Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Большое правительство» — это создание «большого уха», чувствительного к хорошим идеям»

Глава фонда «Общественное мнение» Александр Ослон — о проекте «большого правительства»
0
«Большое правительство» — это создание «большого уха», чувствительного к хорошим идеям»
Александр Ослон. Фото: РИА НОВОСТИ
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Президент Дмитрий Медведев уже провел несколько встреч в рамках «большого правительства». Нужна ли для него организационная структура, как развиваются подобные проекты на Западе, какие идеи принимаются и почему безумные идеи будут обречены, «Известиям» рассказал президент фонда «Общественное мнение» Александр Ослон.

— Идея «большого правительства», предложенная Дмитрием Медведевым, — это ведь не только российское изобретение. Чем кремлевский проект будет отличаться от зарубежных аналогов?

— «У них» это называется «открытое правительство» — оpen government. Явление по большому счету новое, но очень быстро развивающееся. У нас подобный проект называется «большое правительство». Мы всегда идем немножко своим путем и, изменив слово, возможно, немножко изменим содержание.

Убежден, что термин «большое правительство» постепенно найдет именно такое определение: это будут открытые двери для тех, кто желает, и тех, кто способен что-то толковое предложить. В принципе мы с вами и сейчас можем что-то предлагать. Например, написать письмо президенту, сообщить ему наши соображения о том, как лучше обустроить Россию. Вот Солженицын взял и написал труд на этот счет. Но тут есть отличие. Наше с вами письмо никто не обязан рассматривать — нужен авторитет Солженицына. И человека из Тамбова, написавшего очень толковое предложение, к примеру, о том, как ЖКХ реформировать, никто не услышит — потому что пропускной канал для таких предложений очень узкий.

По большому счету «большое, открытое правительство» — это создание «большого уха», чувствительного к хорошим идеям и умеющего распознавать такие идеи.

— А где гарантии, что в одно ухо влетит, а в другое не вылетит?

— Представьте, что есть люди, которые собираются вместе с единомышленниками и пишут свои предложения, дают свои обоснования, прикладывают фотографии. Это серьезная работа, и делается она сегодня, конечно, в Сети. Но у нас это похоже на коллективные жалобы начальству, и относятся к ним соответственно. А в других странах от такой «самодеятельности» уже нельзя отмахнуться. Это одна из форм «открытого правительства» — подсистема петиций. В Британии недавно был принят закон, согласно которому парламентские структуры должны рассматривать петиции, если под ними подписались пять и более тысяч человек. Это касается не только федеральных органов, но и муниципальных. И в Европе, и в Америке, и в Австралии очень много городов, где мэры создают свои «открытые правительства» на муниципальном уровне и придумывают массу разных идей, как вовлечь людей в процесс принятия решений.

— Британскому парламентаризму сотни лет. Как вы считаете, доживем ли мы до того, чтобы петиции граждан рассматривала Госдума?

— Почему нет? Но для того чтобы такая система заработала в России, необходимо, чтобы группа неравнодушных людей, не менее 5–10 тыс. авторов, разработала соответствующий законопроект и предложила его на обсуждение общества. Это будет некая форма кристаллизации идей. Думаю, у такой инициативы будет достаточно шансов на принятие.

У «большого правительства» есть и оборотная сторона. Чрезмерная открытость может спровоцировать поток безумных идей. Как в них не захлебнуться?

— Действительно, чем больше поток, тем больше там «шума». Но ведь и когда золото моют, его доля ничтожна. Предположим, 5%. Из 1 т породы можно получить 50 кг, а из 10 т — 500 кг. То есть чем больше людей участвует, тем больше идей. Хотя доля толковых идей, может, будет и меньше, но в количественном отношении их все равно будет больше. Это называется краудсорсинг — большая масса людей (crowd — толпа по-английски) является источником идей.

Зачем власти нужен краудсорсинг? В современном мире людям, принимающим решения, приходится иметь дело с очень сложными задачами. Это подталкивает к поиску новых инструментов. Один из них — интернет. «Большое правительство» — одно из проявлений процесса разочарования в традиционных формах экспертного разума и осознания необходимости иной формы разума — коллективного. Когда позовешь много людей, обязательно найдется кто-нибудь толковый, кто подскажет, как решить задачу. Это понимают и Путин, и Медведев. Но этот новый — краудсорсинговый — подход требует специальных и, чаще всего, инновационных методов и компьютерных решений, чтобы эффективно выполнять фильтрацию идей и селекцию талантов.

— Какие методы управления подобными проектами используют на Западе?

— Там практикуют подходы. Например, есть распоряжение президента США Обамы использовать вики-системы, чтобы собирать и, главное, НЕ игнорировать мнения, советы и идеи активного населения. Таким образом, «открытое правительство» — это открытые двери, через которые могут проходить люди, создание условий, чтобы они могли заниматься делом.

Для этого создана соответствующая технологическая структура. В США, например, любому человеку доступен бюджет, где расписана смета трат до доллара, начиная от министерства образования до каждой школы. Там не только план, но и факт, то есть произведенные на данный момент затраты, и числа меняются прямо на глазах. Для вдумчивого гражданина это возможность делать много разных выводов. Все эти процессы находятся лишь в начале развития, и они еще долго будут эволюционировать. Нас ждет еще много сюрпризов на этом пути. Социальная энергия, на которую здесь делается ставка, аналогична атомной. Остается только извлечь ее и применить в мирных целях.

— Какая-то организационная структура у «большого правительства» всё же должна быть, разве нет?

— Понимаете, пока что «большое правительство» — это не столько проект с чертежами, схемами и бизнес-планами, это скорее обозначение видения, направления, в какую сторону нам двигаться. Правительство как организация действует на основе документов, что делает его легитимным, а множество неформальных советчиков и народных экспертов расширяют его. Впрочем, они в какие-то моменты могут рекрутироваться на аутсорсинг, то есть на временные контракты, либо даже на инсорсинг, то есть на постоянную работу в органах власти.

— Кто будет проводить экспертную оценку предложенных идей?

— Развитие технологии «большого правительства» тесно связано с технологией фильтрации идей. Носители хороших идей — это люди, которых нельзя потерять, это таланты, поэтому система и называется opengovernment-talent-management — «открытое правительство — управление способностями».

«Фишка» краудсорсинга в том, что там нет экспертных комиссий. Это и есть самое большое открытие. На его основе строятся все технологии краудсорсинга. Отсеиванием занимаются сами участники — не какие-то умники, какие-то комиссии и прочее, а сами участники. Они и являются экспертами. Возникает самоорганизующаяся система, которая сама себя оценивает и развивает. Внутри краудсорсинговых сообществ, которые занимаются генерацией идей и решением задач, возникает неравенство. Участники его сами устанавливают, они сами решают, кто умник, а кто не очень, и сами выбирают с помощью голосований и других механизмов лучшие идеи. И когда говорится о разных технологиях, имеются в виду методы реализации подобного рода подходов в целом. Краудсорсинг — это много людей на входе, воронка, отсев, но самое главное — то, что происходит внутри. Внутри они сами решают, что важно, что неважно, и лучшие идеи находят способ вырваться наружу, наверх. Вместе с лучшими людьми.

Комментарии
Прямой эфир