Хранилище мертвых швейцарцев
На выставке «Шедевры ХХ века из коллекции Института современного искусства Валенсии», открывшейся в Москве, представлены многочисленные образцы не только испанских, но и мировых художеств. Работы Пабло Пикассо, Анри Матисса, Александра Родченко, Пауля Клее, Роберта Раушенберга и других знаменитостей призваны хотя бы пунктирно обозначить важнейшие арт-тенденции минувшего столетия.
Практика показывает, что главные перлы из каждого нового периода в искусстве достаются тем коллекционерам и музеям, которые раньше других начинают собирать именно этот художественный материал. И следует признать, что подобной форы у Института современного искусства Валенсии (IVAM) не было, поскольку заведение открылось в 1989 году, то есть под конец того самого ХХ века, который предполагалось описать и проиллюстрировать. Однако новоявленные собиратели взялись за дело с упорством и энтузиазмом, в результате чего в Валенсии постепенно образовалась весьма внушительная коллекция. Часть ее и демонстрируется сейчас в Московском музее современного искусства. Эта гастрольная выставка входит в программу перекрестного Года России – Испании.
Как и другие похожие европейские институции, IVAM не ограничивал и не ограничивает себя национальными рамками. Пресловутый ХХ век — это эпоха нарастающей глобализации, в том числе культурной, и без международного контекста оценить в полной мере искусство локальное трудновато. Однако обширное представительство испанских авторов в этой коллекции не может не броситься в глаза. Здесь фигурируют не только всемирно известные художники испанского происхождения (упомянем хотя бы Пабло Пикассо и Хуана Миро), но и «местночтимые» авторитеты вроде прославленного модерниста Хулио Гонсалеса. Еще более массированно представлены испанские художники, работавшие в конце столетия (многие из них и сегодня в строю). Смысл такой кураторской выборки совершенно очевиден: иберийское искусство преподнесено в качестве неотъемлемой части широкого интернационального процесса.
По идее процесс этот должен был получить в экспозиции некие явственные очертания, но на деле, конечно, он обозначен слишком отрывисто, чтобы говорить о завершенной картине. Во многих случаях необходимо призывать на помощь воображение для заполнения лакун. Зато здесь немало интересных работ, отдельные из которых действительно достойны звания шедевров. Приведем для примера трафаретный опус на холсте «Океания: небо» Анри Матисса или прозрачную скульптуру из плексигласа «Леда и Лебедь» Ласло Мохой-Надя. Совершенно хрестоматийным и узнаваемым выглядит коллаж знаменитого Курта Швиттерса «Пластический мерц-рисунок». К числу лучших произведений американского поп-артиста Роберта Раушенберга стоит отнести его графическую серию иллюстраций к «Аду» Данте. Весьма эффектно, хотя и несколько скорбно, выглядит инсталляция француза Кристиана Болтански «Хранилище мертвых швейцарцев», представляющая собой конструкцию из сотен металлических ящичков с фотопортретами некогда живших людей. Неожиданной и приятной находкой для наших зрителей станет фотомонтаж Александра Родченко, созданный в 1923 году в качестве визуального образа для поэмы Маяковского «Про это».
Кстати, на выставке довольно много фотографий как таковых: этот раздел в коллекции IVAM можно считать одним из самых представительных. Снимки от Марселя Дюшана, Мана Рэя, Константина Бранкузи, Марка Рибу, Бернда и Хиллы Бехер наверняка привлекут внимание тех, кто интересуется эволюцией светописи именно как художественного языка. Не обходится валенсийский проект и без видеоарта, едва ли не типичнейшим образцом которого служит двухканальная инсталляция «Хороший парень, плохой парень» американца Брюса Наумана, удостоенного на прошлой биеннале в Венеции титула лучшего художника. Как видите, громких имен в экспозиции немало, хотя взгляд на мировое искусство из Валенсии все же трудно назвать всеохватным. Догнать лучшие планетарные музеи — задача не из легких, но испанцы очень стараются.
