«Если муж поднимает руку на жену, надо бежать от него, как от огня»

Профессиональный юрист, кандидат юридических наук, Елена Дмитриева до недавнего времени судила людей в программе «Дела семейные». В новом сезоне на телеканале «Домашний» в проекте «Откровенный разговор» она больше напоминает психотерапевта. О смене амплуа Елена Дмитриева рассказала корреспонденту «Недели».

— Как родилась идея новой программы?

— В «Делах семейных» я рассматривала ситуацию исключительно с юридической точки зрения. Но, к сожалению, добиться справедливости не всегда возможно лишь с позиции закона. Есть ведь еще человеческий фактор. Например, в реальном суде откровенность не всегда может быть вам на руку. Ни одно ваше утверждение не будет рассмотрено без доказательств. В новом формате главное — откровенность героя. Я выслушиваю все точки зрения, стараюсь доходчиво объяснить героям мотивы поступков их родственников, иногда переубеждаю их в чем-то, а иногда просто нахожусь рядом, когда они слышат отнюдь не любовные признания. Я не выношу никаких решений и стараюсь не давать советов. Решения герои принимают самостоятельно.

— Вы часто ловили себя на мысли: «Этого не может быть»?

— Иногда я просто за голову хватаюсь: «Как! За что на одного человека наваливается столько проблем!?» Бывают удивительные хитросплетения! Но все истории реальные.

— Что может вас удивить сегодня?

— Женское долготерпение. Но сейчас подрастает еще более продвинутое и прагматичное поколение девочек, которые  еще дадут всем прикурить. И мужчинам в первую очередь.

— Но вы же понимаете, что одно дело дать герою дельный совет или высказать свое мнение, а другое — когда он выйдет за пределы студии и столкнется с реальной жизнью.

— Мы не ставим героям программы обязательное условие «отчитаться о проделанной работе». Конечно, кто-то звонит, рассказывает об удачах. Или наоборот. Но мне бы хотелось, чтобы наша программа помогала телезрителям что-то исправить в своей жизни. Ведь пословицу «только дурак учится на своих ошибках» пока никто не отменял. Конечно, каждый набивает шишки самостоятельно. Но и ошибки бывают разными. Например, если муж поднимает руку на жену, надо бежать от него как от огня — сразу, далеко и желательно навсегда. Женщинам порой бывает трудно решиться на такой шаг, но, когда они посмотрят пару наших историй, надеюсь, у них и силы появятся, и желание. Даже крылья вырастут.

— А как же любовь? Что скрывать, есть же женщины, которые считают: бьет — значит, любит.

— Надо понимать, что «любовь — любовью», как говорил кардинал Мазарини, «а политика — политикой». Ценность брака — в уважительном отношении друг к другу. Что исключает возможность рукоприкладства. Любовь, страсть проходят, в остатке остается что-то другое.

— Бывают какие-то нестандартные ситуации?

— Они все кажутся банальными, пока не касаются тебя лично. Например, две душещипательные истории. Молодой человек возмущен тем, что сестра его любимой девушки переписывалась с ним от ее имени, скрыв, что сама девушка погибла уже полгода назад. Я пытаюсь «достучаться» до Артура и убедить его в том, что девушка вовсе не ради обмана затеяла эту переписку: ей действительно понравился парень, который (и она это точно знала) вовсе не был нужен ее сестре. И, как Сирано де Бержераку из комедии Ростана, ей было удобней скрываться под маской сестры, да и не хотелось обижать хорошего человека.

Героиня второй истории возмущена поведением отца, который на второй день после смерти матери привел в дом другую женщину и разрешил ей пользоваться всеми вещами жены, даже не поговорив предварительно с дочерью. С одной стороны — стопроцентный подлец. Но, оказывается, у него тоже есть своя правда.

— Как вас, серьезного юриста, занесло в телеведущие? 

— Случайно. В 1986 году после защиты диссертации у меня был выбор: остаться ассистентом на кафедре в МГУ или возглавить кафедру экономики и права во Всесоюзном государственном институте повышения квалификации работников Гостелерадио. Телевидение в те годы было достаточно закрытой корпорацией, но я даже и не представляла, что сама стану телеведущей.

— А помните свой первый телеопыт?

— Он вовсе не связан с эфиром. В 1992 году полетела в Америку подписывать первый рекламный контракт ВГТРК. Я и Олег Попцов приехали в офис компании: с их стороны четыре юриста. С нашей — я одна. Выяснилось, что у них один юрист отвечает за финансовую часть договора, второй — за соблюдение корпоративного законодательства, третий — за ответственность сторон, а четвертый — за правильность изложения текста. Каждый сидит со своим куском, и я одна со всем договором. Они на меня смотрели, как на невиданное чудо: многостаночница, которая в одиночку может разобрать договор в целом. Когда деловая часть закончилась, я решила проявить свою образованность и удивить американцев знанием их культуры. И так непринужденно говорю: «Как писал ваш великий Марк Твен…» Вопрос вогнал их в ступор: эти чудесные американцы не слышали знаменитую фамилию. Они прекрасно образованы юридически, но их знания узкоспециальны. Наше же образование гораздо шире и глубже.

— Вы всегда сдержаны в кадре. А в жизни?

— Я представляю себя очень положительной (смеется), хотя эмоциональной и вспыльчивой. Все работавшие со мной знают: если я начинаю говорить четко, тихо и медленно и выгляжу, как замороженная рыба, значит, я в гневе. Но я отходчивая. А с домашними я стараюсь быть терпимой — они того заслуживают.

«Откровенный разговор»

16–19 июля, 17.00, «Домашний»