Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Надо понять, как гражданская активность будет развиваться дальше»

В эксклюзивном интервью «Известиям» экс-глава Управления внутренней политики Кремля Константин Костин рассказал, чем будет заниматься создаваемый им Фонд развития гражданского общества
0
«Надо понять, как гражданская активность будет развиваться дальше»
Константин Костин. Фото: ИЗВЕСТИЯ/Марат Абулхатин
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Почему вы решили создать фонд? Ведь, наверное, была возможность остаться на госслужбе, пусть даже и в другой должности?

— Действительно, предлагали другие должности на госслужбе. Но идея создания фонда показалась мне очень интересной и своевременной.

Откуда появилась эта идея?

— Я обсуждал ее с Вячеславом Володиным (первый замглавы администрации президента. — «Известия»), и он ее поддержал.

Чем станет заниматься ваш фонд?

Знаете, мне близки задачи, записанные в уставе RAND Corporation (одной из ведущих исследовательских организаций США. — «Известия»): это бесприбыльное учреждение, специализирующееся на улучшении политики общества путем исследований и анализа. Мы тоже будем зарегистрированы в качестве НКО.

У фонда будет несколько направлений деятельности. К основным относятся раздача грантов и финансирование исследований и разработок. В частности, речь идет о политических исследованиях. Это анализ текущих политических процессов: какие есть риски, какие модели развития ситуации возможны. То есть фонд будет заниматься тем, что сейчас называют модным словом «повестка».

Второе направление — это изучение проблем НКО, которые играют все большую роль в жизни общества. В России растет гражданская активность, часто неполитического характера, и надо понимать, как она может и будет развиваться дальше. Вспомните, еще 5 лет назад никто не мог представить, что в таком количестве появятся многочисленные волонтерские добровольческие организации...

Наконец, фонд будет заниматься изучением медиа и прикладными электоральными исследованиями: анализом, экспертной оценкой ситуации в регионах, мониторингом настроений в различных средах. Часть исследований будет публиковаться, часть будет носить закрытый характер. То есть если кто-то захочет заказать нам эксклюзивный материал, то по желанию заказчика мы можем не обнародовать его.

— В свое время одним из ключевых партнеров Кремля в этом направлении был Фонд эффективной политики Глеба Павловского. Да и сам Глеб Олегович всегда прямо говорил, что его клиентом является администрация президента. Сколько процентов ваших исследований будут осуществляться для АП?

Прогнозировать сложно, но, думаю, подавляющее большинство. Если другие ведомства, например Госдума или ЦИК, будут объявлять конкурсы на подобного рода разработки, то мы будем в них участвовать.

— А если вашими услугами захотят воспользоваться оппозиционные партии, станете с ними сотрудничать?

— Если их устроят наши подходы и формат работы, то, конечно, будем.  

— Каким образом работа фонда может быть востребована в ходе губернаторских выборов?

— Этим вопросом будет очень тесно и предметно заниматься отдел прикладных электоральных исследований. Здесь можно предложить массу интересных тем. Например, исследование, которое предполагает ответ на вопрос, с кем из политтехнологов работать организаторам кампаний и потенциальным кандидатам? У нас много людей, которые называют себя политконсультантами, но на самом деле таковыми не являются. И даже среди тех, кто имеет успешный опыт работы на выборах, необходимо выделять специализацию.

Есть политтехнологи, которые хорошо работают с медиа, есть те, кто хорошо разбирается в рекламной составляющей, в полевой работе. Но где вы сейчас можете получить информацию, кто из них и по каким направлениями эффективен? Это очень важный вопрос. У нас на региональных выборах нередко бывали ситуации, когда экспертов по одним направлениям нанимали работать на незнакомой для них ниве. Это все равно что вас, политического журналиста, редакция бы отправила освещать чемпионат мира по футболу.

Непрофессионализм политтехнологов или неправильное их задействование приводило к совершенно нелепым ситуациям. Возьмем недавние выборы мэра одного из областных центров. Кандидат, которого поддерживал губернатор, потратил очень серьезный бюджет, но по ходу выяснилось, что его известность за неделю до первого тура незначительно превышает 50%. Хотя для того, чтобы претендовать на победу, необходимо иметь рейтинг узнаваемости не менее 80%. Рейтинг популярности этого кандидата тоже не рос. Стали анализировать почему. В числе прочего выяснилось: в качестве лозунга пиарщики использовали такой: «Раскрасим родной город». А бизнес кандидата как раз был связан с производством красок.

— И впрямь глупость со стороны политтехнологов...

— Да, избиратели не поняли. Во время выборов имеют значение даже такие, казалось бы, мелочи, как качество листовок. В одном регионе — также на выборах мэра — для кандидата напечатали листовки очень хорошего качества. И они испортили человеку рейтинг. Потому что люди посчитали, что слишком дорогие листовки — это пустая трата денег, есть и более важные вещи, на которые их можно было бы потратить: больницы, детские дома...

— А как выяснилось, что граждане «осудили» кандидата?

— В ходе фокус-групп. Причем непонятно, почему нельзя было сначала провести фокус-группы, а уже затем печатать листовки.

— Таким образом, ваш фонд будет рекомендовать Кремлю, с кем из политтехнологов ему работать на выборах?

— Мы проведем исследование и напечатаем специальный бюллетень. Он будет в открытом доступе. И, кстати, хотел бы подчеркнуть, что наш фонд — это не политтехнологическая фирма. Политтехнологи занимаются непосредственно выборами, наша же работа в первую очередь будет построена на моделировании ситуаций, рекомендациях. Если говорить о региональных кампаниях, то здесь будут интересны еще и исследования настроений избирателей, как с ними работать и какие проблемы их волнуют. Для этого необходимо иметь представление об информационной активности региональных ньюсмейкеров, деятельности партий и общественных организаций, понимать реакцию на действия региональной и федеральной власти со стороны основных социальных групп.

— Кто будет финансировать работу фонда?

— Мы будем использовать мировую практику: сейчас идут переговоры с теми, кто готов наполнять фонд. Это предприниматели, но финансировать могут и частные лица.

— Какая сумма нужна для того, чтобы фонд начал полноценно функционировать?

— Поскольку мы планируем привлечь к работе лучших российских и зарубежных специалистов, речь идет о сотнях миллионов рублей.

— По информации «Известий», речь может идти о сумме примерно в 1 млрд рублей.

Наверное, вы что-то знаете (смеется). Мне лично это неизвестно. Я бы пока никаких конкретных цифр не комментировал.

— Какую работу вы поручите иностранцам?

— В тех областях, где у них существуют лучшие разработки, которые могут быть применимы и в России. Например, исследование современных медиа. У кого из наших специалистов есть соответствующий опыт? Если, допустим, изучать такую проблему, как «медиа-вирусность» — то есть почему одну новость в социальных сетях  обсуждают все, а другая не вызывает интереса, то без иностранных экспертов не обойтись. И наиболее авторитетные центры по этому направлению работают в США.

— Когда ваш фонд начнет работу?

В течение десяти дней надеемся зарегистрировать. Все учредительные документы в стадии подготовки. 

Комментарии
Прямой эфир