К Густаву Климту приблизились вплотную
К 150-летию со дня рождения Густава Климта (1862—1918) многие венские музеи посвятили ему выставки. Бельведер и Музей прикладного искусства MAK, Этнографический и Театральный... Конкуренция и позволяет делать проекты уровня «Климт персонально». Выставку под таким названием показывает Музей Леопольда.
Музей известен богатейшей коллекцией австрийского искусства ХХ века, но для «Климта персонально» пригласил множество партнеров. Даже из Японии привезли полотно, которое в Европе мало кто видел. «Золотой рыцарь» («Борьба за жизнь») 1903 года хранится в музее Айчи префектуры Нагойя, напоминает картины великого мастера Возрождения Учелло.
Kunsthaus швейцарского Цуга предоставил «Итальянский садовый ландшафт» (1913), а нью-йоркская Новая галерея — «Большой тополь I» (1900). И даже венский Бельведер дал на время замечательный пейзаж озера Аттерзее «Аллея в парке замка Камер» (1912).
Не стали жадничать и частные коллекционеры. Один предоставил единственный венский пейзаж Климта, его «Шенбрунский ландшафт» (1916). И впервые после реституции в Австрию вернулась «Яблоня I» (ок. 1912) — картина, о которой в последние десятилетия мировая пресса писала больше всего.
Интерес к ней, правда, был вызван не столько художественными ее достоинствами, сколько громким судебным процессом. Бывший владелец «Яблони» потерял права на картину во времена нацизма. Долгие годы австрийское государство судилось с наследницей, живущей в Лос-Анджелесе, Марией Альтман. В итоге полотно, находившееся в коллекции Бельведера, ей возвратили вместе с четырьмя другими работами Климта. Парламент решил не тратиться на их выкуп.
Дизайн венской экспозиции построен таким образом, что напротив каждой из работ висят большие цитаты из самого Климта (они даются на немецком языке, но посетителям доступен и перевод на английский). Всего цитат 20, и вокруг каждой выстраивается свой художественный контекст. Например, в зале, где Климт в одном из писем восхищается искусством Конго, показана личная коллекция художника, включавшая в себя, помимо японского и китайского искусства, и африканские статуэтки.
Эти цитаты позволяют понять, как сам Климт воспринимал свое творчество и кипевшие по его поводу страсти — скандал сопровождал почти каждую его новую работу. Он был закрытым человеком, даже близкие друзья не всегда понимали, что с ним происходит.
Фрагменты писем и дневников позволяют окончательно проститься с фундаментальными заблуждениями, связанными с его личностью. Первое из них — что в письменном наследии художника нет ничего принципиально важного. Второе — будто Климт органически не был способен к саморефлексии, что интуитивно-художественное начало подавляло в нем аналитика.
В музее Леопольда можно увидеть и сами оригиналы — письма художника к его многолетней музе Эмили Флёге (всего он отправил ей за 20 лет около 400 писем и открыток, почти все они выставлены в длиннющей витрине, тянущейся через всю выставку). Показывают и множество фотоснимков с Климтом.
В залах впервые воссоздано и венское ателье Климта на Йозефштадтер-штрассе, где художник работал в 1892 — 1911 годах. Экспонаты для реконструкции предоставила Новая галерея из Нью-Йорка и один, пожелавший остаться неизвестным, коллекционер. Есть даже внушительный шкаф, выполненный знаменитым дизайнером Йозефом Хофманом — завидный образец венского модерна.
Ателье было частным пространством Климта, здесь хранились и сделанные им эротические рисунки. Большая их часть не могла быть опубликована при жизни автора, но были и исключения. В Вене показывают, например, том «Разговоров гетер Лукиана» Франца Блайя (1907) с более чем раскрепощенными иллюстрациями Климта. Блай — тот самый эссеист и переводчик, издатель эротических журналов, который заказал Константину Сомову знаменитую «Книгу Маркизы».
Переплет к «Разговорам гетер», вышедшим тиражом в 50 экземпляров, сделал тот же Хофман. Такие книги не попадали в обычные книжные магазины и, как правило, распространялись по подписке среди коллекционеров, которая позволяла поддержать высокий полиграфический уровень изданий, чьи стандарты уже в начале ХХ века подвергались атаке со стороны массовой литературы.
Выставка продлится до 27 августа.
