Бразилия - край таежный | Статьи

известия: Почему многие в Латинской Америке боятся Дилмы Руссефф?

Борис Мартынов: Дилма - человек-загадка. Лично я во время президентских выборов в Бразилии всей душой желал победы сопернику Руссефф Жозе Серре. Его приход к власти не обещал никаких крупных перемен в политике. Страну ждали бы лишь легкие колебания: чуть более либеральный политический курс, чуть большее внимание к развивающемуся миру. Все это не повредило бы Бразилии. Серра мог полностью встроиться в ту отработанную консенсусную модель, которая у Бразилии уже есть. К сожалению, многие склоняются к мысли, что Руссефф может не оправдать таких ожиданий.

Победа Дилмы основывалась на том, что она светила отраженным светом самого успешного в истории Бразилии президента - Лулы да Силвы. Даже перед выборами, когда Лула уже не баллотировался, его рейтинги зашкаливали за 70-80 процентов, и это о многом говорит. Руссефф во время предвыборной кампании говорила словами Лулы и придерживалась правильного курса: "Не высовываться". И все же, судя по биографии, президент Бразилии - человек сильный, убежденный, со своими взглядами на жизнь.

Леворадикальные политики, в том числе президент Венесуэлы Уго Чавес, зовут Дилму в свои ряды. Чавес постоянно давил и на Лулу, стараясь скорректировать его курс. Все эти антиамериканские выпады во многом предназначались именно ему. Проект возрождения в Латинской Америке идей Симона Боливара, на который ставит Чавес, без Бразилии не имеет смысла. Я очень боюсь, что Дилма пойдет налево. Ведь направо идти в ее ситуации уже невозможно: это будет полное ренегатство и отказ от постулатов Партии трудящихся как таковых.

и: В Латинской Америке так силен радикальный задор?

Мартынов: Нет, сейчас он постепенно выдыхается. В Чили левые потерпели поражение, Чавес не получил того, чего хотел на выборах в парламент, на Кубе все ждут больших перемен. Вполне вероятно, что на таком фоне у Руссефф хватит рассудительности воздержаться от радикальных шагов. Да, в юности Дилма участвовала в городской герилье и сидела в тюрьме. Но после всего этого она успела поработать и в крупнейшей бразильской нефтегазовой компании "Петробраз", и в министерстве энергетики штата Риу-Гранди-ду-Сул, одного из важнейших в стране. Возможно, экономист в ней возьмет верх над радикалом.

и: Бразилия - лидер континента. Можно ли отнести к ее странам-сателлитам Аргентину, которая еще недавно была сторонницей США?

Мартынов: Аргентина - страна в чем-то несчастная. Это нация переселенцев, которые всегда ощущали себя не частью Латинской Америки, а частью Европы, по недоразумению оказавшейся на южном континенте. Однако история посмеялась надо всей этой западной фанаберией. Проамериканские идеи, которыми когда-то славилась Аргентина, заметно поостыли после страшного кризиса 2000-2001 годов, когда страна упала ниже всяких мыслимых пределов. В Аргентине была истерика. И Соединенные Штаты, по примеру которых президент Карлос Менем в свое время слепо выстраивал экономическую политику, пальцем не пошевелили, чтобы ей помочь. Сейчас Аргентина "встроилась в хвост" Бразилии. Уже не существует причин, раньше ставивших эти страны по разные стороны баррикад. Нет соперничества за лидерство на континенте, поскольку уже понятно, кто победил.

и: Россия и Бразилия похожи?

Мартынов: Сами бразильцы называют свою страну тропической Россией, а Сибирь - полярной Амазонией. После того как в устье Амазонки нашли нефть, Бразилия стала такой же самодостаточной в плане природных ресурсов страной, как и Россия. Теперь наша общая проблема - перераспределение ресурсов.

В США недавно вышла книга о том, что Сибирь является "терра нулис" - ничьей землей, которую России экономически невыгодно разрабатывать в одиночку. По мнению американцев, Сибирь нужно объявить частью всемирного наследия, передать контроль над ней "ООН или другой организации", сохранить за Россией формальный суверенитет и пустить в тайгу транснациональные корпорации. Амазонию тоже хотели бы объявить "терра нулис". Этот регион производит 50 процентов кислорода на Земле и занимает первое место по запасам пресной воды, которая к 2030 году может стать самым большим дефицитом на планете. Второе место тут принадлежит, кстати, России - с ее сибирскими реками и Байкалом.

и: Россия сотрудничает с Бразилией в военной области?

Мартынов: К сожалению, нет. Атомную подлодку Бразилии строит Франция, она же переоснащает армию и участвует в создании истребителей. Для нас проблема военного сотрудничества заключается в том, что бразильцы требуют непременной передачи патентов на технологии. Министр обороны Бразилии Нелсон Жобим приезжал в Россию в 2005 году. Ему было предложено огромное количество вооружений - но без передачи технологии. Жобим развернулся и уехал во Францию. По его словам, без патента шансов на сотрудничество нет.

и: С чем связан российский отказ?

Мартынов: У нас еще сильно восприятие этого региона как сферы влияния США. Видимо, существуют опасения, что российско-бразильское военное сотрудничество может свернуть перезагрузку отношений с Западом. В России не видят, что Латинская Америка давно проводит гораздо более самостоятельную политику по сравнению с "великими" державами - например, Великобританией или Японией. Группа Рио осудила бомбардировки Белграда и не приняла политику НАТО в отношении Югославии. Ведущие государства Латинской Америки не поддержали интервенцию в Ирак, недавно Бразилия и Аргентина признали Палестину.

Нам нужно радикально менять оптику. Хватит открывать Латинскую Америку - пора ее уже открыть и сотрудничать с ней по-настоящему. В 1970-х годах все говорили об "азиатских тиграх" - а теперь "ягуары" идут. В Перу рост ВВП - восемь процентов, Чили одной ногой стоит в "первом мире", Бразилия - почти сверхдержава. Континент поднимается, идет в рост. Нам надо перестать мыслить в рамках треугольника, потому что США очень сильно растеряли свой вес.

и: В каких областях мы могли бы сотрудничать с Бразилией?

Мартынов: В строительстве стратегических магистралей, например. Кроме двух дорог в Амазонии, Бразилия намерена построить межокеанский коридор и обеспечить себе выход к Тихому океану, воплотить инфраструктурный план по созданию континентальных газо- и нефтепроводов. Здесь у нас есть богатый опыт. У российско-бразильских отношений - хорошая юридическая база. Но на бумаге, как это часто бывает, одно, а на деле - совсем другое. Наш предпринимательский класс еще слаб и неразвит. Он пока не проникся идеей, что Латинская Америка давно ничего не просит - она сама дает.