравоохранению Ольгой Казанской.
Принятие в первом чтении законопроекта о социальном патронате вызвало в обществе волну негодования. Дело в том, что сегодня органы опеки и попечительства не могут вмешиваться в жизнь семьи, если нет явной угрозы жизни и здоровью ребенка. Нормы нового законопроекта фактически позволяют чиновникам проверять любые семьи на предмет «социального благополучия». Государство в лице инспекторов будет решать, насколько качественно граждане заботятся о своих детях, и при необходимости брать семьи под наблюдение и проводить реабилитацию. Однако если работа не даст результатов, соцработники смогут изымать детей из семьи. Суд, в свою очередь, будет решать вопрос о размене жилья, принадлежащего родителям, в пользу ребенка.
По сути, изъять ребенка из семьи в России станет почти так же легко, как в некоторых странах Европы. Россиянам хорошо известны примеры ювенальных технологий, применяемых, например, в Финляндии. По данным на 2011 год, в Финляндии насчитывалось около 16 тыс. детей, изолированных от родителей, и ежегодно их количество растет на 2 тыс. На содержание детских интернатов уходит до €400 млн ежегодно.
