Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Труд взяточника растет в цене

Год назад президент Дмитрий Медведев подписал указ о национальной стратегии и национальном плане по борьбе с коррупцией. Никогда раньше в законодательство не вносилось столько поправок, направленных против взяточничества. Но говорить о переломе в ситуации рано. "Известия" попытались разобраться, чего не хватает для победы над коррупцией
0
Одними плакатами коррупцию не победишь (фото: PHOTOXPRESS)
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В индексе восприятия коррупции, который ежегодно публикует международная неправительственная организация Transparency International, Россия в прошлом году опустилась со 146-го на 154-е место. Что это значит? Каждая страна в процессе исследования оценивается по 10-балльной шкале. Ноль получают государства, где уровень коррупции зашкаливает за максимальную отметку, десятку выставляют тем, где взяток не берут и не дают.

Россия в 2010 году набрала 2,1 балла, разделив это сомнительное достижение с Таджикистаном и Папуа - Новой Гвинеей. Кажется, более убедительной статистики быть не может. Однако это не так. По данным департамента экономической безопасности МВД, средний размер взяток в России постоянно увеличивается. Во второй половине 2010 года он достиг 44 тыс. рублей, сейчас превысил 60. При этом средняя зарплата рядового россиянина порой не превышает 10 тыс. рублей. Такое соотношение цифр - еще более серьезный сигнал тревоги. Значит, речь уже идет не столько о бытовой коррупции (заплатил директору детского сада, чтобы устроить ребенка, или "купил" талон техосмотра), сколько о взяточничестве в особо крупном размере с участием чиновников и бизнеса. Именно такая коррупция мешает российской экономике развиваться и снижает привлекательность страны в глазах инвесторов.

Прошлый год можно назвать рекордным по количеству антикоррупционных мер.

Были утверждены национальная стратегия и план по борьбе с коррупцией, законы стали в обязательном порядке пропускать через антикоррупционную экспертизу, усилился контроль за достоверностью деклараций о доходах, которые предоставляют госслужащие, стартовала реформа системы госзакупок. Если прибавить к этому недавнюю новацию - введение 100-кратного штрафа за взятки, - получается, что сделано немало. Но серьезных успехов добиться пока не удается - это признает и сам президент.

Во-первых, причина в том, что российские чиновники не заинтересованы в борьбе с коррупцией, считают эксперты. Во-вторых, некоторые инициативы, которые могли бы серьезно повлиять на ситуацию, продолжают блокироваться. Яркий пример - эпопея с 20-м пунктом антикоррупционной конвенции ООН. Эта статья - одна из немногих, которые Россия, одобрив документ в целом, до сих пор не ратифицировала.

- Эта статья вводит ответственность за незаконное обогащение чиновников, когда их расходы в разы превышают доходы. Ее ратификация позволит запрашивать информацию о наличии незаконных активов за рубежом и возвращать их. Именно этого чиновники и не хотят, - напоминает председатель Национального антикоррупционного комитета (НАК) Кирилл Кабанов.

В конце прошлого года законопроект о ратификации 20-го пункта был внесен в Госдуму, но его рассмотрение отложили. Кабанов уверен, что при поддержке общества дело бы пошло быстрее. Но граждане пока готовы лишь молча осуждать коррупцию или в лучшем случае дать взяточнику отпор, обратившись в прокуратуру. Хотя такие факты скорее исключение. Региональные чиновники, массово взявшиеся открывать антикоррупционные разделы на сайтах администраций, удивляются: онлайн-приемные по вопросам ЖКХ, строительства, медицины завалены жалобами, а о взятках и вымогательстве никто не пишет. Значит, борьба с коррупцией идет хорошо, считают они. На самом деле все иначе. Люди боятся сообщать такую информацию.

В России до сих пор не проработан механизм защиты тех, кто сообщает о фактах коррупции, отмечает директор российского отделения Transparency International Елена Панфилова.

(рисунок: Владимир Буркин)

МНЕНИЯ

Надо рубить не ветви, а корни

Павел Крашенинников,
председатель комитета Госдумы по законодательству, член фракции "Единая Россия":

- Зримых успехов в борьбе с коррупцией нет, но если говорить про нормативную базу, то мы продвинулись. Мы с вами понимаем, что нормативная база - это только инструмент борьбы с этим змием. Поэтому инструмент есть - надо им просто эффективно пользоваться. Безусловно, для этого должна быть воля властей всех уровней. Если говорить о реализации национального плана, то я точно знаю, что антикоррупционная экспертиза законопроектов сейчас пошла. Это как раз тот процесс, который происходит незаметно. Если коррупционный акт принимается, то это сразу видно, а если он отвергается - то не видно. Декларирование доходов тоже пошло. Плюс я вижу, многие отказываются от крупных подарков. Надеюсь, что скоро появится обязанность декларировать еще и расходы. Продвигаться надо. В противном случае коррупция нас всех съест - и государство, и граждан.

Николай Харитонов,
депутат Госдумы всех пяти созывов, член фракции КПРФ:

- Пока с коррупцией, к сожалению, ничего не получается. Видимо, не хотим бороться по-настоящему. Не хочу преувеличивать, но истоки коррупции лежат в том числе и в нашей избирательной системе. Когда мы вскрываем случаи фальсификаций на выборах, все это остается ненаказуемо. В этой борьбе надо корни подрубать, а мы рубим ветки. Истоки коррупции - это и беспардонная бандитская приватизация 90-х годов. Примерно 110 тысяч человек приватизировали все богатства страны! А посмотрите обнародованные декларации. Речь идет о миллионах. Полтора года назад я попытался провести в Госдуме протокольное поручение комитету по безопасности - проверить законность накоплений нашими гражданами в зарубежных банках. Те же американцы проверили 15 тысяч своих граждан, вкладчиков швейцарских банков. Не буду называть фамилию депутата, который подскочил ко мне со словами: "Вы что, хотите взорвать Россию!?"

Игорь Лебедев,
руководитель фракции ЛДПР в Госдуме:

- Коррупция - не зубная боль, когда пришел к стоматологу, поставил пломбу и все прошло. Коррупция существует во всех странах, но нет ни одной страны, где бы ее победили на все 100%. У нас ее размер слишком высокий. Тем не менее я считаю, что те меры, которые предпринимаются, обязательно дадут сдвиг, но в будущем. Это как с лекарством: для полноценной борьбы с вирусом нужно, чтобы в организме накопилось определенное количество антибиотиков. Так и здесь: предпринимаемые меры создают платформу для того, чтобы в какой-то момент был нанесен серьезный удар по коррупции. Пока, конечно, сдвиги еле заметны. Декларирование доходов - практически единственный шаг, более-менее понятный всем избирателям. По-настоящему наши люди заметят борьбу с коррупцией тогда, когда она начнется в тех сферах, с которыми человек сталкивается каждый день - на дорогах, в сфере обслуживания.

Геннадий Гудков,
зампред комитета Госдумы по безопасности, член фракции "Справедливая Россия":

- Можно сказать, что в борьбе с коррупцией есть успехи точечного характера, но, конечно, принципиальных сдвигов не происходит. Я даже больше вижу не столько конкретные результаты, сколько некоторое изменение общественного сознания. Иногда, кстати, это тоже играет свою положительную роль. Существенные сдвиги, на мой взгляд, могут произойти при наличии политической воли и при опоре на те силы, которые сегодня не связаны с системной коррупцией. Есть такие силы. Другое дело, что президент опирается по-прежнему на старую бюрократию, которая по самое некуда увязла в коррупционном болоте и уже никаких изменений предложить фактически не может.

Читайте также:

Г.Сатаров. Почему России не удается справиться с коррупцией

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...