Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Высокие технологии преступности

Преступность в Москве сократилась на 15 процентов. Но в то же время больше стало преступлений экстремистской направленности, вымогательств, уличных драк и грабежей. Банкиры действуют заодно с мошенниками, инструкции помогают воровать, а подозреваемые гипнотизируют следователей. О том, как идет борьба с преступностью в Москве, обозревателю "Известий" Владимиру Перекресту рассказывает начальник Главного следственного управления ГУВД столицы Иван Глухов
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Известия: Иван Алексеевич, все идет к тому, что ваша служба скоро прекратит существование. Вас и другие структуры предварительного расследования поглотит Следственный комитет России. Говорят, что там следователи посильнее...

Иван Глухов: Знаете, в целом я поддерживаю идею единого Следственного комитета. Наличие органов следствия в четырех ведомствах порождает распыление сил и средств. Но я категорически не согласен с тем, что профессиональный уровень наших следователей ниже, особенно в том, что касается экономических преступлений. Взять хотя бы громкое дело владельца "Евросети" Евгения Чичваркина.

Ведь мы изучили его первыми и закрыли, потому что не увидели события преступления. Однако коллеги из другого ведомства забрали дело, довели его до суда, и что же - в результате присяжные приняли такое же решение, что и мы. Но за это время сам Чичваркин эмигрировал, вынужден был продать свою компанию, у него умерла мать...

На следствие МВД приходится две трети Уголовного кодекса. Но по закону только сотрудники Следственного комитета России относятся к категории федеральных государственных служащих. Это привело к значительному разрыву в денежном обеспечении между ними и их коллегами из других структур. При этом следователи МВД имеют самую низкую зарплату, а ведь и те, и другие выполняют единую государственную функцию. Так что создание единого следственного аппарата позволит устранить этот дисбаланс. Но слияние, думаю, произойдет очень нескоро.

известия: Недавно за вымогательство была осуждена следователь ГСУ Наталья Поликурова. Понятно, что у вас в производстве находятся дела, где на кону миллионы, а то и миллиарды, не всегда удается побороть искушение. Но можно ли выработать иммунитет к жажде наживы?

Глухов: Наталью по-человечески жаль, она была хорошим следователем. Но если бы кто знал, в каких условиях она одна поднимает больную дочь при нашей довольно скромной зарплате, то увидел бы и другую сторону этой истории. Что касается разговоров о мздоимстве, то у нас работают 2200 сотрудников, из них только восемь в прошлом году попали под уголовное преследование. Причем по коррупционным мотивам двое, а остальные, можно сказать, за излишнее рвение: один, например, свидетельские показания подделал, чтобы побыстрее дело в суд передать. И еще около десяти человек я попросил написать рапорт об увольнении - были в отношении них определенные подозрения, я решил не доводить их до тюрьмы и позора. А что касается иммунитета... Следователь, прежде чем получить удостоверение, проходит массу проверок - и гласных, и негласных, касающихся физического, психического и морального здоровья. Многие отсеиваются, и остается морально здоровое ядро. Но пока материальное обеспечение следователя не будет соответствовать объему выполняемой работы и тем психологическим и физическим нагрузкам, которые он испытывает, до тех пор будут возникать соблазны. Сейчас на одного следователя у нас приходится 54 дела в год, а в территориальных подразделениях - до 150. При том, что научно обоснованным показателем считается не более 24,4 дела. Наша загрузка в 1,6-2 раза выше, чем в среднем по стране, и в 3-4 раза - чем в Следственном комитете России.

и: Ну а в целом, как обстоят дела с преступностью в Москве?

Глухов: Если в предыдущем году было 170 тысяч преступлений, то в минувшем их стало на 25 тысяч меньше. Сократилось число убийств, причинений тяжкого вреда здоровью, грабежей, разбоев, квартирных краж, мошенничеств, рейдерских захватов, строительных пирамид. Мы задержали несколько банд борсеточников, теперь о них практически не слышно. Но больше стало преступлений экстремистской направленности, вымогательств, угонов автомобилей, Настораживает стремительный рост интернет-преступности, в частности, создание порносайтов с изображениями несовершеннолетних. Еще одна особенность интернета: преступники все чаще используют его для поиска сообщников.

и: А кто донимает общество больше всего - грабители, карманники, мошенники?

Глухов: Затрудняюсь отдать кому-нибудь "пальму первенства". Вот если бы вы спросили, с чем труднее всего бороться, то я бы, не задумываясь, ответил: с экономическими преступлениями, особенно в банковской сфере. Впечатление, будто сотрудники банков заодно с преступниками. Один мошенник получил кредит более чем на 155 миллионов рублей, предоставив липовые сведения о преуспевании своей фирмы - его никто не проверил. Другая преступная группа набрала в различных банках кредитов на полмиллиарда рублей под залог одних и тех же автомобилей "КамАЗ". Причем даже не самих машин, а техпаспортов, да и те были фальшивыми. А в банках даже не поинтересовались, существуют ли в природе эти "КамАЗы". Я не верю, что это просто халатность. Были случаи, когда банковские работники сами или через сообщников находили малоимущих или пьющих людей и на их паспорта оформляли заведомо невозвратные кредиты. Кстати, по Москве не возвращается 10 процентов кредитов, разумеется, эти расходы компенсируются за счет клиентов. Еще один пласт экономических преступлений - незаконное обналичивание и легализация денежных средств. Недавно мы завершили дело бывшего председателя совета директоров Коммерческого банка развития (КБР) Андрея Каграманова и его подчиненных. На "обналичке" под 2-3 процента они "заработали" 1,5 млрд рублей.

и: Как следователям удается раскрывать такие специфические преступления - они же не финансисты, не экономисты?

Глухов: У нас в управлении 40 процентов следователей имеют второе высшее образование, как правило, экономическое - так что специфика знакома. А вообще идет постоянная борьба: мошенники выдумывают хитрости, а мы их распутываем, иногда для этого приходится совершенствовать законы и нормативные документы. Вот пример. Аферисты, чтобы не оставлять следов на бумаге, стали использовать систему банк-клиент - она позволяет управлять счетом через интернет. Но следы и в этом случае остаются: по IP-адресам в банковских компьютерах мы с помощью интернет-провайдеров обнаруживаем адреса (как правило, домашние) тех, кому поступают незаконные денежные переводы. Банкиры стали после проведения платежа тут же удалять информацию с электронным адресом получателя денег. Причем на законных основаниях: оказывается, банки не обязаны ее сохранять. Тогда мы направили в Центробанк представление с просьбой установить достаточные сроки хранения электронных писем, касающихся денежных переводов, а заодно усилить контроль за выдачей кредитов. Руководство Центробанка согласилось с рекомендациями. Вообще, мы всегда, когда видим системные сбои на каком-либо участке, направляем такие представления, чтобы устранить причины, способствующие преступлениям.

и: Недавно ваши следователи раскрыли дело о мошенническом завладении квартирой сына известного журналиста-международника Михаила Ильинского. Насколько характерны такие преступления?

Глухов: К сожалению, их не становится меньше. Способствуют таким преступлениям как недобросовестные нотариусы и чиновники, так и прорехи в законодательстве. При продаже квартиры мошенники используют похищенные паспорта, только вклеивают свою фотографию. По такому с виду нормальному паспорту нотариус удостоверяет сделку. Формально он действует по закону - устанавливает личность человека по предъявленному им паспорту. А убедиться в его подлинности, сверившись, например, с данными территориального органа ФМС, он не обязан. Мы направили в Минюст соответствующее представление, а также рекомендовали обязать нотариусов хранить копии паспортов тех, кто обращался к ним по сделкам с недвижимостью, поскольку в этих документах имеются реальные фотографии мошенников. Есть проблемы и с московским управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, где сделки с недвижимостью зачастую регистрируют по фиктивным документам.

и: А что с уличной преступностью, не опасно ли выходить из дома?

Глухов: Уличная преступность, к сожалению, увеличилась. Особенно среди молодежи. Много драк, часто на межэтнической почве. Да и просто из-за того, что "не так посмотрел", люди калечат друг друга. Больше стало грабежей, мобильные телефоны отбирают очень часто, особенно у подростков. А ведь можно сделать такие преступления совершенно бесполезными. Каждый мобильный телефон обладает индивидуальным кодом, это как отпечаток пальца. По этому коду трубку можно запеленговать и заблокировать. Мы обратились в Мосгордуму с предложением подготовить соответствующий законопроект. Помимо блокировки предложили запретить продажу бывших в употреблении телефонов без первичных документов или упаковки. Но депутаты пока не отвечают. Еще одна проблема в борьбе с уличными преступлениями - неэффективность систем видеонаблюдения. Камеры неудачно расположены, у них низкое разрешение, что не всегда позволяет четко рассмотреть преступника. Ряду руководителей управ мы внесли представления о неэффективности работы видеооборудования в их районах.

и: Появились ли за последнее время новые виды преступлений?

Глухов: На новый, гораздо более масштабный уровень вышли преступления, связанные с незаконным возвратом налога на добавленную стоимость. Мы недавно раскрыли ряд очень хитроумных дел. НДС, как известно, входит в цену и составляет 18, а по некоторым товарам и услугам - 10 процентов. При определенных условиях предприятие имеет право на возврат НДС из бюджета. Распутывать мошенническую сеть мы начали с дела Тамерлана Сидакова. В 2006-2007 годах его люди зарегистрировали по фиктивным документам десятки фирм, которые якобы вели активную хозяйственную деятельность и имели право на возврат НДС. На самом деле они ничего не производили, деньги "крутились" на бумаге, а право на возврат НДС возникало только благодаря подлогу. Тем не менее аферисты получили из федерального бюджета 215 миллионов рублей. Расследуя это дело, мы поняли механику таких хищений и теперь проводим проверки за прошлые годы. Выявили ряд таких преступлений, причем практически всегда сами налоговики были соучастниками, а иногда и инициаторами афер. По каждому делу бюджету был нанесен ущерб от нескольких сотен миллионов до миллиарда рублей.

Новую уловку придумали и телефонные мошенники. Присылают смс-сообщение от имени какой-нибудь известной компании о какой-то выгодной акции. А чтобы узнать подробности, абоненту нужно набрать определенные цифры. Но стоит это сделать, как деньги со счета владельца телефона отправляются аферистам.

и: На чем чаще всего обманщики ловят своих жертв?

Глухов: Мамы и бабушки по-прежнему верят телефонным сообщениям о том, что их сын или внук задержан и, чтобы "замять дело", нужно дать деньги человеку, который сейчас подойдет - на самом деле это сообщник того, кто звонит. А вот с мужчинами такие номера проходят реже. Недавно один немолодой уже человек раскусил обманщика, скрутил и на своей машине доставил в ближайший отдел милиции. Пенсионеры верят мошенникам, представляющимся социальными работниками или сотрудниками благотворительных организаций.

Опасны и цыганки, под видом "снятия порчи" обирающие граждан, попавших под их гипноз. Одна из них даже сумела загипнотизировать нашего следователя, он готов был выпустить ее из-под стражи. Хорошо, что в Москве существует правило: следователь не имеет права в одиночку принимать такое решение, обязательно должно быть еще и подтверждение руководителя подразделения. Пришлось мне этого следователя разгипнотизировать...

Жертвами мошенников нередко становятся люди, сами желающие обойти закон. Например, один ловкач выдавал себя за Героя Советского Союза, генерала-полковника и предлагал услуги в получении ордена "За заслуги перед Отечеством" и других государственных наград. Таким образом он "заработал" около 20 миллионов рублей.

и: Были ли какие-либо преступления, которые можно было бы отнести к "криминальным рекордам"?

Глухов: Вне конкуренции дело фирмы "Золотая лига". Два мошенника продавали золотоносные участки в Перу. Даже ролик по телевидению крутили - все натурально: песок, какое-то оборудование, смуглые рабочие что-то копают, горы виднеются. На самом деле снималось это в Узбекистане. Но народ-то этого не знал и "клюнул". В результате только на сегодня число обманутых составляет 20 тысяч человек. Махинаторы задержаны, но где деньги - не говорят. По нашим подсчетам, это 200 миллионов рублей.

и: Полиграф не пробовали применить?

Глухов: Они не соглашаются. А без их согласия мы не имеем права.

и: А вообще техника часто выручает?

Глухов: Очень. Широко используются ДНК-диагностика, одорологические (по запаховым следам) исследования. А однажды раскрыть преступление помог троллейбусный турникет. Водитель наехал на выходящего из троллейбуса пассажира. Когда приехала милиция, свидетелей уже не было. Что делать? Сообразили, что пенсионеры ездят на городском транспорте по социальным картам - прикладывают их к турникету, и в памяти считывающего устройства сохраняется информация о карте, а следовательно, и о владельце. Так мы нашли тех, кто находился в троллейбусе, и они помогли доказать вину водителя.

(рисунок: Владимир Буркин)

Комментарии
Прямой эфир